Тимур Рымжанов – Оглянись в темноте (страница 53)

Заходя в одну из лавок, я вдруг вновь увидел ту самую женщину, которую встретил утром в гильдии у стойки секретаря. Она разговаривала с торговцем разложив перед ним на стойке длинный азерийский клинок, чем-то похожий на тонкий и прямой скимитар.

— Это наградное оружие имперских егерей, госпожа. Его никогда у меня не купят. Меч очень хорош, и богато украшен, но я не могу его у вас купить. Такой подойдет только коллекционеру, или такому же достойному егерю.

— Прошу вас, умоляю, может в залог, всего пятьдесят золотых, — упрашивала женщина торговца.

— Простите, госпожа, — извинился лавочник, скривив унылую гримасу, — я за год столько не зарабатываю, я всего лишь торговец, а не владелец лавки.

Судя по внешнему виду, дама очень достойная, но по какой-то причине она очень нуждается в деньгах или в помощи. Я ищу азерийский клинок только с целью его как следует изучить, но не такой же большой и тем более наградной. И уж точно не за пятьдесят золотых, это слишком большие деньги.

Я вышел из лавки и отошел чуть в сторону от двери. Что-то внутри подталкивало меня познакомиться с этой, уже немолодой, женщиной. Не знаю, интуиция, или чутье. Я не очень понимал зачем мне это надо, может из сочувствия, но мне почему-то отчаянно хотелось ей помочь.

Женщина вышла из лавки пряча под капюшоном покрасневшие от слез глаза.

— Простите мое любопытство, госпожа. Я уже слышал ваш голос сегодня утром у стойки секретаря в гильдии наемников.

Женщина остановилась и напряженно, не понимающе уставилась на меня.

— Я как раз искал азерийский клинок, но увы, такой дорогой я себе позволить не могу. Тем более лавочник сказал, что это наградное оружие.

— Я хотела оставить его в качестве залога. Простите молодой человек, а вы кто?

— Прошу простить, мое имя Ардум, я наемник, — в доказательство я продемонстрировал ей гильдийский жетон. — Но я не боец, я ремесленник из отряда обеспечения. Быть может у вас есть другие клинки, не такие дорогие?

— От мужа и сына осталось много оружия, но я в нем ничего не понимаю, этим клинком его наградил сам император.

— Я бы с удовольствием взглянул на то, что у вас есть. Я ремесленник, оружейник, бронник, точильщик, мне приходилось работать с самым разным оружием.

Женщина тяжело вздохнула и осмотрелась по сторонам.

— Я уже отчаялась найти кого-то кто смог бы взять его под залог. Если действительно хотите взглянуть, то придется дойти до моего дома.

— Буду весьма признателен, госпожа.

— Баронесса Омна Тин, господин Ардум.

— Мое почтение, госпожа баронесса. — вновь приветствовал я ее, слегка склонившись.

— Пойдемте, Ардум.

Баронесса крепче прижала наградной меч к груди и последовала вперед, я же спокойно зашагал за ней, прислушиваясь к звукам ее шагов, чтобы не заблудиться. Роль слепого забывать нельзя. В какой-то момент, я нарочно отстал и чуточку сменил направление. Омна Тин сразу это заметила и сбавив шаг тут же подошла ко мне.

— Так ваша повязка…

— Да, госпожа баронесса, я слеп.

— Простите Ардум, обычно калеки не выглядят так, э, э, респектабельно и достойно. Позвольте я возьму вас под руку.

Женщина была чуточку ниже меня ростом, худая, но очень милая, несмотря на скорбь на лице, которую не могла скрасить вымученная улыбка.

Взяв под руку, она быстро довела меня до края торговой улицы и сразу свернула в сторону центра города, откуда я пришел.

Несколько минут мы шли по улице молча, но в какой-то момент, женское любопытство взяло верх.

— Вы недавно в столице, Ардум?

— Всего несколько дней, госпожа баронесса. Мы с моей младшей сестрой отработали двухлетний контракт, и теперь хотим задержаться в столице.

— По вам не скажешь, что вы опытный наемник.

— Так и есть, госпожа баронесса, я начинал простым точильщиком, позже стал подмастерьем кузнеца-оружейника, даже получил рекомендательное письмо от главы отделения. Моя работа нареканий не вызывала.

— Как интересно, не знала, что у гильдии наемников есть свои мастера.

— Как оказалось, в столичной гильдии их даже больше чем требуется. Но я не переживаю на этот счет, я в своем ремесле уверен, будет еще возможность себя показать.

Пройдя еще два квартала от торговых улиц, мы оказались в очень респектабельном районе города, где без всяких сомнений находились особняки местной знати и состоятельных горожан. Я узнавал этот район. Дальше по улице еще через пару кварталов, как раз и будет та самая Академия магии, где мы были буквально на днях.

— Вот мы и пришли, Ардум.

