Тина Альберт – Таблетка от ревности (страница 9)

– Ладно, хостес доложила. Когда понял, что до сауны ты не доберешься, а трубку не берешь, подумал – может, уже разбился на своем машине смерти. – Его голос становится серьезнее. – Переживал за тебя, черт побери. Но когда мне сообщили, что ты покинул клуб в компании какой-то красотки, все встало на свои места.

Крис выпрямляется в кресле и скрещивает руки на груди, его взгляд становится почти отеческим.

– Так что повторю вопрос: стоила ли она того, чтобы послать к черту планы с друзьями?

Я откидываюсь в кресле, размышляя, что стоит рассказывать, а что нет. Крис – мой лучший друг со студенческих лет. Мы вместе основали компанию, и он знает обо мне, наверное, больше, чем кто-либо другой. Включая все мои «подвиги» на личном фронте.

– Стоила.

– Оу, серьёзное заявление. Отсюда можно поподробнее. Чем же вы таким занимались. Удиви меня.

– Ничем, – отвечаю, стараясь звучать небрежно. – Поговорили, выпили чаю.

– Чаю? – Крис округляет глаза. – Ты пригласил девушку к себе и пил… чай? Поздравляю. Удивил.

– А что здесь такого удивительного? – я поднимаю бровь.

– Ты серьезно? – он наклоняется вперед. – То есть, стоило отказаться от сауны с шикарными шлюхами, чтобы поехать с другой шлюхой домой и пить чай? Нет, на тебя совсем не похоже.

Я резко выпрямляюсь, и выражение моего лица заставляет Криса замолчать на полуслове.

– Она не шлюха, – говорю я холодно. – Не говори так о ней. Эту девушку я знаю со школы.

– Оу, – Крис поднимает руки в защитном жесте. – Извини, не знал, что она твоя знакомая.

– Николь… – я делаю паузу, сам удивляясь своей реакции. – Мы учились вместе.

– Постой, – Крис сдвигает брови. – Та тихоня?

– Она самая, – я улыбаюсь, думая о том, как изменилась Николь. – Я был ее школьной любовью.

– Да ладно? – Крис присвистывает.

– Но теперь, кажется… кажется, я сам влюбился. Впервые в жизни.

Крис смотрит на меня как на больного.

– Ты? Влюбился? После одного вечера? – он щурится. – Что она подсыпала тебе в чай?

– Ничего, – я не могу сдержать улыбку. – Знаю, звучит безумно, но я хочу попробовать с ней настоящие отношения. Моногамные отношения, представляешь?

Крис откидывается в кресле и смотрит на меня с тревогой.

– Тайлер, ты мой друг, и я обязан тебе это сказать, – он вздыхает. – В том клубе обычно охотятся голдигерши. Высматривают себе добычу. Это злачное для них место. Ты уверен, что эта встреча была такой уж случайной?

Его слова бьют прямо под дых. Я чувствую, как внутри поднимается волна возмущения.

– Ты о чем вообще? – я подаюсь вперед. – Она даже не хотела пить со мной! Я ее уговорил!

– Классический ход, – Крис пожимает плечами. – Создать видимость недоступности.

– Ты параноик, – я качаю головой. – Николь не из таких. Она фотограф, у нее своя студия.

– Фотограф? – Крис поднимает брови. – И у неё есть время зависать в дорогих клубах среди недели?

Он замирает будто пытается уловить что-то невидимое.

– У неё даже духи эскортниц, – добавляет он.

– Откуда ты знаешь, какие у неё духи? – недоуменно спрашиваю я.

– У меня не только глаза и уши везде, но и нос, – он наклоняется, вдыхая аромат.

Неужели от меня до сих пор пахнет её духами?

– Убери свой нос. Лезет везде где не следует, – ругаюсь я, отталкивая его от себя.

Он смотрит на меня долгим взглядом, потом вздыхает и поднимает руки в жесте капитуляции.

– Хорошо, хорошо. Считай, что я ничего не говорил, – он встает. – Мое дело предупредить. А дальше решай сам.

