Тира Видаль – 5 жизней Жанны (страница 4)

Девчушка немного подумала и серьёзно кивнула головой.

- Я сделаю это ради папы! — сказала она со вздохом. — А не ради тебя!

- Ты что, меня не любишь? — с тревогой спросила Жанна, вдруг осознавая, что это может стать проблемой. Если они с дочерью в ссоре, то не подставит ли её девочка, в угоду папе или просто чтобы отомстить за разногласия.

- Нет! Я люблю папу. Он добрый, хороший и сильный. Он всё может и всё знает. А у тебя есть Даниил, рохля и маменькин сынок. Папа сказал, он весь в тебя и толку от него не будет!

- Это мы ещё посмотрим! — пробормотала про себя Жанна. — Хотя бы теперь знаю как зовут мальчика .— А сейчас помоги мне открыть дверь. — попросила она вслух.

Дарина! — издалека послышался голос отца — Ты где? Моя дорогая, пришёл курьер с платьем для моей зайки. Иди, примерь!

Так, Дарина. Это уже хорошо. - воодушевилась Жанна.

Девочка же, быстро щелкнув пальцами, коротко бросила: – «Отворись» и ринулась на зов, оставив Жанну одну, в сомнениях и страхе. Однако, пока была возможность, нужно было принять душ, одеться и привести себя в порядок. И Жанна решительно шагнула в ванную комнату.

Глазам её предстала эпическая картина. Стены обитые темно-бардовым бархатом с золотым узором, огромная ванна джакузи, занимающая почти полкомнаты, напротив - телевизор, рядом - большая раковина, в тон обоям, позолоченные краны… чуть левее ультрасовременная душевая кабина со множеством функций, разобраться с которыми потребовалось бы не менее часа.

. За небольшой резной ширмой — унитаз. Такой красоты девушка и представить себе не могла. Прозрачный, с цветочным орнаментом клозет стоял на небольшом постаменте и выглядел настолько впечатляюще, что Жанна провела рукой по его поверхности, не веря глазам.

Она опустила взгляд на пол и поразилась ещё больше, хотя уж куда ещё? Вместо привычных линолеума или плитки, во всю длину расположился встроенный огромный водоём с золотыми рыбками, растениями и украшениями как в настоящем аквариуме. Жанна вскрикнула и подскочила, боясь, что стекло лопнет. Но ничего не произошло. Тогда она, ступая на цыпочках, сделала несколько осторожных шагов - рыбки ринулись в рассыпную, и девушка снова робко замерла на месте. Она присела на корточки, коснулась рукой гладкой поверхности, но так и не решив, что это — 3д эффект или настоящий водоём, потопала к ванне. Кое-как справившись с пультом, набрала воду, над которой шапкой разрасталась ароматная пена, и погрузилась в воду.

Жанна так и не смогла включить газ, но зато загорелась подсветка, заиграла легкая тихая музыка, а сама комната погрузилась в полумрак.

Никогда ранее Жанна не испытывала такого блаженства. Какой душ? Она не могла отказаться от такого шанса погрузиться в нирвану. Всю жизнь Немыкина не покидала свой родной город, свою убогую «хрущевку» и была уверенна в этом знакомом и привычном постоянстве, который присутствовал в её жизни.

Каждый её день был похож на предыдущий. Она просыпалась рано утром, умывалась, готовила завтрак, будила Ваньку, обтирала его мокрым полотенцем, давала таблетки, мазала мазями и делала массаж. Потом просыпалась мать… и снова таблетки, завтрак, уборка, готовка, магазин, стирка, готовка, уборка… и так без конца.

Она никогда не знала, какой сегодня день недели, число и даже путала месяца, то забегая вперед, то зависая в прошлом. В доме никогда не было праздников, выходных и «отгулов». А недавно вообще случилось странное… В один из дней к ней заскочила школьная подруга, которая давным-давно покинула город и теперь была здесь проездом.

На пороге возникла гламурная дамочка — столичная штучка, как позже назвала её мать, протянула бутылку вина, тортик, радостно обняла свою одноклассницу и прошествовала на кухню. На шум из своей комнаты выползла Анна Семёновна. Она принялась нахваливать девушку, рассматривая её белоснежный костюм, цепочки, кулончики, серьги, восторженно вскрикивая и прижимая ладони к груди. А потом так же самозабвенно принялась обвинять дочь во всех грехах, и напоследок, отрезав половину торта, шаркающей походкой отправилась к себе.

Только тут, когда восторг от встречи пошёл на спад, Ольга заметила убогость обстановки, отрешённый усталый вид Жанны, а ещё, чуть позже выяснилось, что говорить с подругой детства не о чем - Жанна нигде не бывала, ничего не знала и ни кого не видела из старых знакомых, и сразу как-то быстро свернула разговор и пожелав всего хорошего подруге, ретировалась, сказав, что обещала навестить ещё Гришку Мотвеева, который сох по ней в пятом классе, Антона Субботина - первого красавца в школе и Нельку Антонову, с которой у неё в школе были приятельские отношения.

Жанна всё поняла и не стала задерживать девушку — что той, такой красивой, яркой, успешной, делать здесь, в плесневелых трущобах. Она так и не выяснила, вышла ли Ольга замуж, есть ли у неё дети и чего она добилась в карьере. Ни к чему это. Видно, что у Смысловой всё в порядке.

