Тина Миляева – Пуфик и Тайна Облачных Цветов (страница 6)

Позже, в тот же день, я стал свидетелем другой сцены. Зайчонок Прыгунчик, брат Ушастика, с азартом носился по поляне, пытаясь поймать стрекозу. Он прыгал так высоко и смешно, что несколько мышат, наблюдавшим за ним, пищали от восторга. «Молодец, Прыгунчик!» – крикнул кто-то. И тут я увидел Ушастика. Он стоял в стороне, наблюдая за братом. В его глазах не было радости. Была… какая-то усталая грусть. Он вздохнул и тихо поплёлся прочь, не дождавшись конца представления. Холодок тихой печали, смешанной с… неуверенностью? Ощущением, что ты не так хорош? – потянулся за ним. И снова – лёгкая дымка на сиянии Цветка в их секторе.

Но самым тревожным было поведение Старого Крота. Он всегда был немного ворчлив, но справедлив. А теперь… Теперь он сидел у входа в свою глубокую, уютную нору под корнями Ветерана-Дуба и буквально рычал на всех, кто проходил мимо. На Белочку Чипу, которая слишком громко щёлкала орехом («Шумят, как на ярмарке! Старикам покоя не дают!»). На Барсучонка Бури, который неловко споткнулся около его заначки с кореньями («Топчут всё, не видят под ногами! Молодёжь нынче!»). Даже на Солнечных Воробушков, заливисто щебетавших на ветке («Спеть спокойно не могут, только трещат!»). От него веяло не просто ворчливостью, а глубокой, тёмной обидой на весь мир. Одиночеством, которое превратилось в колючую скорлупу. И сияние Цветка над его дубом стало заметно… тусклее. Не угасло, а потускнело, как лампочка, в которую попала пыль.

Тревога, холодная и липкая, заползла мне под пёрышки. Мои опасения подтверждались. Большое горе Миши было как гроза – яркая, страшная, но проходящая. А эти чувства… Зависть Рыжули к чужому вниманию. Неуверенность Ушастика на фоне брата. Обида и одиночество Старого Крота… Они были как плесень. Мелкой, почти незаметной, но коварной. Они не кричали, а шептались в углах сердец, отравляя их изнутри. И этот яд поднимался вверх, загрязняя чистый Свет Доброты! Цветы не вяли – они мутнели. И от этого Свет становился слабее, менее защищающим. Я видел, как зверята стали чуть раздражительнее, чуть менее терпеливыми друг к другу. Как будто невидимая пелена легла между ними.

Этого нельзя было игнорировать. Но как бороться с тем, что скрыто? С тем, что сами зверята, возможно, не осознают до конца или стесняются признать? Я не мог просто подлететь и сказать: «Рыжуля, перестань завидовать!» или «Дедушка Крот, не обижайся на всех!» Это могло только обидеть или разозлить их сильнее.

Мне нужен был совет. Мудрый, терпеливый совет. Я знал лишь одного, кто мог его дать. Я расправил крылышки и направился к знакомому дуплу, обвитому Серебряным Плющом. К Сове Луннице. Она знала тайны не только звёзд, но и тайники маленьких, запутанных сердец.

Глава 2: Уроки Мудрости в Совином Дупле

Дупло Лунницы пахло, как всегда, сушёными травами, старой древесиной и мудростью. Сегодня к этому аромату добавился ещё и сладковатый запах черничного пирога – видимо, Сова баловала себя ночным чаепитием. Она сидела на своей коряге-табурете, попивая чай из желудёвой чашки и читая толстую книгу в кожаном переплёте, испещрённую лунными письменами. На голове у неё был её знаменитый колпак из паутины, украшенный сегодня сушёной фиалкой.

– У-ух? – подняла она глаза, услышав моё осторожное постукивание крылом о дверку. – Входи, пёрышко, входи. Не стучи – дверь открыта для тех, кто ищет знаний. Чувствую, вопросы роятся в твоей облачной голове, как пчёлы в улье. Садись, рассказывай. И пирогом угощайся, свежий.

Я присел на мягкий пуф изо мха, который Лунница держала для гостей, и взял предложенный крошечный кусочек пирога. Он был невероятно вкусным.

– Спасибо, Лунница, – начал я. – Ты права… вопросы. И тревога. Помнишь, ты говорила про Расколотые Сердца? Про боль, что окутывает Цветы тенью?

Сова отложила книгу, её большие круглые глаза внимательно уставились на меня.

– У-ух. Помню. Ты исцелил одно такое Сердце. Смело и самоотверженно. Но что-то подсказывает, что это был не конец истории.

– Именно! – я вздохнул. – Цветы… они не вянут. Но они… мутнеют. Их свет стал не таким чистым. Как будто в прозрачный ручей налили немного мутной воды. И я чувствую… чувствую новые тени. Но небольшие и тяжёлые, как у Миши. А маленькие. Колючие. Или тягучие. Как паутинки. Они идут от… от зависти. От неуверенности. От обиды и одиночества. – Я рассказал ей про Рыжулю и Чипу, про Ушастика и Прыгунчика, про ворчание Старого Крота. – Как им помочь, Лунница? Как исцелить то, что прячется? То, что они сами, может, не хотят признавать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.