Тира Хаймур – Хроники Хищника. Свет и Тень (страница 4)
– Я ещё не дорос до того, чтобы знать всяких там Вегейров. – Задумчиво стал рассуждать парнишка. – Так, расскажешь, кем ты был?
– Что значит, кем я был? – не отвлекаясь от своего дела, спросил Мавор.
– Ну, как это называется… Насколько усердно король лизал зад твоим родителям?
Мавор замер и глянул на Кирна, не в силах сообразить, что тот использует лишь фигуру речи. Парнишка взвыл.
– Лорд, граф, кто там ещё бывает?
– Я был герцогом. – Смирившись с тем, сколько всего ему ещё предстоит понять, ответил Мавор.
Ого! – Восхищённо воскликнул Кирн. – Не помню, чтобы тут были такие важные уроды.
Мавор, не справившись с простынями, злостью и детской обидой на свою неудачу, резко откинул ткани, залез на койку и обнял колени, уставившись на слишком разговорчивого собеседника.
– Почему тебя все называют вы… – он нахмурился, пытаясь справиться с новым словцом. – Выбляд-ком?
– Потому что моя мать была блядью. – Равнодушно пожал плечами Кирн. Заметив, что пояснение не вызвало в глазах Мавора и толики понимания, он рассмеялся.
– Не знаешь, что это значит? Ты хоть какие-то ругательства знаешь?
Мальчишка, которого старались воспитывать под стать титулу, лишь однажды слышал, как его отец выругался, когда Дритан стащил его меч и чуть не оттяпал себе пол ступни, пытаясь совладать с тяжёлым оружием. Но ему тогда было чуть больше двух лет и он не запомнил это замысловатое, щекотливо ласкающее слух словцо.
– А-а… Вот, что значит, быть герцогом! Небось, в столовой будешь мизинчики оттопыривать! – Засмеялся Кирн. – Только не теряйся, когда не нейдешь ничего, кроме железной тарелки, да погнутой ложки. Нам другого не дают. Уж очень легко убить любыми другими приборами.
– Ты объяснишь? – надувшись, пристыженный старшим, спросил Мавор.
– Ой, простите, ваша светлость. Моя мамаша приводила в наше скромное жилище каждую ночь мне нового папочку. Я мешал им. Поэтому она запирала меня в шкафу. Может, никто и не заострял бы своего внимания на моем родстве с этой шлюхой, ведь здесь многие – безродные детишки, как сказал Снор, блядей и кобелей. Только, вот, в последний раз слушая ее мерзкие вопли, я, всё-таки, выбрался из шкафа, тихо стащил кинжал у папаши, а, когда он ушел, я вспорол ей глотку. – С жестокой улыбкой Кирн провел большим пальцем по своему горлу. – От уха до уха. Пока она спала. И вскоре оказался здесь. – Он откинулся на подушку и уставился на каменистый потолок. – Кажется, я пока единственный здесь, кто убил мать.
Мавор, безразличный к истории Кирна, лишь выделил в своей памяти огромную нишу для ругательств, расставив там все новые словечки, которые услышал сегодня.
– Так, а зовут то тебя как? – Спросил Кирн.
– Мавор фон Яр… – мальчишка запнулся, промогравшись, разглядывая пустоту перед собой.
Кирн поднял голову, заинтересованно заглянув в черные глаза.
– Меня зовут Мавор. – Наконец, уверенно ответил малец.
Его старший сослуживец довольно улыбнулся.
– Мое имя ты уже знаешь, но всё-таки… – он уселся и взялся руками за ступни. – Я – Кирн.
Глава 1
Раннее утро. Большой зал заливало яркое солнце, приглашенное отсутствием одной стены, откуда открывался вид на подножие скалы. Именно в этой скале, шестьсот лет назад, архитекторы под чутким руководством магов высекли замок. Внутри белые мраморные стены и пол, изрезанные серыми прожилками, отражали свет ярким, переливчатым мерцанием. Рядами вдоль зала стояли массивные деревянные столы, к которым были приставлены длинные скамьи. В стороне располагались два похожих стола, но, вместо скамей, своих хозяев ожидали большие кресла из дорогого красного дерева. У стены, противоположной обрыву, который охраняли резные мраморные перила, стоял длинный общий стол, ломящийся от разнообразной еды. Ее аромат окутывал пространство зала, наполняя его теплотой и уютом.
Справа от стола, в кухне, куда вела большая деревянная дверь, ещё доносились звуки приготовления еды. Шкворчание на сковородах, звон кастрюль и крики поваров делали пустую столовую живой. Слева чернел выход из темных коридоров, освещенных лишь мерцающими свечами на канделябрах. Зал готовился в скором времени наполниться множеством воинов и жителей замка, собирающихся встретить новый день.
Первыми в столовую вошли два крупных мужчины, увешанные различным оружием, блестящим на портупеях. Они уверенно сели в кресла из красного дерева за накрытый для них стол.
