Тина Дорофеева – Сводные. Академия мажоров (страница 9)
– Если ты таким занимаешься, то не стоит проецировать на других свою модель поведения.
Пытаюсь скинуть с себя его конечность.
– Сдала нас?
Мотаю головой.
– Для чего бы мне это делать, непрошибаемый придурок?
– Чтобы смягчить себе наказание и не вылететь словно пробка отсюда? – прищуривается Рус.
– Пошел…ты…нахрен, – цежу, глядя ему в глаза.
Внутри меня трясет. Слабая девочка забивается в уголок и обхватывает себя за коленки. Смотрит затравленно. А вот снаружи я показываю всю свою смелость. Которой очень мало, особенно, когда я рядом со сводным.
Толкаю его в грудь. Но он даже не пошатывается. Ему мой толчок, как комариный укус.
– Ещё секунда и я буду орать, что ты меня тут насилуешь, – прибегаю к дешевому шантажу.
Конечно же, я ничего подобного не буду делать, но припугнуть можно, чтобы Рус не перегибал палку.
Боже, как же я зла, когда он рядом!
– Не хватит смелости, сводная, – щурит голубые глаза.
Вопросительно вздергиваю бровь.
– Хочешь проверить? Я никого не сдавала, идиот, потому что по твоей милости сама участвовала в этом цирке!
Меня трясет от злости.
– Это была вынужденная мера, Аврорик, – насмешливо произносит мое имя, специально коверкая его.
Меня передергивает от такого обращения.
– Не приближайся ко мне больше. Я не хочу никак с тобой соприкасаться, и плевать, что мы находимся на одном курсе. Не трогай меня, Тихомиров. И я с радостью отвечу тебе тем же.
Рус усмехается.
– А если я не хочу…не трогать, – его голос понижается до какого-то утробного рычания.
– Что ты? Что ты имеешь ввиду? – округляю глаза.
– Ты пожалеешь, что ты сюда попала, сводная. Я тебе обеспечу веселую жизнь.
Толкаю его в грудь, но Тихомиров даже на миллиметр не двигается с того места, где он стоит. А меня моя беззащитность раздражает. Хочется хорошенько съездить ему по морде и отряхнуть ручки после этого.
И пусть Руса подрывает от моей наглости, но его кто-то должен поставить на место.
– Только попробуй. Я напомню тебе, что заставило тебя от меня отвалить в прошлый раз.
Рус сжимает зубы так, что скулы заостряются.
– О, ты мне ещё и за это не ответила, сводная.
– Тебе очень идет татуировка, Русичка, – скалюсь в ответ, – хочешь ещё одну?
Перед глазами пролетает наша последняя встречу. Рус меня задел…сильно задел.
Тогда наши родители ещё были вместе. И мы с Русом даже умудрились какое-то время нормально взаимодействовать. Спустя время до меня дошла суровая правда. Все, что делал Рус было пылью в глаза.
Он решил, что я очередная давалка и решил полезть ко мне. Это был мой первый поцелуй, а потом у Руса слетели тормоза. И его руки полезли под одежду. Он был очень настойчив.
А я оказалась не готова к такому повороту. Это потом я услышала, что он с парнями забился и решил, что меня можно соблазнить и затащить в койку. Якобы секс со сводной для многих крутая сексуальная фантазия.
Я ему отомстила тем, что полоснула по спине катаной. Как раз там, где сейчас у него тату. Не повезло Русечке, что она в момент моей злости была у меня под рукой.
И теперь между нами пропасть. Война!
Меня спасает звонок на телефон сводного. Он отвлекается на секунду, но мне её хватает, чтобы смотаться от него.
Залетаю после ссоры в комнату вся на взводе.
Бесит! Гад! Подонок! Нахал!
Натыкаюсь взглядом на лежащую возле кровати катану и на лице против воли расцветает улыбка.
А вот и способ выпустить пар после встречи со своим сводным братцем.
Обхватываю черный чехол. Прижимаю к груди и прикрываю глаза, проигрываю перед мысленным взором все мои тренировки.
Иайдо я увлеклась, когда мне было пятнадцать. Посмотрела модную дораму и загорелась, что хочу быть тоже крутой, как героиня. Уламывала маму несколько месяцев, а потом она сдалась. Хоть и хотела меня отдать на балет.
Меня передергивает как только я думаю о том, что вместо вот этой мощи, которая исходит от моей катаны, я бы учила всякие па и фуэте.
Пальцы покалывает от нетерпения. Хочется поскорее вспомнить, как двигаться. А то, кажется, что мое тело успело подзабыть какого это – чувствовать такое опасное продолжение себя.
Переодеваюсь в удобные вещи и покидаю комнату. После пар каждый студент занимается, чем ему вздумается, но строго на территории академии.
Вот я и решаю отыскать укромный уголок, чтобы расслабить напряженные после целого дня мышцы.
Уголок находится очень быстро. Небольшая лужайка почти на окраине территории академии. Тут нет ни души и я могу выпустить своих демонов после ссоры со сводным.
Хотя…
Достаю телефон и набираю Ма. Нетерпеливо постукиваю ногой по газону в ожидании ответа.
– Слушаю, моя зайка. Как тебе учится? – сразу начинает Ма заваливать меня вопросами.
– Привет, у меня к тебе вопрос. Что тебе грозит, если меня выпрут из академии?
– Эм, а что ты натворила, что тебя должны выпереть? – голос мамы меняется.
Кажется, я слышу в нем страх.
– Ма-а-а-а-а, я задала конкретный вопрос. И жду конкретного ответа.
– Ну-у-у-у-у, будет огромная неустойка и штраф. А ещё мне придется накинуть сверху ещё за один семестр оплату.
У меня от такой информации глаза лезут из орбит.
– Что ты там натворила, Аврора?! – взвизгивает мама.
– Пока ничего. Это я для общего развития.
Ма выдыхает. Но рано, мы с ней ещё не закончили.
– И ещё. Ты что, помирилась с Тихомировым?
Мама закашливается. В трубке слышится какие-то шорохи, шипение.
– Ой, Аврора, прости, детка, мне пора мчатся на йогу. Целую. Потом поболтаем.
И она сбрасывает. А я таращусь на экран телефона.
Что, мать его, это значит? Неужели….