Тимур Темников – Манифик (страница 29)

Кира уже заняла свое место в кресле пассажира.

Он молчал, чтобы ее не провоцировать, только подумал, насколько долго она останется с ним и пойдет ли за ним в офис, потому что знал: Елена ее точно увидит. Не потому, что взаправду, а потому, что поймет. Она всегда понимала, когда Исая кто-то одолевал.

– Не переживай, – вдруг ответила Кира. – Я не буду тебе мешать. Посплю немного, – растянулась она в кресле.

А таблеток не было. После того как Исай решил с ними расстаться, он выбросил в глубокий зеленый бак остатки зелья и внимательно пронаблюдал, как мусорное авто захватило бак клешнями, а потом утопило содержимое в жерле с отходами. После, в тот же день, спросил Елену, не пора ли ему отменить препараты, ведь столько лет приема прошло.

А сейчас, после того как Елена сказала, что можно, прийти к ней и сознаться в своих переживаниях было бы неправильно. Припарковавшись, он посмотрел на «пассажирку» и увидел, как она склонила голову на сиденье, а из ее виска течет кровь с ликвором, как тогда, когда она врезалась в фонарный столб.

– Лежи. Я скоро приду, – сказал он. – Только, пожалуйста, не ходи за мной в офис, иначе все всё поймут.

Она ничего не ответила, лишь кровь в уголке ее рта едва заметно пузырилась.

Когда он подходил к лифту, за спиной услышал Кирин голос:

– Я просто похожа на нее, да? Значит, ты меня просто использовал?

Исай обернулся. Позади никого не было. Он оглядел парковку, посмотрел на свой автомобиль. На сиденье пассажира было пусто. Он подумал, что мог бы достать препараты самостоятельно, но не хотел. Потому что с этим со всем он должен справиться без них.

Единственное решение, которое может его спасти, – это продолжать делать то, что он делает, отстранившись от своих видений. Оставить только голос, который важно научиться отделять от потока разрозненных мыслей. Что там помогает сконцентрироваться? Точно, медитация. Именно она остановит его внутренний диалог, который сейчас был похож на базар эпохи застоя в маленьком провинциальном городке, куда он в детстве утром по субботам приходил со своей бабкой, чтобы купить бидон почти парного молока и еще теплую, забитую несколько часов назад курицу.

«Черт»! – выругался он про себя, понимая, что вихрь мыслей из представлений и воспоминаний, привносящих те старые запахи и неприятный вкус молока, только покинувшего коровье вымя, снова взял над ним верх. Он вдохнул несколько раз, представил, как поток воздуха входит через нос, наполняет его тело и при выдохе уносит все ненужное и неважное. Он расцепил зубы и расслабил язык, продолжая наблюдать за потоком воздуха. Постепенно лишние мысли оставили голову.

– Я не видела, когда ты пришел, – услышал он голос Елены.

Обернувшись по сторонам, он понял, что сидит за столом своего кабинета, в кожаном кресле, откинувшись на его холодную спинку. Опасаясь, что снова сонм мыслей накатит на него, он осторожно переключил свое внимание с дыхания на Елену.

– Я и сам не заметил.

Елена уточнила, действительно ли с ним все в порядке. Стараясь скрыть раздражение от навязчивости своей помощницы, Исай натянул улыбку и кивнул. Попросил рассказать, насколько хорошо началась подготовка к новому шоу.

– Ну почему же началась? – спросила Елена, присев на стул. – Она давно идет. Над девятым шоу мы начали работать, еще когда не началось седьмое. У нас есть приблизительный сценарий и понимание, как ты и просил, до самого двадцать первого. Не знаю, правда, что ты планируешь потом. Опять всех распустим на полгода отпуска?

Исай немного удивился и переспросил, точно ли он говорил о цифре двадцать один.

– Да. Точно. Ты сказал, что для тебя это число является переломным в твоей жизни. Я помню почему. В двадцать один год мы с тобой познакомились, – она слегка качнула головой в стороны, – в смысле, не это главное. Ты попал на принудительное лечение, – пояснила она.

– М-м-м, – промычал он в согласии. – Я попал на лечение. Точно. – Он помолчал, задумавшись, и добавил: – Спасибо тебе за то, что ты почти все это время рядом. Без тебя этого ничего бы не было. – Он развел руками.

Она смотрела на него все тем же ровным, непроницаемым взглядом. Он уточнил, когда сможет ознакомиться с готовым сценарием. Елена ответила, что через неделю тот будет у него на столе. Добавила, что отправила ссылки на концертные залы ему на электронную почту. Просила посмотреть и утвердить один из них.