Я тоже поднимаюсь из-за стола, чувствуя необходимость защитить Николь, хотя разумом понимаю, что Крис просто беспокоится за меня.

– Я ценю твою заботу, – говорю более спокойно. – Но в этот раз тебе не о чем волноваться. Она настоящая. Это чувствуется.

Крис кивает, но по его глазам я вижу, что он не убежден.

– Ладно, мне пора на встречу с инвесторами, – он направляется к двери, но останавливается на пороге. – Только будь осторожен, ладно? Первый раз влюбиться в тридцать два – это как впервые сесть на мотоцикл на полной скорости. Велик риск разбиться. Да так, что потом по частям себя не соберёшь.

Он закрывает за собой дверь, а я остаюсь стоять посреди кабинета, внезапно почувствовав укол сомнения. Что, если Крис прав? Что, если я слишком быстро открылся едва знакомому человеку?

Но тут же вспоминаю взгляд Николь, ее смех, то, как она отказалась остаться на ночь, хотя между нами уже проскочила искра. Если бы она была охотницей за деньгами, разве отказалась бы от такой возможности?

Я достаю телефон и смотрю на новый контакт – "Николь". Палец зависает над кнопкой вызова, но потом я передумываю. Слишком рано. Не хочу показаться навязчивым.

Вместо этого я отправляю сообщение:

"Доброе утро. Спасибо за вчерашний вечер. Давно я так хорошо не проводил время. Хочешь пообедать сегодня?"

Ответ приходит не сразу. Смотрю на экран, и секунды тянутся. Может, она занята? Или думает, что сказать? А может… нет, не буду об этом.

Прохожу по кабинету, потом сажусь обратно. Проверяю телефон – всё ещё ничего. Чёрт, а что если она передумала? Что если вчерашний вечер показался ей ошибкой?

Через несколько минут, которые кажутся вечностью, телефон наконец вибрирует:

"Доброе! Мне тоже было хорошо. Но сегодня не могу – съемка на весь день. Как насчет завтра?"

Выдыхаю с облегчением, даже не осознавая, что задерживал дыхание. Завтра так завтра.

***

Следующий день тянется медленно, как патока. Я ловлю себя на том, что постоянно проверяю телефон, хотя мы договорились встретиться только вечером. Смешно, как долго я избегал серьезных отношений, а сейчас веду себя словно влюбленный подросток.

К обеду мне приходит сообщение от Николь, и я почти выхватываю телефон из кармана:

"Привет… Мне так жаль, но мне придется отменить наши планы на сегодня. Поток клиентов, один за другим, и последний назначен на девять вечера. Завтра будет легче?"

Я чувствую, как внутри что-то опускается. Глупо, конечно. У всех есть работа, и иногда планы меняются. Но разочарование все равно накрывает с головой.

"Конечно, понимаю. Завтра подойдет. Успехов с клиентами!"

Отправляю сообщение и кладу телефон экраном вниз. Не буду больше проверять. У меня тоже есть работа. Но мысль о том, что сегодня я не увижу Николь, странным образом делает день тусклее.

К концу дня накапливается раздражение. Совещание затягивается, один из клиентов отказывается от сделки в последний момент, и к тому же завтра предстоит ранний вылет на конференцию в Чикаго. О встрече с Николь придется снова забыть.

В шесть вечера мы с Крисом спускаемся в лифте на подземную парковку. Он листает что-то в телефоне, я смотрю на цифры, отсчитывающие этажи.

– Портлендский проект одобрен, – говорит Крис, не отрываясь от экрана. – Получим финансирование уже в понедельник.

– Отлично, – киваю я. – Каким будет наш процент?

– Пятнадцать от общей суммы, плюс доля в будущей прибыли, – он убирает телефон в карман. – Не так плохо для проекта, в который никто не верил.

– Я верил, – пожимаю плечами. – Пусть не сразу, но идея перспективная.

Лифт останавливается, и мы выходим на парковку. Эхо наших шагов отражается от бетонных стен.

– Кстати, а как там твоя школьная любовь? – неожиданно спрашивает Крис. – Удалось пересечься?