Тина Мун – На скорости чувств: полюби меня снова (страница 8)

– Ты точно управляющий клубом, а не фитнес-тренер? Откуда такие мускулы? – Я щиплю его за плечо, все больше зарываясь в грудь, вдыхая знакомый вишневый запах. Из-за того, что я похудела, можно подумать, что он держит в руках игрушку.

– А ты, я смотрю, и вовсе забыла слово еда. – Оторвавшись от меня, Фирс берет меня за руку и кружит вкруг себя. В тишине слышу его недовольное цоканье, а затем замечаю и его взгляд. Я тихо посмеиваюсь, но потом вспоминаю, из-за чего я вообще открыла эту дверь.

– Кто сюда зашел? Ты видел? – Лицо друга странно искажается, и он оборачивается.

– Может, кто-то из сотрудников. Скоро начало смены. – Парень нервно постукивает ногой по кафелю, а потом продолжает: – Давай пройдем ко мне, расскажешь, как оказалась здесь. В мельчайших подробностях.

Я киваю, и мы идем по светлому коридору почти до самого конца. По пути смотрю по сторонам, замечая, что тут достаточно много дверей. На одной из них вижу табличку, обозначающую склад. Фирс не отпускает меня из объятий, потирая мое плечо, и идет дальше. Останавливается и открывает крайнюю дверь справа, пропуская меня вперед. В кабинете горит свет, и я могу разглядеть его логово. Оно сильно отличается от самого клуба. Стены светло-бежевые, белые натяжные потолки со светодиодными лампами по периметру. Небольшой стол, узкий стеллаж, заваленный разноцветными папками, и угловой диван у стены. Друг садится, похлопывая рукой по мягкому сиденью рядом с собой. Я сажусь, не зная с чего начать.

– Ну так что? – Друг поворачивается ко мне, скрещивая руки в замок. Я пожимаю плечами, откидывабсь на спинку дивана.

– Мне надоел Милан. Меня уволили с работы, и я почувствовала, что нужно что-то менять.

– Что-то менять? У тебя какие-то проблемы?

Я кошусь на друга и вжимаю голову в плечи.

– Никаких проблем. Я что, не могу приехать к своему другу? Что за вопросы такие? Ты не рад мне?

Фирс тут же мотает головой и машет руками.

– Что ты говоришь! Конечно, рад. Просто это было так неожиданно. И где ты остановилась? Может, поживешь у меня? – Он выглядит слегка нервным, его эмоции передаются и мне. Тяжело выдохнув, решаю рассказать, почему я так неожиданно приехала. Он должен знать. Ему я могу довериться. Он же всегда понимал меня.

– Фирс, на самом деле, ты прав. Я уехала из Милана, потому что не могу находиться там. В каждом уголке города мне мерещится Даниэль. Мне кажется, я сошла с ума. Каждый раз, вспоминая его и все что случилось, меня начинает трясти. Сердце ноет от безысходности. Ты, наверное, не поверишь. Но единственная причина, по которой я отдалилась от всех, в том числе и от тебя, только в том, что каждый день я напивалась до беспамятства. Пропадала на работе, пила, медленно сходила с ума. Ловила галлюцинации с Бенсоном. Мне было… Я не хотела, чтобы меня жалели. А вы бы делали это, если бы узнали о моих проблемах. Понимаешь?

Сказав это все на одном дыхании, я сжимаю края юбки в своих руках, прикрывая глаза. Я должна рассказать хоть кому-то. Должна избавиться от этой тяжести внутри. В кабинете стоит тишина, из-за которой я могу слышать свое сердцебиение, что с каждой секундой ускоряется.

– Фирс, я кое-что должна рассказать. Я никому… – Дверь в комнату резко открывается, и я слышу голос, заставивший меня замолчать.

Даниэль

День не задался с самого утра. Во сне я снова видел ее. Снова проснулся от боли в сердце, словно его кто-то сжимает. Еще несколько таких снов, и я умру от остановки сердца, клянусь. Почему любовь такая жестокая? Почему я не чувствую ничего, о чем говорят в фильмах? Нет этих чертовых бабочек в животе, улыбки до ушей, жжения в груди. Ничего нет. Только жгучая боль, от которой выть хочется. Кажется, нас кто-то нехило так обманул, рассказывая сказки об окрыляющей любви. Эта любовь уже пять лет приносит мне только боль.

Встаю с кровати и плетусь в душ. Мерзну под ледяной водой, закаляя себя и сердце. Это поможет? Вряд ли, конечно, но все же. Наспех брею отросшую бороду, оставляя небольшую щетину и, обмотав полотенце вокруг бедер, иду на кухню. В квартире стоит плотный запах сладких духов, и я кашляю, прикрывая нос. Хоть окно держи открытым сутками, чтобы избавиться от него. До тошноты противный. Я открываю окно и смотрю на пасмурную погоду. Ни намека на апрель. Ни намека на что-то хорошее. Завариваю кофе и делаю несколько глотков, тупо смотря в одну точку. Почему я все еще помню? Почему мои раны такие свежие, будто все произошло пару дней назад? Пять лет. Столько времени прошло, а я все еще помню. И ненавижу себя за это. Она уже давно живет своей жизнью. Наверняка и парня нашла. Если не мужа… Одна только мысль о чем-то подобном, и по телу огромной волной проносится ревность. Нет. Лучше о таком не думать. Но я уже начал. Уже представил, как она улыбается другому. Как целует его и сладко стонет ему на ухо. А во сне она все это делала со мной. Крепко сжимаю кружку в руке, еще немного, и она треснет. Закрываю глаза, потирая переносицу пальцами. Где-то вдалеке слышится звонок телефона, и мне приходится оторвать свой зад от стула, чтобы вернуться в спальню. Вижу на экране знакомый номер и отвечаю, не раздумывая.

