Тоби Орд – На краю пропасти. Экзистенциальный риск и будущее человечества (страница 50)
Отправившись к другим звездам, мы, возможно, спасем не только себя, но и значительную часть нашей биосферы. Мы можем взять с собой запас семян и клеток, чтобы сохранить земные виды и озеленить галактические пустоши. В таком случае благо, которое мы можем принести земной жизни, станет поистине великим. Без нашего вмешательства наша биосфера вступает в средний возраст. У простейших организмов, судя по всему, впереди примерно столько же времени, сколько и позади; у сложной жизни – немного больше. После этого, насколько нам известно, жизнь во Вселенной может полностью исчезнуть. Но если человечество выживет, то даже в этом отдаленном будущем жизнь, возможно, останется в зачаточном состоянии. Когда я раздумываю, сколько может просуществовать земная жизнь, то понимаю, что сильнее всего ее продолжительность возрастет, если человечество перестанет ее уничтожать и превратится в ее спасителя.
Как мы увидим, главная сложность на пути к тому, чтобы покинуть Солнечную систему, сопряжена с необходимостью прожить достаточно долго. Нам нужно время, чтобы разработать технологии, накопить энергию, совершить перелет и построить новый дом в конечном пункте. Но у цивилизации, существующей миллионы веков, времени будет достаточно, поэтому нас не должна пугать эта задача.
Наша галактика останется пригодной для жизни на почти непостижимое время. Некоторые из ближайших звезд будут светиться гораздо дольше Солнца, кроме того, ежегодно появляется по десять новых звезд. Отдельные звезды существуют
Масштабы
Люди во все времена восхищались звездным небом[592]. Это темное небо, усыпанное искрящимися белыми точками, раскрыло нам немало секретов. Ими оказались не тайны, связанные с мифами и мистикой, которые будоражили наше воображение вначале, а глубокие знания о природе реальности. Мы наблюдали за тем, как некоторые из этих огоньков перемещаются по небу, и траектории их движения помогли нам понять, что Земля и небеса подчиняются одним физическим законам. Другие огоньки двигались на крошечные расстояния, измеримые лишь самыми точными инструментами. По этому почти неразличимому движению мы рассчитали практически невообразимое расстояние до звезд.
Огоньки были не совсем белыми, а разных оттенков. Когда мы разложили этот слабый звездный свет через призму, недостающие цвета показали нам, из чего состоят звезды. Некоторые огоньки были даже не точками, а дисками, облаками, завихрениями – небесными телами совсем других типов и другого происхождения. Мы обнаружили и множество бледных точек, которые было не различить невооруженным глазом. По этим мельчайшим признакам мы вывели фундаментальные законы природы и проверили их, мы услышали эхо Большого взрыва, мы увидели, как расширяется пространство.
Но, пожалуй, самым важным, что мы узнали у неба, стало то, что наша Вселенная гораздо больше, чем мы могли представить. Планеты – это другие земли. Звезды – другие солнца, многие с собственными планетами. В млечной полосе на небе больше солнц, чем различимо глазом: более 100 миллиардов солнц из этой галактики сливаются в наших глазах в единую белую массу. Бледные завихрения – это целые галактики, и по небу их раскидано сотни миллиардов[593]. Всякий раз, когда нам казалось, что мы изучили пределы творения, оно выходило за пределы наших карт. Наша Земля – лишь островок в обескураживающе огромном архипелаге, одном из миллиардов подобных.
Открытие истинных масштабов нашего космоса существенно расширяет потенциал человечества. Когда-то мы полагали, что привязаны к Земле, но теперь понимаем, что у нас гораздо больше возможностей и ресурсов. Мы, конечно, получим к ним доступ не сразу: на изучение всей нашей галактики уйдет не менее 100 тысяч лет, а достичь самых дальних уголков Вселенной мы сумеем лишь по прошествии миллиардов лет, – но нельзя не задаться вопросом о том, чего мы можем добиться за такое огромное время.