Мы подошли к широким кованным воротам, закрывающим проход к двухэтажному дому, стоящему в глубине двора, окруженному со всех сторон фруктовыми деревьями, на которых еще только набирали сок десятки самых разных плодов. Внешне дом выглядел очень ухоженным, неброский, в меру скромно декорирован орнаментальным барельефом и скульптурными композициями у главного входа. Баронесса открыла ключом калитку и потянув меня за руку, провела внутрь на выложенную камнем подъездную дорожку. Далее мы прошли к центральному входу, который Омна открыла другим ключом.

— Прислуги в доме давно нет, все приходится делать самой.

— Жаль это слышать госпожа баронесса, надеюсь не отниму у вас много времени.

Баронесса провела меня в большой зал для приемов, посреди которого прямо на скатерти большого круглого стола был разложен целый арсенал самого разнообразного оружия. Она подвела меня к столу и положила мою руку на случайный клинок спрятанный в ножнах.

— На столе лежит все, что я смогла найти в доме, смотрите Ардум. Ой, — тут же осеклась она, — Э, э, изучайте.

Тот клинок, что она носила все утро с собой, положила рядом на стол.

Все выложенное оружие было совершенно стандартным армейским арсеналом, хоть и вполне сносного качества. Проще говоря барахло, которого я перещупал в арсеналах городской стражи и пограничников сотни. Стянув с головы капюшон, я привычно и очень проворно, стал ощупывать оружие. Сама баронесса села на стул в паре метров от меня, грустно склонив голову и положив руки на колени.

— У вас очень большой дом, госпожа баронесса, я слышу довольно приличное эхо.

— О да, дом действительно не маленький, даже по меркам этого квартала.

— Если не ошибаюсь, через два квартала находится академия магии. Буквально позавчера мы посещали ее вместе с сестрой.

— Да, вы правы, академия действительно находится рядом. Но простите мое любопытство, а что вас с ней связывает?

— Пока ничего, просто закрывали заказ. Но если все сложится хорошо, то сестренка на следующий год будет поступать туда на учебу. У нее обнаружился неплохой дар.

— Как интересно. Но ведь стоимость обучения в академии, невероятно высокая.

— Да, госпожа баронесса, — согласился я, кивая, — просто огромная.

— Жизнь в столице обходится недешево, — вздохнула Омна.

— К сожалению, госпожа баронесса, ни один из этих клинков меня не заинтересовал. Но мне бы не хотелось попусту тратить ваше время и внимание, прошу меня простить за дерзость, я чувствую, что вам отчаянно нужны наличные средства и очень хочу помочь.

— Увы, это так, молодой человек. До конца декады надо выплатить штраф по судебному иску и найти средства чтобы закупить фуражное зерно, иначе я рискую вовсе лишиться своих владений.

— Большая сумма?

— Огромная, Ардум, двести золотых.

— Возможно мое предложение покажется вам неслыханной наглостью, госпожа баронесса, а вы не думали сдать часть комнат?

— О, Ардум, как бы я была счастлива. Но для этого надо нанять прислугу, кухарку, конюха, садовника, кто станет снимать комнаты в таком заброшенном доме, я уже несколько лет не могу привести дела в порядок.

Последние слова баронессы смешались с плачем, и она уткнулась лицом в ладони.

— Я готов вам заплатить сразу, за год вперед, четыреста золотых империалов. Наверняка по меркам вашего дома, плата очень скромная, но хоть…

— Четыреста империалов! Вы правда можете, Ардум⁈

— Если вы сомневаетесь, госпожа баронесса, давайте составим договор, и тогда уже сегодня можем идти в банк. Я не смел надеяться на возможность снять комнату в подобном особняке, но мы все равно планировали…

— Вы мой спаситель! Ардум! Я согласна! Вы себе представить не можете, как я уже отчаялась!

Престиж, репутация, связи, рекомендации, знакомства. Я помнил эти правила жизни в большом городе и в ведении дел. Вести дела у меня всегда получалось очень хорошо. Намного лучше, чем чинить станки, хотя и на эту мою работу не жаловались. Но так было в прошлой жизни, теперь у меня другая, несколько своеобразная, особенная, я бы даже сказал жизнь, в которой тоже надо вертеться и выживать. Но, а принципы и правила все те же. Я ведь, все равно, планировал снять жилье и, фактически, воспользовался затруднительным положением баронессы. Кто-то, наверняка, предложил бы сумму намного более высокую, но поди найди такого мецената на аренду заброшенного особняка. Я же предлагаю реальные деньги — здесь и сейчас, тем более, всего на год. Мое предложение позволит ей решить часть серьезных проблем, которые на нее свалились прямо сейчас. Но если мы поладим, то возможно, она и не захочет с нами расставаться, ведь я все равно постараюсь и дальше ей помогать вести дела.

Мне это нужно потому, что найти работу по профессии в большом городе, при жестокой конкуренции, да с моим недугом, непросто, а, следовательно, надо искать альтернативные варианты, не сосредотачиваясь на одном.