Тоби Орд – На краю пропасти. Экзистенциальный риск и будущее человечества (страница 48)

Возможности не ограничиваются непосредственной работой с экзистенциальным риском. Ваш вклад может подкреплять усилия тех, кто выполняет непосредственную работу. Сегодня многие безотлагательные задачи связаны не с риском как таковым, а скорее со стратегическим планированием, координацией и выделением грантов. Когда человечество начнет ответственно подходить к защите собственного будущего, важно будет распределять ресурсы между проектами и организациями, формирующими и поддерживающими сообщество исследователей и разрабатывающими стратегию. Важно как можно скорее усовершенствовать структуру и расширить полномочия организаций, работающих с экзистенциальным риском. Многие из них ищут квалифицированных людей, действительно понимающих суть необычной миссии. Если у вас есть какие-либо из этих навыков – например, если у вас есть опыт работы в стратегическом планировании, управлении, регулировании, медиа, операционной сфере или административной поддержке, – вы можете присоединиться к одной из организаций, которые в настоящее время занимаются экзистенциальным риском[575].

Если вы студент, у вас есть замечательная свобода маневра – вы можете направить свою карьеру в такое русло, чтобы десятки тысяч часов вашей работы внесли наибольший вклад в общее дело. Даже если вы уже определились со своей стезей или перешли в магистратуру, сменить направление на удивление легко. Чем дальше вы проходите по карьерному пути, тем труднее становится с него свернуть. Но даже в таком случае сменить род занятий порой бывает целесообразно. Возможно, вы потеряете несколько лет на переподготовку, но это позволит вам посвятить в несколько раз больше лет работе в той сфере, где вы принесете гораздо больше пользы. Я знаю это по собственному опыту. Сначала я изучал информатику, но затем перешел к этике. Позднее, уже работая в сфере этики, я лишь недавно переключился с изучения бедности в различных странах мира на исследование совсем других вопросов, связанных с экзистенциальным риском.

Что делать, если ваша профессия не подходит для работы с риском, но у вас не получается ее сменить? В идеале – найти способ превратить деятельность, с которой вы справляетесь лучше всего, в работу, отчаянно необходимую для защиты нашего потенциала. К счастью, такой способ есть: благотворительность. Жертвуя деньги на какое-либо дело, вы фактически превращаете собственный труд в дополнительную работу в соответствующей сфере. Если вам больше подходит ваша профессия, а делу не хватает финансирования, пожертвования могут принести даже больше пользы, чем непосредственная работа.

Я полагаю, что пожертвования – прекрасный способ помочь, который доступен почти каждому, и сам регулярно прибегаю к нему, чтобы отдавать свой долг миру[576]. Часто люди забывают, что к некоторым из величайших достижений человечество привела именно благотворительность.

Противозачаточные таблетки, которые входят в число наиболее революционных изобретений XX века, появились благодаря одному-единственному филантропу. В 1950-х годах, когда государства и фармацевтические компании не видели смысла работать в этом направлении, филантроп Катарина Маккормик практически в одиночку профинансировала исследования, которые привели к созданию первого противозачаточного препарата[577].

Примерно тогда же случился ряд прорывов в агрономии, впоследствии названных “зеленой революцией”, и сотни миллионов человек перестали голодать благодаря выведению высокоурожайных сортов основных сельскохозяйственных культур. Норман Борлоуг, стоявший у истоков этой революции, в 1970 году получил за свои труды Нобелевскую премию мира. Работу Борлоуга и внедрение новых технологий в развивающихся странах финансировали частные благотворители[578].

Наконец, есть и способы, которыми внести свой вклад в общее дело может каждый из нас. Нам необходимо начать общественную дискуссию о долгосрочном будущем человечества: о головокружительных масштабах того, чего мы можем достичь, а также о рисках, которые угрожают всему этому и всем нам.

Нам нужно обсуждать эти вопросы в университетах, в правительстве, в гражданском обществе; размышлять в серьезных художественных произведениях и в медиа; говорить об этом с друзьями и родственниками. В этой дискуссии нельзя поддаваться соблазну делиться на противоборствующие лагеря и проявлять фанатизм, как нельзя и фокусироваться на поиске виновных. Разговор должен быть зрелым, взвешенным и конструктивным: мы должны посвятить его изучению проблем и поиску их решений. Нам нужно вдохновить своих детей и себя самих на тяжелую работу, которая потребуется для защиты будущего и преодоления Пропасти.

