Тимур Темников – Аутодафе (страница 2)

С такими мыслями Кирилл ходил по своей квартире и пытался напрячь свою память, чтобы воспроизвести, где лежат его жёлтые очки. Обычно он клал их в одно и то же место, но сейчас не мог вспомнить, в какое именно.

Вдруг он остановился и подумал, что никакие очки ему сейчас точно не нужны. Сейчас нужно было стянуть с себя шорты с носками, прилипшими кровью и грязью к его побитому телу, и принять душ. А потом ещё раз попробовать уснуть.

В голове промелькнула мысль о том, нет ли в холодильнике припасённого пива, и если нет, то нужно бы заказать его в круглосуточной доставке алкоголя. Безусловно, дорого, но без пива будет точно не заснуть, а самому выпираться на улицу после душа не хотелось. Да и голова была для такого путешествия не совсем на месте.

Не в пример очкам, телефон он отыскал быстро. Заглянул под подушку, на наволочке которой бурела размазанная и высохшая кровь из его носа. Гаджет лежал почти разряженный, но целый. Кирилл быстро отыскал номер, который давно занёс в телефонный справочник и поместил в избранные. Он быстро договорился о шести банках холодного тёмного, потом выдохнул довольно и пошёл стоять под струями прохладной воды.

Вода постепенно приводила Кирилла в чувства, настолько- насколько такое было возможно в его состоянии. Наконец, зазвенел телефон, который уже был подключён к проводу зарядки. Наверняка уже пришёл доставщик. У разносчиков алкоголя Кирилл имел неплохую репутацию постоянного клиента, потому его ценили и старались оказывать быстрый сервис, видимо по-человечески понимая, что гражданину очень надо.

Он выключил душ и только тогда заметил, что в ванной комнате нет полотенца. Чёрт его знал почему, может оно уже лежало в барабане машинки, может, валялось где-то в другой комнате —холостяцкая жизнь не подразумевала контроль таких мелочей. К счастью, на стальной хромированной вешалке болтался синий махровый халат. Кирилл втиснулся в него мокрым, с кряхтением чувствуя, как вода на его коже мешает просовывать руки в длинные рукава.

Наконец он добрался к разрывающемуся телефону и услышал, что доставка будет только через полчаса. Тяжело вздохнув, он объяснил курьеру, чтобы тот не пытался давить на дверной звонок, потому что тот сломан. Кирилл соврал, ему просто ужасно не хотелось сейчас слушать невыносимый колокольный перезвон, дурацкого устройства. Он когда-то купил квартиру вместе с ним, и каждый раз слушая отвратительный сигнал, клялся себе, что обязательно купит другую сигнальную коробку, но каждый раз забывал и о своей клятве, и о дверном звонке. До поры до времени… А потом вспоминал снова. Но за много лет так ничего и не изменилось. Кирилл предложил курьеру просто громко постучать в дверь. Отключив разговор, мужчина коротко выругался, то ли вспомнив про потерянное полотенце и чувствуя себя неуютно в промокшем насквозь халате, то ли от обманутых ожиданий пригубить через пару минут пенного холодного напитка. Он с грустью представил, что сделал бы, не отрываясь, сразу несколько больших глотков, которые должны были подействовать на его самочувствие гораздо лучше, чем принятые на себя за минуту до этого пару кубометров воды.

Кирилл смирился с необходимостью ожидания и прошаркал на кухню, чтобы разобрать беспорядок. Он мог перенести незаправленную постель, валявшиеся по квартире вещи, грязные носки на телевизоре, но бардак именно на кухне для него нёс тяготы, сравнимые с сегодняшним похмельем. Потому, чтобы избавиться хотя бы от половины мучавших его обстоятельств, он стал размеренно прибирать на кухне. Нужно было просто начать с самого крайнего угла, а потом машинально вытирать, мыть, переставлять, укладывать все на полки. Он подумал, что как раз закончит к приезду пива, и такая мысль привнесла хоть какой-то энтузиазм в его действия. Оттирая стену от красных налипших крошек, Кирилл наклонился и увидел миски для корма.

«Точно!» – пронеслось у него в голове. – «Где эта скотина?»

Скотиной был мопс, доставшийся ему от последней жены. Владелец футбольной команды любил рыбок, а собак не переносил на дух. Потому последняя жена, которая сама без разрешения притащила живность в квартиру к Кириллу, не задумываясь, оставила псину ему в подарок. Кирилл подумывал сдать её в приют для бездомных животных, но руки как-то не доходили. Потому он продолжал таскать псу корм из магазина и выгуливать, когда два, когда три раза в день, а когда и ни одного, как за прошедшие сутки. На такой случай, для кобеля валялись тряпки в лотке возле унитаза. Животное, конечно, стрессовало в такой ситуации, но исправно ходило на импровизированную подстилку.