Всего за пять столетий мы пришли от смутного представления об устройстве Солнечной системы, когда у нас не получалось даже достойно изобразить Солнце, Луну, Землю и блуждающие огоньки, называемые “планетами”, к поразительно четким снимкам всех планет с их спутниками. Мы отправили в космос блестящие корабли, которые прошли между лунами Юпитера, пролетели сквозь кольца Сатурна и добрались до поверхности всех планет земной группы. На Луну мы высадились лично.
Планеты с их спутниками – гордость Солнечной системы: величественные, загадочные. Теоретически мы могли бы колонизировать их, но даже если мы преодолеем ужасные трудности, совокупная площадь поверхности всех остальных твердых планет и спутников превышает земную лишь чуть более чем в два раза[594]. Это будет захватывающим и смелым предприятием, но наш потенциал радикально не возрастет, а наша история не претерпит кардинальных изменений. Мы можем попробовать использовать их материальные ресурсы, но ресурсов на обозримое будущее достаточно на миллионах известных астероидов, в то время как в отдаленном будущем ресурсами нас обеспечат миллиарды планет, которые, как теперь известно, существуют в других уголках нашей галактики. Главная причина для колонизации других планет – обеспечение дополнительной защиты от экзистенциальных рисков, но это не так надежно, как можно подумать, поскольку некоторые риски окажутся в корреляции между планетами. Возможно, мы оставим собственные планеты нетронутыми, как памятники, как сокровища. Чтобы исследовать их и беречь. Чтобы черпать в них вдохновение для дальнейших путешествий.
Главный вклад Солнечной системы в наш потенциал – это наше Солнце и колоссальный объем чистой энергии, который оно предлагает. В солнечном свете, ежедневно падающем на поверхность Земли, содержится в пять тысяч раз больше энергии, чем требуется современной цивилизации. За два часа на планету попадает столько энергии, сколько мы используем за год. Благодаря обилию солнца появилось большинство остальных наших источников энергии (уголь, нефть, природный газ, ветер, вода, биомасса), но солнечной энергии гораздо больше[595].
Вот только она в массе своей растрачивается впустую. Солнечный свет не падает на листья и солнечные панели, а уходит в черноту космоса. Земля перехватывает менее одной миллиардной его доли, а все тела в нашей Солнечной системе в совокупности получают менее одной миллионной солнечного света.
В будущем мы могли бы собирать эту энергию, построив солнечные коллекторы на орбите вокруг Солнца. Такой проект прекрасно поддается масштабированию[596]. Мы могли бы начать с малого и доступного, а затем, используя часть полученной энергии, выйти на любой желаемый уровень. В одном поясе астероидов более чем достаточно сырья для осуществления такого проекта[597]. В конце концов мы бы увеличили количество доступной нам чистой энергии даже в миллиард раз только за счет света, который иначе растрачивался бы зря. Кроме того, с помощью такой структуры можно было бы контролировать растущую яркость Солнца и создавать тень, благодаря которой сложная жизнь на Земле могла бы просуществовать в десять раз дольше.
Выбрав этот путь, мы получили бы доступ к огромному объему чистой энергии. У нас пропала бы нужда в источниках грязной энергии[598] и решились бы многие проблемы, связанные с энергетическим дефицитом, например производство продовольствия, очистка воды и конфликты из-за нефти. Мы бы быстро очистили атмосферу от прошлых углеродных выбросов, используя установки для очистки воздуха, число которых сегодня ограничено из-за недостатка дешевой и чистой энергии. Кроме того, сбор солнечной энергии открыл бы нам дверь к звездам.
Можем ли мы и вправду преодолеть гигантские расстояния до звезд? В некоторых отношениях ответ на этот вопрос уже получен. Завершив свои миссии среди планет, зонды “Пионер-10”, “Вояджер-1” и “Вояджер-2” преодолели притяжение Солнечной системы и вышли за ее пределы. В конце концов они доберутся до ближайших к нам звезд, и это доказывает, что мы можем покрывать такие расстояния даже с использованием технологий, разработанных в 1970-е годы. Но одного этого недостаточно, чтобы сильно расширить наш потенциал, поскольку “Вояджер-1” достигнет ближайшей к нам звезды лишь через 70 тысяч лет, причем прекратит функционировать задолго до этого[599].
Сейчас разрабатываются более совершенные технологии. В рамках проекта