Тина Титова – Договор на любовь (страница 3)
Встряхнув головой, прогоняя мрачные, как тучи на небе, мысли, я заверила Клер, что к ужину обязательно буду. Родню надо знать в лицо. И им меня тоже. Вот только моё лицо вряд ли вызовет у них улыбку.
Аккуратно добравшись до ванной комнаты, я взглянула на себя в зеркало… под глазами залегли круги, кожа побледнела, и лишь татуировка сияет ярче обычного. Это странно…
Когда вернулась в комнату, меня уже ожидал на подносе горячий обед. От ароматных пряных запахов рот наполнился слюной. Не воспитано сглотнув и плюхнувшись на кровать, я стала поднимать крышечки, разглядывая вкусности. Крем-суп, уверенна, тающий во рту, хрустящие гренки, нежнейшее мясо птицы… В общем, как говорит моя младшая сестра: «Такую вкуснятину надо подавать с добавкой!».
От воспоминаний об Алии у меня сразу встал ком в горле. Как она там, в пансионе? Стало неуютно, стыдно. Пока сестрёнка теснится в маленькой холодной комнате с другими сиротами, я тут валяюсь на кровати.
Когда казнили родителей, нас определили в пансион для девочек. После выпуска мне пришлось остаться и подрабатывать там же, чтобы присматривать за Алией и скопить денег на поездку к мужу. Сестра плакала, когда я уезжала, но признаться, что, если останусь – умру, так и не смогла. В её жизни и так случилось много смертей.
Посему я должна сделать всё возможное, чтобы остаться в живых. А для этого подписать вторую часть договора.
До вечера я провела время в раздумьях. Представляла, как увижу будущего мужа, как буду просить его поставить свою подпись на злосчастной бумаге. И как вздохну спокойно. О том, что будет дальше, старалась пока даже не мечтать. Отец всегда говорил, что решения надо принимать по ситуации.
С наступлением сумерек усилился ветер, срывая мокрую листву с деревьев. Она прилипала к окнам, медленно сползала на карниз, оставляя разводы на стекле.
Я ещё раз сделала глубокий вдох и, обернувшись, быстро взглянула в зеркало. Никогда не любила разглядывать себя часами, да и не было времени это делать. Поправив причёску и одёрнув тёплое синее платье, я отправилась на ужин.
О том, как меня встретит почти свекровь, да и встретит ли вообще, я старалась не думать. Шла медленно, но не потому, что хотела, чтобы меня ждали – уверена, начнут без меня, не стесняясь – а потому что всё тело неожиданно накрыла дрожь. Сначала задрожала левая ладонь, а от неё уже по всему телу расползлись мурашки. Такого со мной ещё никогда не было. В попытке взять себя в руки я и вошла в столовую. Моё состояние не укрылось от Джорджии. Она сидела во главе огромного стола, накрытого на троих. Осмотрев меня с ног до головы, леди Кимбол опустила глаза на салфетку, лежащую возле расписной тарелки.
– Добрый вечер, – произнесла я.
Однако ответом мне стало молчание. Какое место леди Кимбол отвела за столом незваной гостье, то есть мне, также не сообщила. Как реагировать на такое неприкрытое неуважение я не знала, поэтому прошла и села по правую руку от хозяйки дома.
– С вашего позволения, – пришлось выдавить из себя. Джорджиа прожгла меня таким взглядом, что захотелось немедленно стать невидимкой.
Время ожидания ужина затягивалось. Сестра леди Джорджии всё не появлялась, а без неё хозяйка вечера распоряжений накрывать не подавала. Ну что ж, подождём. Чтобы скоротать время, я, не стесняясь, разглядывала столовую: до блеска начищенный паркет, мебель из дорогого дерева, и огромный портрет мужчины в белом костюме с золотой тиарой на голове.
Горло свело спазмом, сердце сдавило. Я видела перед собой виновника моего положения. Того, кто одних аристократов вознёс до небес, а других отправил под топор палача. Я смотрела на короля.
Наконец двери столовой распахнулись, и вошёл мажордом.
– Леди Иннес Кимбол, – негромко, но чётко объявил он.
Следом за ним вошла женщина средних лет. Вот если бы не знала, что это сестра Джорджии, никогда бы не подумала! Полноватая, невысокого роста, с множеством рыжих мелких кудряшек на голове. Простое зелёное платье с длинным рукавом и пышной юбкой очень ей подходило. А лицо украшала добрая светлая улыбка.
– Всем добрый вечер, – мягко проговорила леди Иннес.
– Могла бы и поторопиться, – бросила свекровь, одарив сестру недовольным взглядом.
– Прости, дорогая. Дорога была дальняя, я устала и хотела привести себя в порядок, – однако в голосе Иннес раскаяния не было. – Ой, а у нас гости? Вече…
– Это наша дальняя родственница, – быстро перебила Джорджиа и позвонила в колокольчик.
Терпеть такое неуважение от свекрови я больше не могла. Резко поднявшись, я решила взять положение в свои руки.
– Добрый вечер, леди Иннес. Позвольте представиться: леди Валери Теранс, невеста лорда Радана Кимбола.