Прошлая жена назвала пса «Тень». «Неважно, что имя не мужское, зато красивое», – объяснила она, – «Я до десятого класса тоже думала, что тюль – «она», «моя», а оказалось, что он мужского рода. Весело же?» Кирилл согласился, но после расставания со своей второй половиной немедленно псину переименовал и стал называть животное просто «Тварь». Беззлобно. Ну а что? Звучит коротко, к тому же похоже на первую кличку и главное, по существу.

– Тварь! Ты где?

Кирилл только сейчас осознал, что ни разу не увидел пса за всё утро.

«Убежал что ли?» – мечтательно подумал он.

– Тварь!– позвал он ещё раз и прямо с тряпкой в руке пошёл искать мопса.

Он заглянул за шторы, за диваны, за шкафы, за комод. Принюхался, вспомнив, что не выводил пса гулять со вчерашнего утра. Но потом, поднеся к носу тряпку, которой натирал кухонные панели и так и не выпустил из пальцев, понял, что сломанный орган не давал ему обонятельной информации.

Он открыл балконную дверь, повернув с треском рукоятку при этом, слегка переживая, что мог запереть животное на балконе. «С другой стороны», – размышлял он, – «тот точно бы не стесняясь, гавкал и царапал своими когтями балконную дверь изнутри». Наглости Твари было не занимать.

– Это что за мать твою за «Крёстный Отец»! – вскрикнул Кирилл, когда открыл дверь, неожиданно для самого себя, припомнив Марио Пьюзо, «Крёстного отца» и эпизод с любимой лошадью продюсера.

На полу, в пластиковом тазике, испачканном кровью, лежала или, скорее, стояла голова собаки. Её глаза были слегка приоткрыты, а через щели век коричневой, заметно высохшей радужкой, на Кирилла глядела смерть.

В зубах у собаки был свёрнутый в несколько раз окровавленный клочок бумаги. Мужчина, скривившись, протянул руку, взял двумя пальцами за кончик листка и словно выхватил его из мёртвой пасти. Дрожащими руками он развернул записку.

В ней, на лазерном принтере, были напечатаны, а потом местами заляпаны кровью, слова: «Ты скоро будешь в этой кастрюле, если не вернёшь то, что принадлежит мне».

Кирилл затрясся ещё больше. И теперь уже точно не от похмелья, а от увиденного и от прочитанного. Хоть он и был не из робкого десятка, но такие перформансы любого бы привели к нервному срыву.

Резкий стук в дверь заставил его подпрыгнуть. Сначала Кирилл подумал, что всё уже началось. Что такое «всё», он не осознавал полностью, но точно знал, что ничего хорошего. Потом резко выдохнул и вспомнил про пиво. Точно! Это всего лишь доставщик. Его только здесь сейчас не хватало, но делать было уже нечего. Кирилл плотно закрыл балконную дверь, покрутил в руках окровавленную записку, потом швырнул её на комод, вытер руки о мокрый халат, откашлялся и прошёл к двери, громко ступая мокрыми пятками по полу.

– Это не моё дело, конечно, – заговорил курьер, пока Кирилл отсчитывал наличку, – но вы к врачу обращались? – Он покрутил пальцем у своих глаз, словно намекая на Кирилловы синяки. – У меня деверь такой же разукрашенный пришёл после пьянки. Поначалу вроде бы ничего, а к вечеру вдруг бац и помер. На вскрытии сказали, что аневризма мозга. И, кстати, я бы больше сегодня на вашем месте не пил.

Кирилл отсчитал в обратную сторону чаевые, которые хотел добавить курьеру сверху к сумме, и протянул ему деньги.

– Раздавай советы по запросу, тогда их будут оплачивать, – сказал он доставщику и указал кивком головы в сторону двери.

Тот опустил глаза то ли от злости, то ли от обиды, потом, не убирая деньги в карман, отвернулся и шагнул через дверной проём. Кирилл живо захлопнул за ним дверь, закрыл на три оборота замок. «Что за херня происходит?» – подумал он, откупоривая банку. Мёртвые собаки. Курьеры с дельными советами. Разбитая рожа. Непонятные угрозы в записке. Ментов что ли вызвать? Так ведь скажут, что сам псину убил, ещё и привлекут за негуманное отношение к животным. Тот, кто это сделал, точно понимал, что в полицию Кирилл обращаться не станет. Ну и не нужно обманывать его ожидания, может получиться гораздо хуже. А где интересно, остальное тело загубленной Твари? Может, куда под кровать пихнули, если так, то можно ожидать, что к вечеру завоняется и найдётся.

Он положил голову животного в чёрный мусорный пакет. Обернул несколько раз. Подумал, что ему всё-таки жаль собаку, хотя он её и не любил. Дрянная смерть, и главное ни за что.

Вторая банка пива придавала мыслям Кирилла больше смелости. Он решил, что, когда выяснит, какой придурочный грумер сотворил такое с животным, он обязательно ему пообломает руки. Собачью голову он решил вывезти и закопать, а пока нашёл ей временное пристанище в морозильной камере холодильника. Та всё – равно была пустая.