Тимур Машуков – Ненаследный сын императора. Часть 1 (страница 29)
— Алексей Александрович, позвольте представиться — Джон Джордж Лэмбтон, граф Дарем. Новый посол Англии в Российской империи.
Ну понятно! С чего бы ему хорошо относиться к виновнику гибели его соотечественника, повлекшей за собой такие политические волны, что захлестнули и утопили многие желания и устремления туманного Альбиона…
Отец внимательно следил за тем, как я с уважительным полупоклоном отвечаю на приветствие посла дежурными фразами, одобрительно мне кивнув. Предложив нам обоим сесть, император и сам опустился в своё массивное кресло.
— Итак, цесаревич Алексей прибыл, теперь, я полагаю, мы можем начать. Сэр Джон…
Отец коротким кивком позволил англичанину начать свою речь. Тот откашлялся и произнес:
— Алексей Александрович, я, как представитель дипломатического корпуса Англии в Российской империи, должен принести вам наши извинения, в связи с тем неприятным инцидентом с графом Беркли. К сожалению, своим неподобающим поведением и неразумными поступками он навлёк на себя суровую кару. Его смерть не сняла с нас ответственности за произошедшее.
Выжидательно замолчав, он дал мне возможность ответить.
— Сожалею о том, что произошло с графом. Могу вас уверить, что столь прискорбная развязка того события была неожиданной и для меня. Я принимаю ваши извинения от своего лица, от лица же Российской империи говорить с вами будет мой отец, император Александр Первый.
В глазах императора, устремленных на меня, мелькнуло одобрение. Уважительно кивнув, граф Лэмбтон продолжил:
Я прибыл с пакетом документов, которые содержат предложения, касающиеся торговых и экономических отношений наших держав. Более того, Союз банкиров Великобритании также подготовил свои предложения сотрудничества, в рамках которого представителям купечества и дворянства Российской империи, имеющим торговые интересы в нашей стране, будут предоставляться кредиты по очень выгодным ставкам. Думаю, подробности будут интересны специалистам.
Глава Совета Магов нашей страны вскоре прибудет сюда, чтобы наладить обмен опытом в области магических исследований. Мы предлагаем вашим одаренным юношам и девушкам возможность обучения в лучших университетах и академиях Англии.
Что касается непосредственно вас, Алексей Александрович — мы предлагаем заключить брачный союз с представительницей одного из наиболее древних и уважаемых родов нашей державы. Прекрасно образованная девушка, обладает сильным даром уровня магистра — такая жена станет, несомненно, отличной спутницей и другом для вас, и украсит своим присутствием вашу жизнь. Подобный союз, на наш взгляд, послужит укреплению отношений России и Англии. Кроме того, приданое, которое она принесет в вашу семью, весьма богато…
— С вашими предложениями по этому поводу сначала ознакомлюсь я и мои советники. — заметил отец. — Алексей прекрасно понимает, что решение, касающееся его брака, буду принимать я.
Я с тоской вспомнил портрет невесты, «украшающий» сейчас ящик моего письменного стола. И мало меня утешали обещания несметных богатств, которые сулил посол. Скорее, мне казалось, что сейчас меня банально пытаются купить. Медленно переведя взгляд на императора, я произнес:
— Конечно, Ваше Величество. Я уверен, что принятое вами решение послужит на благо империи и устроит мое личное счастье…
Глава 13
С тяжёлым сердцем я бродил по дворцу безо всякой цели. Отпустив меня, император продолжил беседу с английским аристократом, обсуждая с ним все нюансы соглашений двух мировых держав. Вскоре ко дворцу подлетели один за другим экипажи, по вызову Александра Павловича на экстренное совещание собирались российские министры. Судя по всему, дипломатические переговоры и изучение всех документов затянутся надолго. На таком уровне проблемы одного несчастного цесаревича не имели никакого значения. Поэтому не могло быть и речи о том, чтобы пытаться поговорить с отцом о Даше сегодня.
Задумавшись, я не сразу расслышал обращённое ко мне приветствие. Отвлекшись от мыслей, идущих по одному и тому же кругу, я поднял глаза. Передо мной стоял князь Тараканов.
— Ваше Высочество… — склонил он голову. — Рад видеть вас в добром здравии.
— Валентин Михайлович, — ответно коротко кивнул я и, усмехнувшись, продолжил, — вашими молитвами…
Добродушное, мягкое лицо министра заметно омрачилось. Он крепче прижал к себе пухлый, видавший виды портфель, из которого выглядывали уголки бумаг, засунутых туда, видимо, в жуткой спешке.
— Алексей Александрович, — замявшись, все же заговорил он, — вы настроены так недружелюбно, и это ранит мое сердце… Если бы вы дали мне возможность объяснить вам все, как-то прояснить ситуацию… Вы же разумный юноша…
— Именно поэтому я понимаю, что здесь не место и не время для подобных разговоров! — прервал я его, многозначительно покосившись на сновавших туда-сюда по коридорам слуг. — Если позволите, на днях я нанесу вам визит, и мы поговорим обо всем, что привело нас к такому… недопониманию, что ли… А сейчас, думаю, вам стоило бы поспешить. Вам лучше моего должно быть известно, что мой венценосный отец не терпит опозданий.