Улыбка сошла с лица благородной дамы. Я на миг подумала, что и она окатит меня холодной волной презрения. Однако глаза Иннес смотрели с какой-то щемящей душу теплотой. Она всплеснула руками.
– Не может быть! Так вот ты какая, Валери Теранс… Я, Иннес, Иннес Кимбол – старшая сестра Джорджии.
При этих словах, упомянутая леди издала звук, похожий на фырканье. Это не осталось без внимания Иннес.
– Не надо так фыркать, дорогая сестра! По старым традициям, когда два наследника богатых семей вступали в брак, то близкие родственники, ещё не сочетавшиеся браком, тоже брали фамилию мужа. Так что я на законных основаниях ношу титул леди Кимбол.
– Хорошо, что этот дурацкий закон отменили, – улыбаясь, произнесла Джорджиа и, скользнув по мне взглядом, добавила: – Наш король ввёл более лояльные законы и традиции, нежели это делал его брат узурпатор. Давайте уже приступим к ужину! – торопливо произнесла она, заметив, что Иннес собирается ей что-то сказать.
Я опустилась на своё место и прикрыла глаза. Конечно же, Джорджиа заметила, каким взглядом я рассматривала портрет. И всё ей сказанное – это попытка задеть меня, напомнить моё место.
Пока слуги ловко выставляли блюда, я твердила себе, как молитву: нельзя поддаваться нападкам свекрови. Нельзя! Мне вообще должно быть всё равно, что она думает. Главное для меня – союз с её сыном!
Тишину за столом нарушила Джорджиа:
– Какие новости в столице?
– Ты ведь знаешь сестра, я не интересуюсь светскими сплетнями, которые так волнуют тебя, – Иннес послала ей улыбку.
– Конечно, тебя ничего не интересует кроме твоей разорительной благотворительности. Кого на этот раз спасаешь? Какого-нибудь редкого пятнистого хомяка? Лучше бы людям помогала! Вон их сколько, – еле заметный кивок в мою сторону, – обездоленных.
– Людям, – протянула Иннес, делая глоток вина, – людям я помогать не буду по одной простой причине. Они сами создают свою судьбу, сами её разрушают, зачастую уничтожая всё и всех вокруг себя. Люди пусть сами себе помогают! А вот братья наши меньшие, в жизнь которых, кстати, вмешиваются всё те же люди, не всегда могут себе помочь. К тому же, – как-то подозрительно довольно добавила она, – король одобрил мои действия на собрании общественной палаты. И даже выделил патент на строительство приюта для животных и создания цветника для редких растений.
Джорджиа вмиг переменилась. Лицо её смягчилось, появилась даже улыбка. Так вот чем надо брать свекровь – расположением короля!
– Король одобрил? Прямо на совете? – совсем другим тоном проговорила Джорджиа. – Это замечательно! Почему ты раньше об этом не сказала?
Иннес ей ничего не ответила, лишь бросила на меня взгляды, полные смешинок. Я спрятала улыбку в бокале с водой.
Неожиданно для всех в столовую вновь вошёл мажордом и громко объявил:
– Лорд Радан Кимбол вернулся домой.
В этот момент я забыла, как дышать, кровь отлила от лица, а сердце пропустило не один удар. Кажется, оно вообще перестало биться. Раздались приглушённые шаги, и в дверях показался высокий, мужской силуэт.
В столовую вошёл мой жених!
Глава 3
Высокий, широкоплечий. Чёрные, как ночь, волосы чуть достают до плеч, свисая мокрыми прядями. Лицо украшает аккуратная борода, подстриженная по последней моде. И глаза – насыщенного янтарного цвета! Они манят, притягивают, хочется любоваться и любоваться.
И я, как заворожённая, сижу и в упор смотрю на человека, к встрече с которым не была готова. Его ожидали только завтра. Почему же он приехал раньше?
Этот вопрос волновал и Джорджию. Причём очень сильно волновал. Лицо её было бледным, как скатерть на столе, нижняя губа подрагивала, а в руках она комкала салфетку.
– Сын мой, – проговорила свекровь, – ты так рано вернулся.
– Матушка, добрый вечер. Я закончил дела раньше и сразу поспешил домой.
Голос Радана – твёрдый, с небольшой хрипотцой от холода – обволакивал. Он словно заполнял всё пространство в столовой, окутывая зачаровывая. Такой голос хочется слушать и слушать.
– Тётя Иннес! Приветствую!
– Здравствуй дорогой, – Иннес поднялась из-за стола и расцеловала племянника. – Как же хорошо, что ты приехал так неожиданно!
От её слов Джорджиа будто удар молнии получила. На неё было жалко смотреть.
– У нас гости? – Радан наконец-то заметил меня.
Наши взгляды встретились, и меня словно окутало янтарное облако тепла. Бывает ли так, что смотришь в глаза человеку, и весь мир перестаёт существовать?
– Дорогой мой, – обратилась к нему Иннес, – вижу, твоя матушка так впечатлена твоим внезапным приездом, позволь я представлю тебе нашу гостью и по совместительству твою законную супругу! Леди Валери Теранс.