Тодд Роуз – Долой среднее! Новый манифест индивидуальности (страница 35)

Студенту лучше самому решать, как и чему он будет учиться. Допустим, вы хотите получить сертификат по нейробиологии, потому что собираетесь стать исследователем. Вы изучаете предметы и получаете сертификат по строению мозга и нервной системы, но вдруг обнаруживаете, что вам нравится общаться с людьми, помогать им, поэтому вы не готовы с головой погрузиться в физиологию и копаться в головном мозге, как изо дня в день делают ученые. Вы решаете сменить вектор своего обучения и отправляетесь за сертификатом по клинической психологии. Полученные ранее сертификаты по нейробиологии пригодятся вам для получения нового сертификата. Но если вы решите, что обсуждать целыми днями проблемы людей тоже не очень интересно, можете взять свои сертификаты и сложить из них что-нибудь новое — допустим, в области продажи медицинского оборудования.

Сегодня, если вдруг посреди изучения традиционной четырехлетней программы по нейробиологии вам захотелось сменить специализацию, придется либо раскошелиться на дополнительные занятия и наверстывать упущенное, либо взять на себя непомерную нагрузку в надежде, что все удастся сдать вовремя, либо просто получить степень по нейробиологии, а потом уже поступать в магистратуру по клинической психологии или в бизнес-школу. Таким образом вы потратите четыре года на изучение предмета, который вам не нравится, и еще несколько лет будете учиться любимому делу.

В рамках системы, в которой студент самостоятельно выбирает программу обучения и получает сертификаты и показатели компетентности, ничего подобного не случится, даже если он решит сменить коней прямо на переправе. Собственно говоря, если система образования должна поддерживать самостоятельный выбор, она обязана и побуждать вас постоянно пересматривать свои предпочтения и возможные области успеха, помогать корректировать свои карьерные планы по мере того, как вы больше узнаёте о себе и как меняется рынок труда.

Когда я говорю, что человек должен сам выбирать, чему он хочет учиться, то чаще всего слышу в ответ: «Вы что же, хотите, чтобы студенты сами что-то решали? Вы себе представляете современную молодежь?» Согласен, в 19 лет более вероятно сделать глупость, чем в сорок, но если система твердит, что человеку нельзя доверять принятие решения, касающееся его самого, то к такой системе я бы отнесся скептически. Вообще, сама мысль о том, чтобы отобрать у человека право решать и передать его системе, представляет собой квинтэссенцию тейлоризма — того самого подхода, который и завел нас в тупик.

Что выбрать — высшее образование, которое заставляет каждого быть как все, только лучше, или систему, которая предлагает делать собственный выбор?

Образование в век индивидуализма

Три рассмотренных нами положения способствовали бы переходу от системы, созданной по образу и подобию тейлористских фабрик, где ценится иерархия и стандартизация, к динамичной экосистеме, в рамках которой каждый может получить наиболее подходящее ему образование.

Система, в которой студент самостоятельно выбирает курсы обучения и получает сертификаты, подкрепленные показателями компетентности, более тесно связана с принципами индивидуальности, а также соответствует принципу неоднородности, поскольку позволяет студентам самим решать, что им нравится, к чему они склонны и как им лучше действовать для достижения цели. Такая система отвечает принципу контекста, потому что оценивает компетентность студента в контексте, максимально близком к профессиональной среде, в которой ему предстоит трудиться, и удовлетворяет правилу множественности путей, позволяя каждому учиться в собственном темпе и осваивать предметы в удобном порядке.

И самое важное — такая модель высшего образования помогла бы справиться с конформизмом: вместо того чтобы быть как все, только лучше, студенты старались бы превзойти самих себя. Они перестали бы играть в среднее, пытаясь попасть в университет с высоким рейтингом, а росли бы профессионально; не конкурировали бы с другими студентами, доказывая, что они лучше остальных, но боролись бы за право стать лучшим кандидатом для работы в архитектурном бюро, антропологической исследовательской лаборатории или дизайнерской фирме по созданию детской одежды. В этой системе каждый получает возможность быть самим собой, а не тем, кем велит система.