– Слушай, Клык, сегодня же церемония воссоединения. Ты случайно не присмотрел себе какую-нибудь невесту? – заговорил один из них, наливая себе в серебряную кружку горячего отвара из цветков брилиума – растения, что сорняком покрывало скальные уступы, но имело потрясающе бодрящий эффект.
Необразованные жители королевства Скал дали ему простое название – небесник, за ярко-голубой цвет его лепестков. Со временем оно прижилось у всех на устах. Наполнив кружку, мужчина сразу сделал глоток. От каждого действия мышцы рук воина играли под натянутыми рукавами черной рубахи.
– Я, как и раньше, не вижу ничего привлекательного в том, чтобы усложнять себе жизнь. – Деловито облокачиваясь на спинку стула, ответил второй.
Он расстегнул одну пуговицу на черном воротнике-стойке своей рубахи цвета слоновой кости и продолжил изучать еду на столе.
Невесты, как правило, происходили из знатных родов и проходили строгую подготовку к будущей жизни. Их обучали ведению домашних дел, манерам, основам медицины и давали фундаментальное образование. В юных девочках воспитывали важные качества – терпение, смирение и покорность, формируя их как надежных спутниц для избранников.
Невесты были прекрасным выбором для воина. Они могли заботиться о доме и детях, не опасаясь гибели на поле боя, а в случае ранения мужа всегда были готовы принять эстафету у лекарей замка. Однако, Клык, в данный момент, не был заинтересован в этих преимуществах. Он видел в таком союзе лишь кипу проблем, которые отвлекали бы его от службы и исполнения воинского долга
– К тому же, сегодня помимо этого наиважнейшего события, в королевство прибывает Хранительница. Пожалуй, этому мне стоит уделять больше внимания, чем любовным обычаям, ты так не считаешь, Кьярвальд? – с едкой иронией добавил он.
– Да брось! Тебе даже напрягаться не надо, любая, к кому бы ты не подошёл, тут же согласиться стать пассией, а затем, может быть, женой главнокомандующего. Так что это вовсе и не помешало бы подготовке к встрече с Хранительницей. – Попивая отвар небесника, продолжил настаивать Кьярвальд.
– Меня все устраивает в моей нынешней жизни, а что насчёт тебя, раз уж ты завыл эту песню? Сам то не спешишь заковывать себя в семейные кандалы. – Усмехнулся Клык.
– Я жду свою единственную! Она где-то бродит, одинокая, ждущая своего командира! Я это точно знаю. Просто… Мы ещё не встретились. Это будет любовь с первого взгляда, мы случайно наткнемся друг на друга и все закрутится, словно вихрь…
Клык громко засмеялся.
– Говоришь, как молоденькая чистуха!
Кьярвальд с коварной улыбкой поднес кружку к губам и снова сделал глоток небесника.
В отличие от друга, Клык, ставший главнокомандующим меньше года назад, изрядно нервничал, осознавая всю серьезность предстоящей встречи. Сегодня его ждало знакомство с Хранительницей, и от того, как он справится с этой задачей, зависела не только его репутация, но и вся его дальнейшая жизнь.
Церемония, о которой говорил Кьярвальд, проходила в зале празднеств. Он находился на небольшом уступе и уходил вглубь скалы, поэтому основное освещение исходило от холодного света луны и звёзд. Но этот мрачный свет лишь подчеркивал тени. Скала была свидетелем многих ритуалов, проводимых в этом огромном помещении. Неисчислимые тёплые огоньки на свечах дрожали, словно боролись с взошедшей во власть ночью. Этот зал мало чем отличался от общей столовой, разве что столы были не такими длинными и стояли не ровными рядами, а в шахматном порядке. В передней части ещё пустовала большая площадка, предназначенная для тех, кто хотел разогнать кровь по жилам в весёлом танце, а в воздухе уже витали аромат угощений с алкоголем и предвкушение праздника.
Играла музыка, гудящая в воздухе, словно предвестник надвигающейся бури веселья. Толпа зевак, лишённых забот, подобно стаду овец, трепетала от волнения перед началом церемониальных танцев невест. Столы, ломились от разнообразных блюд и напитков.
Клык расположился на своем диване, окутанный густым, вязким дыханием праздника, но его сердце было пропитано тревогой. Он успел опустошить несколько бокалов, чувствуя, как крепкий алкоголь медленно растекается по венам, но это мнимое облегчение не могло усмирить его гнев. Каждая нота музыки будто звучала внутри него, соперничая с эхом собственных мыслей.
Его взгляд блуждал по залу, останавливаясь на лицах жителей замка. Их радость казалась ему фальшивой. Он понимал, что в этой радости скрывается нечто пошлое, низкое, то, что было естественным для людей в королевстве Скал.
Он поднял бокал с виски. Заглянул в отражение, будто ожидал увидеть там суть своего предназначения. Огоньки свечей плясали в прозрачном стекле. Ему показалось, что они шепчут что-то о том, что должно случиться. Словно сама ночь готовилась выдать ему свои тайны.
"