Тимур Рымжанов – Иноходец 4 (страница 27)

Сейчас самый ключевой момент моего становления. Я еще слаб, но уже показал зубки всему Содружеству. Старшим расам не до меня, у них кризис, безвластье, и война за объемы. Во всех трех старших расах больше нет императора. Фактически он никуда не делся, как сидел на троне, так и сидит, но вот в геральдической палате, его родовое древо вычеркнуто из общего списка аристократов. Как в этой связи дальше будет действовать новая геральдическая палата, я пока не знаю, вопрос остается открытый. В империи Авар та же песня, их император ныне не легитимен. Это очень серьезная проблема, ведь помимо собственно населения империи, есть еще и умное оборудование — Искины. Искусственный интеллект прекрасно осведомлен о заявлении Хранителей. И теперь его протоколы претерпели серьезное изменения. В сознании машин бывшие аристократы в одно мгновение сравнялись с простолюдинами. А на Искинах в мирах Содружества завязано практически все. Если прежде машины спокойно могли отличить аристократические метки в нейросетях людей, то сейчас эти метки, что у старших рас, что у Аварцев, просто удалены. А это означает что, бывший министр экономики условный граф Тумба-Юмба, больше таковым не является. И приказы по министерству от простолюдина с таким же именем, но без титула приниматься не будут. Выход только в том, чтобы назначить нового министра. А сделать это может только император, а у императора тоже нет герцогской метки, и он тоже отныне простолюдин. Что делает Искин в таком случае? Правильно, требует смены власти и подтверждение полномочий. Как это будет происходить никто не знает. Сменится общественный строй? Возможно, что и сменится. Чертову железяку нужно убедить, что представленный индивид является полноправным представителем власти посредством выбора большинства или простым голосованием, либо выиграл свой пост в азартной игре, купил, всех убил-один остался. Не имеет значения. Машину с идеальной логикой нужно вернуть в рамки, чтобы все концы сошлись. Иначе доступа к системам управления не будет. Искин в моем особняке на Иридане, очень строго заточен исключительно на меня, именно как на герцога. Лишись я метки аристократа, оборонительные системы дворца меня даже на порог не пустят. Доступ к финансовым потокам, под таким же точно замком. Да, есть процедуры по разблокировке, и смене статуса пользователя, как например было у меня с Джейн, когда она буквально за час стала вдруг Ас Сварг, а не Де Нилд. Тут схема довольно упрощенная и банковский счет, почти пустой, ей все же вернули. Но это стандартная процедура. Как будут выкручиваться те, кто в одночасье лишился в буквальном смысле всего, мне было наплевать. Именно поэтому я совершенно не опасался, что аварцы найдут силы мне чем-то ответить. А к тому моменту, когда смогут, я уже так крепко сяду в этой системе что меня из нее выкинуть просто так с наскока не выйдет.

Сейчас все внимание сосредоточилось на второй планете в системе. Ее аварское название, я даже слышать не хотел. Поэтому единолично решил, что планета будет называться Эдем, без вариантов. Тем более что в головах жителей Содружества ни каких ассоциаций это название не вызывает, просто бессмысленный набор букв.

В данный момент до райского сада планете очень далеко. Испытав на себе совершенно варварское отношение, планета больше походила на Землю, в тот момент, когда я ее покинул. Горы мусора, кучи свалок, загаженные отходами реки и береговые линии. Вырубленные леса, отравленный предприятиями воздух истребленные виды животных птиц и морских обитателей. Переработкой мусора займутся автоматические комбайны, которые я уже заказал; Архи, мне за свалки металлолома еще и спасибо скажут. Для Яры, как начинающего планетолога, планета станет ее дебютной работой на этом поприще, она уже нанимает команду под свое начало. На восстановление планеты уйдут годы. Тут три крупных континента, самые разные климатические зоны. Нет смены сезонов и, потому, климат довольно стабильный. А станет еще лучше, когда появятся орбитальные станции с лифтами и системами климатической стабилизации.

— Я уже заказал из республики и из империи Аратан, строителей, экологов, специалистов по очистке, целую эскадру очистных комбайнов и перерабатывающие станции. Республика предоставит в наше распоряжение пять орбитальных станций, но пока в системе болтается «Фобос», никто в здравом уме сюда не сунется.

— Но у нас совершенно нет подданных, — напомнила Джина, просматривая списки оборудования и строительные проекты.

— Да, — согласился я, — пока нет. Но у меня есть идея на этот счет. Ты ведь учредила детский фонд по борьбе с беспризорниками, ведь так?

— Да, но больших вложений мы себе пока позволить не можем и сам фонд действует только на столичной планете.