– Она уехала. Ее нет. – Невидимый удар куда-то под ребра. Крепко сжимаю телефон в руке и сажусь на край кровати.

– Что ты несешь, Лиса? – спрашиваю я девушку, нервно сглатывая. Сердце бешено колотится о грудную клетку.

– Еще недавно она говорила, что хочет уехать, а сегодня… Сегодня ее квартира пуста. Она даже не сказала, куда уехала. – По ту сторону слышатся всхлипы, а я сразу же перебираю варианты. Куда она могла уехать? И главное, зачем!?

– Лиса, прекрати плакать. Может, она поехала к родителям? Соскучилась.

– Нет, я звонила им. Ди даже отцу не сказала, куда хочет уехать. Никому ничего не сказала! Просто собрала вещи и уехала. Даниэль, что нам делать? – не унимается подруга, громко шмыгая носом.

– Это не повод плакать. Мы узнаем, где она.

– Как?

– Ты забыла, что твой муж тот еще хакер? – я стараюсь говорить ровно, в то время как в груди разгорается пламя. Все пять лет она оставалась в Милане, а сейчас вдруг решила уехать!? Так еще и не сказала никому. Она хочет, чтобы я сошел с ума?

Ладно, справедливости ради, она вообще не подозревает, что я все еще думаю о ней. Для Кенди я придурок, который изменил, сбежал, разбив сердце. Вот только я не изменял! И если бы она тогда высказалась, я бы ответил. Я бы все рассказал. До сих пор понятия не имею, кто так удачно сфотографировал меня и Линду, но если бы он был адекватным, то заметил бы, что это было не по обоюдному согласию. Вот только к чему сейчас все это? Прошло слишком много времени. Она не простит меня. А я так и останусь здесь, наблюдая за ней издалека. Буду продолжать спрашивать у Мелиссы и Ричарда, как у нее дела. В тайне буду приезжать в Милан и любоваться ей. Потому что для меня Кенди не чужой человек. Я переживаю за нее. Всегда. И я просто люблю ее. Этого недостаточно?

– Даниэль, если бы ты только позволил рассказать ей…

– Нет. Ей это не нужно.

– Да с чего ты взял!? Она страдает точно так же, как и ты, – возмущается Мелисса, нервно дыша в трубку. От слез не осталось и следа.

– Пока, Мелисса. – Я сбрасываю звонок, сжимая руку в кулак.

Почему каждый считает своим долгом тыкнуть меня носом в мои ошибки. Я не хочу теребить старые раны Кенди и рассказывать ей обо всем. Это лишнее. Может, она и вовсе умотала со своим парнем? Решили отдохнуть. На всякий случай, я все же решаю позвонить Фирсу и узнать у него. Может, она сказала другу? С ним Ди была ближе в последнее время, чем с Лисой. Но парень говорит, что не в курсе, и сам начинает переживать. Отлично.

И куда ты укатила, Боуман!? Я сойду с ума.

Без нее схожу, а с ней так подавно. Стоит только услышать ее имя, как снова накрывает. И пусть я перестал пить сутки напролет и даже бросил курить, одно только имя побуждает меня потянуться к бутылке. Но нет. Точно не сейчас. Мой мозг должен оставаться трезвым. Особенно когда я не знаю, где Ди и каким образом случилось так, что в моем же клубе толкают дурь. Если это дойдет до полиции, будет очень плохо. Проблемы мне не нужны, особенно в Канаде. Здесь я еще не так известен своей фамилией, чтобы мне прикрывали зад. Если узнают, простым выговором я не отделаюсь, это точно.

Устало проведя рукой по лицу, чешу подбородок и встаю с кровати. Ладно. Сначала нужно узнать, где Кенди. Потом уже проблемы с клубом. Ди важнее всего.

Беру ключи от машины и выхожу из квартиры. Нужно поехать к Фирсу. Может, он позвонит ей и спросит. А я услышу ее голос… Как давно я слышал его? Месяца четыре назад, когда говорил с Лисой по телефону? Нежный и тихий тембр вызвал мурашки по всему телу. Когда это пройдет? Смогу ли я разлюбить ее? Отец уже мозг проел со своими внуками, а я… О каких детях может идти речь, если я не могу смотреть на других? Какими бы красивыми они ни были, никто не мог превзойти девушку с невероятно зелеными глазами, словно лес, и пушистыми волосами, в которые так и хочется зарыться пальцами и вдыхать карамельный запах, пока не пропитаюсь им.

Уже открыв дверь, я вспоминаю, что забыл перекусить, и возвращаюсь на кухню.Достав из ящика шоколадный батончик, вскрываю обертку, кусаю и представляю перед собой довольное женское лицо, в точности как пять лет назад. Кухня, запах кофе и счастливая Ди, поедающая шоколадную пасту. Именно такой я помню ее. Счастливой. И каждый раз говорю себе не приближаться. Ведь пока меня нет рядом, в ее жизни все хорошо.