Помимо того, право самостоятельного выбора курсов и получения сертификатов и показателей компетентности открывает путь к решению проблемы постоянно растущей стоимости образования. В индивидуализированной системе человек платит только за те сертификаты, которые ему нужны, а не попадает в кабалу одного университета и четыре года подряд платит за учебу. А многочисленные учебные заведения конкурируют за право преподавать лучшие курсы по максимально низкой цене. Одни учреждения, внедряющие элементы такой системы, могут пойти по пути Университета западных губернаторов и предложить своеобразный «шведский стол» — фиксированную оплату за получение доступа к любым учебным курсам по желанию. Другие последуют примеру Аризонского университета, который совместно с Harvard EdX разработал инновационный подход к онлайн-обучению и взимает с первокурсников плату за онлайн-занятия только в том случае, если студент успешно проходит курс[402].

В системе индивидуализированного образования, основанной на показателях компетентности и сертификации, деятельность союзов студентов и работодателей будет более успешной, поскольку вес и доступность сертификатов станет постоянно меняться в зависимости от реалий рынка труда. Так, если в Кремниевой долине наберет популярность новый язык программирования, компании сразу же объявят о поиске сертифицированных по этому языку специалистов. Если автомобильная промышленность решит выпускать новые двигатели, сертификаты на владение устаревшей технологией тотчас утратят свою ценность. Все это позволяет студентам проявлять гибкость и приспосабливаться к потребностям постоянно меняющегося рынка. Любой студент в любой момент может узнать, какие сертификаты ценятся интересующими его компаниями в регионе, где он хотел бы работать, и отрасли, где он намерен делать карьеру. Студент сможет сравнить стоимость, требования и уровень сложности получения определенного сертификата и учесть при выборе потенциальную зарплату и собственную заинтересованность в профессии.

В то же время частные и государственные организации будут уверены, что кандидат обладает всеми необходимыми знаниями и умениями для занятия конкретной должности, потому что смогут требовать предъявления всех нужных сертификатов, даже таких, какие непросто получить. У работодателей появится возможность непосредственно влиять на общий фонд доступной рабочей силы, так как они смогут взять на себя оплату обучения кандидата с последующим получением им редкого или необычного сертификата или даже нескольких сертификатов.

Может показаться, будто я считаю, что проблему представляют сами университеты и их предназначение. Вовсе нет. Мне нравятся университеты. Они открыли мне путь к лучшей жизни, а один так и вовсе платит мне деньги, составляющие некоторую часть моего ежемесячного дохода. Для сохранения живой здоровой демократической системы и процветания экономики университеты необходимы. Однако современная высшая школа основывается на ложном положении о необходимости стандартизированной системы, эффективно отделяющей таланты от бездарностей. Какие бы превосходные результаты она ни давала, в самом ее устройстве заложены определенные неудачи, которые недопустимы, — и мы должны это изменить.

Университеты должны задать себе неудобные вопросы относительно действующей модели обучения. А если мы хотим произвести в сфере высшего образования по-настоящему революционные изменения, нам потребуется помощь бизнеса. Сами университеты вряд ли изменятся, если только работодатели не потребуют чего-то иного. А пока компаниям нужны дипломы да степени, маловероятно, что университеты захотят менять статус-кво. Революция и индивидуализация образования произойдут лишь тогда, когда работодатели увидят в этом выгоду для себя и станут требовать сертификаты, а не дипломы, показатели компетентности, а не оценки.

Добиться индивидуального подхода в высшем образовании непросто, но возможно. Это уже происходит в колледжах и университетах по всему миру. И выиграют от этого все: студенты, работодатели и даже университеты. А начинается все с одного решения — принять ценность личности.

Глава 9. Новый взгляд на новые возможности

* * *

В 2003 году, продвигаясь к северному Багдадскому мосту, пересекавшему реку Тигр, третья пехотная дивизия армии США внезапно наткнулась на врага. На американцев обрушился шквал реактивных гранат. Пехота запросила поддержку с воздуха. На помощь был выслан капитан Кэмпбелл с позывным Киллер Ц. Впрочем, несмотря на кровожадное прозвище, Киллер Ц был невысокого для летчика роста. Если бы дело было в 1952 году, он не смог бы управиться в кабине, рассчитанной на среднего пилота, но шел 2003-й и пилот-коротышка летал на A-10 Warthog — зверского вида самолете, предназначенном для сокрушения любых наземных сил[403].