Она уныло пожелала приятельнице счастья, успехов, здоровья и закрыв дверь, разрыдалась, тихо, безнадежно, чтобы не потревожить мать, которая опять начнет пилить дочь за ту, давнюю ошибку. Но, главное — потом, перебирая в памяти эту встречу, Жанна никак не могла вспомнить, в каком месяце она произошла — то ей казалось, что была зима, то вдруг она осознавала, что подружка была без верхней одежды, в одном костюмчике, то её снова начинали одолевать сомнения — ведь могла же Ольга быть на машине, где совсем не требовалась тёплая одежда...

- Жанна, ты что там, уснула? — раздался из-за двери голос Олега, вернув Жанну из воспоминаний. — Пришла Клавдия Романовна. Поторопись.

Кто такая Клавдия Романовна, Жанна не знала, но по недовольному тону мужа поняла, что это особа, с которой в доме принято считаться. Она наскоро вытерлась полотенцем, натянула на себя своё платье — другого ничего у неё не было и выскочила из ванной, оставляя на полу мокрые следы.

Её вид смутил мужа, и детей. А ещё пожилую, молодящуюся женщину с высокой прической и в длинной тунике, очень удачно скрывающей все «шероховатости» внушительной фигуры.

Жанна остолбенела, не зная как себя вести.

- Добрый день, Клавдия Романовна. — пролепетала она, переминаясь с ноги на ногу, лишь бы прервать неловкую паузу.

- Что с вами, милочка? — грудным голосом, заламывая руки и выкатывая глаза, провозгласила гостья. — Что за вид? — она с изумлением и укором посмотрела на покрасневшего как рак главу семейства. А тот лишь отвел глаза в сторону.

Жанна уже готова была расплакаться, рухнуть на колени и во всём сознаться, но тут на помощь ей пришла Дарина. Видимо, девчушка смекнула, что «новая» мама так удачно забыла все прежние требования и недовольства к дочери и теперь можно заставить родительницу плясать под свою дудку.

- Мама не здорова. - беззаботно прощебетала она. — Видимо осенняя жара так на неё подействовала, да ещё этот вечер. Она немного похудела, ведь несколько дней сидела на диете и теперь нервничает, подойдет ли ей платье, который купил папа. Вы же знаете тётя Клава, что женщина на диете — та ещё оригиналка, как говорит папа: — «Вздорная и упрямая истеричка».

Женщина понимающе кивнула и заговорщически склонила голову на бок, давая понять, что знакома с ситуацией не по наслышке, хитро прищурив глаза и проведя руками по своей объёмной фигуре. А Жанна с благодарностью улыбнулась дочери. Только в глазах сына мелькнула скрытая боль, но на это никто не обратил внимания.

- Ах, ну конечно, конечно, Вы действительно стали стройнее! — затараторила гостья, Жанна так и не поняла, кем она является для семьи. — А все эти тёмные круги под глазами мы непременно уберем. И конечно — волосы… придадим им объем и блеск. Эх, нам женщинам всегда приходится не легко. Нужно держать марку, следить за фигурой…. Мужчинам, значительно проще… Хотя ваш муж, милочка, человек незаурядный. И внешне и внутренне. Вам повезло!

Жанна лишь смущённо улыбнулась.

- Приступайте! — перебил болтовню женщины Олег. —Я как всегда, надеюсь на вас, дорогая Клавдия…

- Ну что вы, что вы, - она вновь жеманно всплеснула руками. — вы же знаете меня, и моё к вам уважение. Всё сделаем в лучшем виде.

Олег Николаевич не дослушав, быстро вышел из комнаты и до ушей присутствующих донёсся его голос — мужчина, муж и отец, кого-то, не стесняясь в выражениях, распекал по телефону.

Клавдия Романовна пододвинула к Жанне кресло на колесиках и та, плюхнулась в него, жалея уже о том, что ввязалась во всю эту авантюру. Жанна успокоилась лишь тогда, когда поняла, что перед ней всего лишь стилист — парикмахер, ну может ещё имиджмейкер, для всей семьи. Наверняка в такой обеспеченной семье, в какую она попала — это обычное дело, ведь муж, Олег Николаевич, ведёт публичный образ жизни, а значит - его жена и дети обязаны иметь безупречный внешний вид.

Но это было бы ещё пол беды — для таких выходов в свет как раз и работают наёмные специалисты, Жанна боялась другого — вдруг на вечеринке ей начнут задавать вопросы, брать интервью или что ещё хуже - выпытывать её мнение по некоторым аспектам деятельности мужа или общественной жизни. Она ничего не знала о том, что происходит за окнами квартиры, да что там говорить, она всего-то несколько часов назад узнала о существовании самой этой семьи. Страхи и сомнения раздирали душу, мешали расслабиться. «Господи, к чему это приведёт? — размышляла она. — И смогу ли я когда-нибудь попасть домой, к матери и Ваньке? Да и хочется ли мне этого? — глубокая складка пересекла её лоб. — А так ли уж тут хорошо? Уж больно Олег суров с ней, да и Дарина не особо-то жалует. Кто я в этой семье — любимая жена или забитая униженная запуганная женщина, призванная лишь служить мужу?»