Тина Дорофеева – Сводная не для меня (страница 32)

Втягиваю воздух, смешанный с его парфюмом, пока зрачки Антона расширяются.

– По поводу нас, Ник.

20.1

– Нет нас, Рязнов, – на его лице вспыхивает усмешка, но он тут же становится серьезным.

– Одно твое слово, и мы появимся, – он не сводит с меня взгляд, поглаживает шею.

Эта ласка отвлекает и превращает мысли в желе.

Прикрываю глаза, отдаваясь ощущениям.

Антон стискивает мою талию и прижимает к себе, пока я пытаюсь окончательно не отключиться от реальности и дать хоть какой-то отпор.

Но стоит почувствовать его тепло сквозь слои одежды, как все попытки отрицать наше притяжение, превращается в пепел.

Стискиваю в кулаке его толстовку. Стараюсь дышать. Дышать хоть как-то, только получается это с перебоями.

– Что тебя пугает, принцесса? – Антон наклоняется над ухом, выдыхая вопрос.

Вдоль позвоночника ползут мурашки, окончательно добивая оборону.

– Что ты все это сейчас делаешь ради интереса. Спортивного, так скажем, – рублю правду.

Именно об этом я думала в последние дни. После того злосчастного поцелуя.

Что Антон просто решил поиграть, а как надоест, он без сожаления выкинет нас на помойку и уйдет, не обернувшись.

Он резко отшатывается от меня и впивается злым взглядом. Глаза темнющие. Мне даже становится не по себе от их глубины.

– И зачем мне это? Можно уточнить эту деталь?

Дергаю плечами, а сама отпустить его толстовку боюсь. Ноги-то с трудом держат. Перед глазами все становится каким-то размытым, но не от слез. Скорее, от того, как этот гад на меня действует.

Хочется притянуть его обратно. Ощутить снова его тепло, которым он так охотно делится.

– Чтобы доказать всей школе, что ты любую можешь закадрить, – эти слова даются мне с трудом, но я не вижу смысла юлить, раз уж я озвучила сомнения.

Антон выгибает бровь.

Отвожу взгляд, с интересом всматриваясь в окна, в которых постепенно загорается свет.

– Ник, – Антон дергает меня за подбородок, заставляя смотреть на него, – выброси этот мусор из своей головки.

Слегка стучит пальцем по виску и ухмыляется.

Одергиваю голову. Злюсь. Злюсь от того, что для него этот разговор очередной повод подколоть и выдать порцию насмешек над неопытной и глупой Никой.

– Ты не так давно кричал на всю школу, что ты меня ненавидишь, – все же беру под контроль голос и говорю громче, чем хотела.

– Так и ты то же самое кричала, когда я тащил тебя на плече, – Антон окидывает меня взглядом, который невозможно распознать.

Что там скрывается, за темными глубинами его глаз. Точно не что-то хорошее. Тогда почему мне сейчас становится трудно дышать.

– А что, Вика тебе уже надоела? – язвлю в ответ на его же усмешки.

Ухмылка стекает с лица Антона.

Не успеваю сообразить и распознать его последующие действия, как мои губы обжигает злой поцелуй.

Мычу, упираюсь в каменную грудь, и пытаюсь вырваться. Но кто бы дал?

Кажется, Рязнов теряет контроль, и прижимает меня ещё сильнее. И, кажется, у меня трещат ребра от этого захвата.

Пикаю. Ударяю по рукам, чтобы он ослабил захват. И он понимает. Могу наконец-то вдохнуть, но замираю, как только ощущаю пальцы Антона в своих волосах.

Затылок покалывает. Сердце ускоряется. Мысли машут на прощание и уносятся в неизвестном направлении.

Рязнов отрывается, когда легкие обжигает от нехватки воздуха. Но не отпускает. Прижимается к моему лбу и делает глубокий вдох, прожигая недовольным взглядом.

– Может ты уже оставишь в покое Вику? Мне кажется, что ты к ней дышишь неравнодушнее меня.

– Ах ты, – дергаюсь, но Антон фиксирует меня так, что я не могу пошевелить даже рукой, чтобы дотянуться до его довольной рожи.

Стою и пыхчу, как злой еж.

– Ты же её катаешь на своем железном коне, – черт, так хочется его укусить, но я приказываю себе оставаться девочкой, а не становится неуправляемой истеричкой.

– Ну так ты же каталась с каким-то Данечкой, ещё и с веником приехала. Я ж засунул свои комментарии в одно место.

– Это тебя не касается, Рязнов.

– Ну так не я первый начал обвинять в изменах.

У меня от этого заявления глаза лезут из орбит. Я теряюсь в пространстве, и хочется надуться, как маленькой и топнуть ножкой.

Но стоит услышать его громкий хохот, как все эти мысли растворяются.

В порыве злости кусаю его за единственное до чего дотягиваюсь. И этим оказывается его шея.

Антон шипит, а я с удовлетворением наблюдаю как на его коже расцветает красный след.

– Зубки решила показать, принцесса? – и снова его пальцы оказываются запутанными в моей прически.

Он словно понимает, как этим жестом он лишает меня равновесия.

– Ну если ты слов не понимаешь, Рязнов.

– Забудь про Вику.

Закатываю глаза, но могу позволить слегка расслабиться.

– Ну что мне сделать, чтобы ты поняла – она мне неинтересна.

Пожимаю плечами.

– Ну ты же у нас изобретательный. Может ты меня уже, наконец, отпустишь? – опускаю взгляд на наши прижатые друг к другу тела.

– Отпущу, когда мы договорим.

– Так мы вроде уже.

Антон качает головой.

– Ты услышала меня? – заправляет выбившуюся прядь за ухо.

Постепенно тьма в его глазах проясняется, а мне становится легче дышать.

– По поводу? – изображаю из себя дурочку, и тут же меня награждают строгим взглядом.

– Не притворяйся дурочкой – тебе не идет, Ник.

– Не понимаю, о чем ты, – невинно хлопаю глазками.

Продолжаю зачем-то дразнить Антона. Никогда не считала себя импульсивной, но сейчас хочется подразнить его.

И по его смешку, понимаю, что он догадывается о моих мотивах.