— Дъяр! У тебя еще сохранился контакт той группы специалистов по особым операциям. Те самые, что однажды выкрали графиню Хилу Эр Дор с Иридана?

— Да шеф. Костяк группы сейчас базируется на одной пустотной станции… а к чему вопрос?

— Свяжись с ними и поинтересуйся, не хотят ли они получить целую планету как полигон для тренировок и опорную базу?

— Сразу скажу, что захотят, но для них это будет дороговато. Если только вы не возьмете их на содержание. Они уже интересовались на этот счет.

— Великолепно! Осталось поговорить с председателем парламента.

— Я не очень понимаю, что ты задумал, дорогой, и причем тут мой фонд?

— Фонд занимается тем что отлавливает по планетам республики беспризорных детей и пытается их как-то пристроить. А что, если создать на Эдеме огромную военную академию, куда брать детей с шести лет, нет, с четырех лет. Можно даже с рождения. Заведовать новой академией будут люди Дъяра. Эти специалисты знают толк в военной подготовке, и очень быстро приучат молодых курсантов к дисциплине.

— В чем наш интерес? — задал вопрос Дъяр, а сам уже прокручивал в голове возможные варианты.

— Наш интерес лояльность республики. Мы тысячами станем отлавливать беспризорников, малолетних преступников из уличных банд, да и просто всех желающих. Даже подростки и мелкая шпана вполне способны приносить пользу и получать особые знания до того, как подойдет срок устанавливать нейросеть. Мы избавим республику от проблемы, соберем всех детей в одном месте и начнем обучать в суровых условиях.

— Как ты с курсантами на планете Орша три? — ухмыльнулся бывший генерал.

— Именно так Дъяр. У нас пустая планета, так что академий строить можно сколько угодно. Пропитанием они себя обеспечат сами, если захотят натуральных продуктов. А найти им преподавателей мы наверняка сможем.

Так лет через десять у нас выйдут великолепные военные и гражданские специалисты. Не разнеженные комнатные цветочки, а закаленные, умелые парни и девчонки, подготовленные к жизни на сто процентов. Академия будет считаться военной, но по факту, после нее не обязательно идти в армию или на флот. Это просто условие для поддержания внутренней дисциплины. Нельзя же назвать это место колонией для трудновоспитуемых, имидживый отклик совсем другой. А так, военная академия имени меня любимого. Все как в моем детстве, сначала октябрята, затем пионеры, чуть позже комсомольцы, образно говоря. Я их быстро научу жизнь любить!

— То есть ты хочешь, чтобы бывший спецназ разведки, отъявленные головорезы, специалисты по тайным операциям, по устранению неугодных, обучали мелкую шпану, которая хлебнула уличной жизни?

— Авторитет преподавателя в этом вопросе имеет немаловажную роль! Я еще парочку старых пиратов найду, умудренных опытом ветеранов, прошедших через ад.

— Ты представляешь каких монстров они вырастят, дай ты им волю?

— Ну разумеется! Пусть выращивают! Монстр зажатый в рамки морали, воспитанный в духе патриотизма и любви к родине, сколоченный в коллектив единомышленников, прошедший через труднейшие испытания, уже и не монстр вовсе, а достойный гражданин республики. Я же их из государства не краду. А раса Криат очень предрасположена к военной дисциплине и всегда славилась своими отважными солдатами.

— Одной военной дисциплины мало, — заметила Джейн. — Неплохо бы преподавать таким детям и гуманитарные науки.

— Тут на сто процентов с тобой согласен. Пусть все это будет, литература, искусство, музыка, живопись, танцы, балы, манеры, этикет! Я только за!

— Дорогой! Можно я тоже займусь этим вопросом? — загорелась супруга новой идеей.

— Не можно, а нужно. Дъяр пригласит своих специалистов, я приглашу знакомых вайнар, тоже в качестве воспитателей, а ты просто подбери тех, кто рискнет на такой смелый эксперимент. И если это будет профессор университета в отставке, то у нас для него может найтись очень дорогая медицинская капсула двенадцатого поколения, и курс генной стабилизации.

— Очень коварный ход, Ник. Первый же выпуск таких курсантов сразу покажет, что они на голову выше сверстников не прошедших спец подготовку.

— Очень хорошо, что ты меня понимаешь, Дъяр. А теперь представь, кому они скажут спасибо за то, что через трудности, через усилия, через боль, они стали на голову выше остальных. Нищему фонду, который если повезет найдет приемную семью, или определит в интернат, где просто не дают помереть с голоду, или академии, которая в буквальном смысле выкует из них боевое оружие. Пусть он или она при этом никогда в жизни не попадет в армию. А станет художником или артистом, инженером или архитектором, не имеет значения. Путь через такую академию будет трудней, но приведет дальше, чем дорога из приемной семьи или из интерната.