Валентин Михайлович просиял, деликатно дотронулся до моего рукава.
— Замечательная мысль, Алешенька!.. Алексей Александрович… — поспешно поправился он. — Буду ждать с нетерпением. — Кивнув с улыбкой на прощание, князь довольно резво для его возраста и комплекции устремился к императорскому кабинету.
Все смешалось в доме герцога Йоркского. Точнее, в комнатах Букингемского дворца, отведенных юной леди Маргарет, дочери среднего сына королевы Великобритании. Гибельным вихрем, с жуткими завываниями, металась по собственной спальне представительница древнего и уважаемого рода, снося все на своем пути.
Сам же герцог, найдя временное убежище в глубоком кресле из орехового дерева, обитого атласом, вжимался в мягкую спинку, опасаясь лишний раз привлекать внимание разбушевавшейся дочери к себе. По опыту он знал — только выплеснув ярость и гнев, Маргарет будет способна на адекватный разговор. Пока же герцог обреченно наблюдал, как разлетаются на мелкие осколки хрупкие драгоценные китайские вазы эпохи династии Мин, как уничтожается изящный веджвудовский фарфоровый чайный сервиз на шесть персон, как с печальным мелодичным звоном отлетает душа бесценной люстры из богемского цветного хрусталя…
Рискуя собственным здоровьем, Эндрю Йоркский успел спасти хрупкую статуэтку, изображавшую изящную балерину, застывшую в грациозной позе. Невелика ценность, да уж слишком она ему напоминала любимую фаворитку, леди Джейн Аддингтон. Та же длинная шея, тот же гибкий стан, тонкие руки… Бережно пристроив вещицу рядом с собой в кресле, он отважился подать голос.
— Маргарет…
Дочь отозвалась ещё более пронзительным визгом.
— Доченька…
Девушка, тяжело дыша, остановилась перед отцом, уперев руки в бока. В её взгляде, устремленном на отца, читался дерзкий вызов и желание продолжить погром. Мысленно перекрестившись, герцог ринулся в бой.
— Если ты не прекратишь вести себя как капризный, невоспитанный ребенок, я буду вынужден принять меры! — начав свою речь в грозном родительском тоне, он, видя, как наливаются бешенством глаза Маргарет, сбился и закончил отчаянным — я позову сюда твою бабушку!
Королева Елизавета Вторая, женщина суровая и непреклонная, имела железный характер. За её спиной придворные поговаривали, что все мужские качества королевского рода достались ей одной, на долю принцев же ничего не осталось. И действительно, трудно было с этим спорить, глядя на мягкость, инфантильность и некоторую трусоватость герцога Йоркского. Вот и сейчас, самым убийственным доводом он счел угрозу возможного вмешательства королевы в процесс воспитания упрямой девчонки.
Отношение Елизаветы к собственной внучке было двояким. С одной стороны, она безмерно её любила и баловала, видя в девушке своё отражение. Та с раннего детства проявляла те же качества, которыми обладала царственная бабушка — упрямство, силу воли, непреклонность в достижении намеченных целей. С другой — такая схожесть характеров неизбежно приводила к столкновениям, если мнения родственниц в чем-то расходились. Пытаясь переупрямить друг друга, они поднимали настоящую бурю, не только в переносном, но и в прямом смысле — обе являлись довольно сильными магами воздуха. До сих пор опыт и мудрость, пришедшие к королеве с годами, одерживали победу над юношеским максимализмом и незрелостью суждений её внучки. Сегодня решение Елизаветы Второй, принятое в отношении судьбы Маргарет, вызвало самый грандиозный бунт со стороны девушки за всю историю их конфликтов.
— Я не собираюсь ублажать какого-то там незначительного мальчишку в этой дремучей, варварской стране! — отчеканила Маргарет, глядя на отца.
— Милая, он не какой-то там незначительный мальчишка, он — сын императора… — мягко увещевал её отец.
— Младший! — скривила губы непокорная дочь. — И что меня может привлекать в подобном браке?
Герцог вздохнул, собираясь с мыслями. Право слово, лучше бы эту миссию по оглашению решения королевы взяла на себя она сама! Но деваться было некуда, перечить матери Эндрю не решился бы ни под каким предлогом. Поэтому он начал:
— Как ты, наверное, знаешь, в Российской империи, как и в других державах, мы имеем собственные глаза и уши. По сведениям, которые мы получаем от нашего доверенного человека, на данный момент там сложная ситуация. Наследник престола обладает дурными наклонностями, не имеет магического дара, не пользуется популярностью ни при дворе, ни у простого народа. По сути, он ходит по очень тонкой грани, рискуя лишиться не только трона, но и, собственно, жизни… Младший же сын императора, твой будущий муж… — девушка возмущенно вскинулась было, но, подумав, решила дослушать отца.