Вы можете обсуждать важность будущего с близкими вам людьми. Вы можете взаимодействовать с растущим сообществом единомышленников: в своем городе, на работе, в учебном заведении или в интернете. Вы также можете стремиться быть осведомленным, ответственным и бдительным гражданином, держать руку на пульсе и призывать своих политических представителей к действию, когда представится необходимость.

(Конкретные отправные точки перечислены в разделе “Интернет-ресурсы” на с. 325.)

Глава 8

Наш потенциал

Можно поверить, что все прошлое есть не что иное, как начало начала, и что все сущее есть не что иное, как сумерки перед рассветом. Можно поверить, что все, чего добился человеческий разум, есть не что иное, как сон перед пробуждением.

Чего мы можем достичь? Что пережить? Кем стать? Если человечество преодолеет трудности, возникающие перед ним, разберется с рисками грядущих веков и окажется в безопасности, что с ним будет дальше?

В прошлых главах мы изучили Пропасть, рассмотрели ее вызовы и продумали, как защититься от угроз. Но что ждет нас впереди? Давайте окинем взглядом бескрайний горизонт, который открывается перед нами. Издалека деталей нам не различить, но нам видны очертания холмов и долин, поэтому мы можем понять, какой потенциал скрыт в этом ландшафте – потенциал человеческой цивилизации, достигшей зрелости. Именно потому, что этот потенциал так огромен и прекрасен, ставки экзистенциального риска столь высоки. Оптимизм подчеркивает остроту проблемы.

В этой главе я расскажу о нашем потенциале, не делая пророчеств. Речь пойдет не о том, чего мы обязательно добьемся, но о том, чего мы можем добиться, если правильно разыграем свои карты и будем терпеливы, благоразумны, отзывчивы, честолюбивы и мудры. Я опишу тот холст, на котором мы будем работать: назову время, имеющееся в распоряжении у человечества, опишу масштаб нашего космоса и расскажу, к какому качеству жизни мы в итоге сможем прийти. Эта глава – об очертаниях края, куда мы жаждем попасть и где будет написана основная часть истории человечества.

Сроки

История Homo sapiens насчитывает 200 тысяч лет, а история цивилизации – 10 тысяч лет[580]. Длительность этих отрезков превосходит все, с чем мы сталкиваемся в повседневной жизни. Цивилизация непрерывно существует на протяжении сотни веков, а человечество – на протяжении тысяч. Но Вселенная, в которой мы обитаем, в тысячи раз старше человечества. Она существовала миллиарды лет до нас, и миллиарды лет ждут ее впереди. В нашей Вселенной время не в дефиците.

Поскольку времени у нас предостаточно, продолжительность нашего существования ограничивается главным образом экзистенциальными катастрофами, которые мы стремимся предотвратить. Если мы возьмемся за ум и сделаем защиту человечества краеугольным камнем нашей цивилизации, у нас не будет никаких причин не стать свидетелями того, как история Вселенной разворачивается на протяжении целых эпох. Мысль о таких промежутках времени сбивает с нас спесь, когда мы рассматриваем свое место во Вселенной. Но если подумать о скрытом в них потенциале нашего развития, можно найти в них источник вдохновения.

Как мы убедились, палеонтологическая летопись многое сообщает о том, на какую продолжительность жизни может рассчитывать типичный вид. В среднем млекопитающие существуют около миллиона лет, а виды вообще – от одного до десяти миллионов[581]. Если мы сумеем справиться с угрозами, которые представляем сами себе, то есть с антропогенными экзистенциальными рисками, то нам стоит ожидать, что мы просуществуем примерно столько же. Что это значит? Что может случиться за период, который в десять тысяч раз длиннее нашего века?

Этого времени достаточно, чтобы устранить ущерб, который мы нанесли Земле, пока не достигли зрелости. Через тысячи лет разложатся почти все отходы нашей эпохи. Если мы сможем остановить дальнейшее загрязнение, океаны и леса снова очистятся. За 100 тысяч лет природные системы Земли выведут из нашей атмосферы более 90 % выброшенного нами углерода, и климат будет по большей части восстановлен и заново сбалансирован[582]. Если мы научимся заботиться о своем доме, темные пятна нашего прошлого можно будет стереть в рамках жизни типичного вида, и мы можем надеяться, что большую часть жизни мы проведем в мире, который не будет обезображен шрамами от ран, нанесенных нами в период своей незрелости.

Ожидается, что примерно через десять миллионов лет не останется и следа даже от того урона, который мы нанесли биоразнообразию. Именно столько времени ушло на полное восстановление разнообразия видов после прошлых массовых вымираний, и, по нашим оценкам, столько же понадобится природе, чтобы оправиться от последствий нашей текущей деятельности[583].