Исай проводил ее взглядом и подумал о том, что за все годы совместной работы он ни разу с ней не вступил в мало-мальский конфликт, даже по общему делу, а тем более им нечего было делить лично. Впрочем, он сейчас понимал, что ее личностью мало интересовался, если интересовался вообще. Где она живет, с кем, а может, одна или с кошкой? Почему она с ним так долго? Ведь за почти тридцать лет ее тысячу раз могли перекупить большие компании, она знает то, что неизвестно многим руководителям проектов, у нее опыт в туче различных областей. Почему она не ушла? Из благодарности за то, что он вытащил ее из ее любимой психиатрии и научил всему? Научил ли? Скорее учился вместе с нею. А тот единственный раз, когда они были вместе, Исай заставил себя забыть как можно скорее. Она не пахла сексом. Ему казалось, что она вообще не имела запаха.

Исаю на какое-то мгновение подумалось, что он использует ее в большей степени, чем она его, но он отогнал такие мысли прочь. Они мешали достижению главного. Ему было достаточно того, что она разделяет его идею сделать мир счастливым. А быть при этом счастливым самому – это звучит как-то мелочно.

Вдруг Исай услышал крики и сквозь стеклянную стену увидел, как в офис ворвались люди с автоматами, в касках и бронежилетах. Ни секунду не раздумывая, словно дикая кошка, он выпрыгнул из кресла на пол и, как черный гепард, перекатившись по полу, в прыжке коснулся двери в свою персональную душевую. На перечет была не просто каждая секунда, а каждое мгновение. Внутри помещения, прямо в душевой кабине, за стеной, не занятой коммуникациями, был выход. Исай знал, что когда-нибудь за ним придут, потому нанял людей из фирмы, которая молчит о требованиях заказчика, конечно же, не поставил в известность и владельца помещения. Нужно было надавить на кафель справа, и стена открывалась. Он нырнул в проем и притянул стену обратно.

Там, внутри, был проход длиной восемнадцать метров. Узкий, да еще с поворотом под прямым углом, пройти возможно было только боком, приставными шагами. Для того чтобы его построить, пришлось смонтировать фальшстену прямо в офисном пространстве.

Но зато теперь был коридор, который выводил прямо к пожарной лестнице. Конечно, на ней тоже могли быть люди с оружием, но скорее всего, не прямо на этаже, а этажом выше и на самом выходе. Исай не зря арендовал помещение на втором, непрестижном этаже. При этом он переплачивал за него каждый месяц, но знал, за что переплачивает. Прислушиваясь к шуму за стенкой, он включил фонарик на телефоне. Осмотрелся вокруг. Нашел подвешенный на крюке пакет, поспешно снял и достал содержимое. Внутри была роба. Синяя. И кепка с большим козырьком. Царапаясь о стены и раздирая на себе одежду, он сменил ее на робу. Тут же рядом стоял девятнадцатилитровый контейнер с водой, который обычно используют для офисных кулеров. Он простоял здесь все пять лет, тогда еще Исай не знал, зачем ему понадобится путь к отступлению. На контейнере была паутина и толстенный слой пыли. Исай протащил его за собой и добрался до выхода на лестницу для эвакуации. Он посмотрел влево – туда, где за углом коридора был вход в его офис. Он был достаточно далеко, потому Исай мог слышать только громкий шум.

Обтерев рукавом бутыль с водой, Исай взвалил ее себе на плечо и, насвистывая тему «Весны», спустился по ступеням на первый этаж. Его тут же схватили за шею, выбив с плеча контейнер, который прогудел по бетонному полу, откатившись в сторону.

– Кто такой? – прошипел человек в маске.

Исай изобразил растерянность и страх на лице.

– Воду нес. Фирма «Вотер эскейп». Доставил лишний бак. А лифт не работает, там что-то случилось, все лифты заблокировали, – говорил он бегло, теребя козырек своей кепки. – За что меня? Ребята! Я вообще ничего не знаю. Черт дернул раньше приехать. Говорил я напарнику, чтобы не гнал так. Ребята!

– Заткнись, – прошипел ему в ответ человек в каске. – Пошел вон отсюда. – Он отшвырнул Исая ко входу, так что тот повалился на живот, то ли по-настоящему, то ли для создания вида пущей беспомощности.

Он приподнялся и попытался схватить бутыль.

– Куда?! – прорычал человек с автоматом. – Я сказал: пошел вон!

– Так воды же недосчитаемся, – попытался объяснить Исай, на что в ответ увидел только взмах рукой в перчатке с обрезанными пальцами.

Он кивнул и поспешил к выходу. На спине бойца он заметил надпись: «ОБЭП». Для него это стало неожиданностью. Он подумал, что ворвались затем, чтобы забрать его, вывести, как убийцу, через весь офис и, втиснув в автобус, отвезти в СИЗО, а пришли всего лишь за его деньгами.

Обогнув здание, Исай увидел, что его машину оцепили. Да и проку в ней сейчас не было, ключи остались там, наверху, в коридоре за душевой кабиной.

Глава 14

Виталина уже запросила записи с камер, а так как они были целиком готовы именно в нужном отрезке времени, то ждали ее на виртуальном диске задолго до ее возвращения в кабинет.