Тимур Айтбаев – Вы призвали не того... Книга 6. Том 3 (страница 57)

За себя я не беспокоилась.

Вряд ли тут найдется оружие, способное повредить моей коже, не говоря уже о доспехах. Хозяина тоже нельзя назвать хрупким, так что он выживет в любом случае. А вот за Дюсаль с Чешуйкой стоит приглядывать. А еще лучше оттянуть противника подальше от них, устроив свалку в центре…

Вдох. Выдох.

Выставив перед собой щит, приготовилась исполнить полученный приказ.

Рывок.

Картина боя смазывается в растянутые во времени и пространстве черные линии. Мне тяжело реагировать с той скоростью, с которой сама же и перемещаюсь. Но достаточно того, что я «знаю» куда несусь.

Щит немного дернулся от сметаемых врагов. Что-то чиркнуло по щеке, оставив едва ощутимую царапину. Меч слегка завибрировал, столкнувшись с чьей-то тушей.

Тормозила я, вбив ногу в каменный пол по щиколотку, оставляя за собой глубокую траншею. Очутилась прямо в глубине вражеской толпы. Именно толпы, потому что про строй тут и говорить было нечего. Тех, кому не посчастливилось оказаться на моем пути, просто разорвало на части, и сейчас они кровавым дождем падали на землю…

Кровавым?

Я нахмурилась, оглядывая разлетевшихся от меня во все стороны противников.

Да, каменными они были лишь снаружи. Внутри же истуканы оказались вполне себе обычными «мешками с мясом». И как я раньше не почувствовала? Хотя нет, до сих пор не чувствую. Словно они действительно каменные. Но я же вижу, что это не так.

Иллюзия? Маскировка? Не знаю. От этого места всего можно ожидать…

Пока я обдумывала происходящее, враги немного пришли в себя и вновь полезли вперед. Может быть, приложить их чем-нибудь посущественней меча? Но я пока плохо управляюсь с собственными силами. Могу зацепить кого-то из сво…

Сзади потянуло жаром.

Тем самым, что заставляет кровь бурлить, а руку саму по себе хвататься за рукоять клинка. Где-то на грани слышимости, словно из другого мира, зазвучала странная музыка под раскатистый басистый смех.

Резко обернулась, выставляя перед собой щит.

Вовремя.

Волна огня прошла прямо по мне, раскаляя металл и высушивая жаром кожу. Если бы рефлекторно не прикрыла глаза, скорее всего, ненадолго лишилась бы зрения.

Выглядываю из-за щита. Мгновенно оцениваю обстановку.

Чешуйки и Дюсаль в комнате нет. Но они ощущаются наверху. Видимо, отошли назад и немного поднялись по лестнице, по которой мы пришли. Передо мной выжженное пятно в центре которого замер Хозяин. Без доспеха, в одном костюме Стражей. Со странной помесью меча и дубины в одной руке, и копьем в другой. Враги, которые оказались слишком близко к нему, просто испарились, превратившись в черно-серый пепел, кружащийся в воздухе.

Впрочем, замер Андрей лишь на мгновение, ведь истуканы продолжали прибывать. Парочка уже заносила дубины у меня за спиной, готовясь обрушить их на «беззащитный затылок». Не оборачиваясь сношу им головы клинком, при этом не отрывая взгляда от пришедшего в движение Хозяина.

Что-то мне подсказывает, что близко к нему сейчас лучше не подходить — он явно обезумел и не различает врагов и друзей, с дикой улыбкой кроша любое живое и не очень существо, оказавшееся в пределах досягаемости его оружия. Он вихрем пронесся по комнате из конца в конец, оставляя за собой лишь дорожки из пепла и кроваво-алую туманную взвесь с черными разводами.

Но врагов меньше не становилось. Наоборот, они еще и в качестве прибавили. И если до этого были лишь простые «миньоны», то последним, разворотив заложенную кирпичами арку прохода, вылез огромный шестиногий ящер-кентавр с торсом уродливого, раздувшегося человека. Тварь повела мясистой головой и, расшвыривая мелких союзничков, ринулась в сторону Хозяина.

К тому моменту выглядел он уже неважно: костюм превратился в лохмотья, от кожи поднимался красноватый дымок, а все тело оказалось покрыто большим количеством ран. Местами на нем просто отсутствовала кожа вместе с мясом, обнажая белые кости.

Я стиснула зубы.

Хотелось рвануть вперед, остановить его от безумства, ведь Хозяин явно сгорает, используя заемную силу. И ведь непонятно зачем — сильно сомневаюсь, что он не справился бы без нее. Но вот только меня что-то не пускает. Скорее всего, владелец этой опасной силы. Он словно держал меня за плечи, не давая прыгнуть вперед, и шептал на ухо, что все будет хорошо. Что так надо.

Я не верила.

Но поделать ничего не могла.

Мне попросту не хватало сил сопротивляться этому навязанному давлению.

Мне… не хватало… сил…

Забавно. А я ведь только начала считать себя сильной.

Тем временем Андрей, увидев огромного демона, который, видимо, являлся хранителем этого самого этажа, как тот отвратительный мимик на предыдущем, рванул вперед.

Бой был быстрым и жестоким. То ли не успев затормозить, то ли не захотев, Хозяин на полном ходу налетел на демона, всаживая тому копье в брюхо и не давая разорвать дистанцию. Взревев, тварь начала кромсать тело Андрея когтями, стараясь добраться до сердца. Вот только с каждой новой раной жар вокруг все усиливался, буквально обугливая руки монстра. Тот обладал бешеной регенерацией, но даже она не справлялась. К тому же и сам Хозяин не стоял без дела, а тяжелым мечом, больше похожим на дубину, раз за разом бил тварь по массивной голове, превращая ту в кусок рваного обугленного мяса.

Истуканов, подкрепления которых к этому времени перестали подходить, просто смело все разгоняющейся огненной бурей, заполнившей всю комнату. Мне самой стало трудно тут находиться — пришлось целиком сосредоточиться на собственной защите, чтобы не сгореть.

Сколько же энергии он через себя пропускает? Явно в разы больше, чем я, новорожденная богиня, могу выкинуть в этот мир за раз. И, самое странное, я отчетливо чувствую, что душа хозяина почти не пострадает. Те повреждения, что ему нанесло это буйство стихии, восстановятся буквально за пару дней, в то время как любого Младшего Бога, вздумай он сотворить что-то подобное, попросту обратит в пепел еще на полпути…

Внезапно все закончилось.

Тут же закинув щит за спину, а меч в ножны, я кинулась вперед, где в эпицентре остывающего ада Андрей стоял на коленях перед огромной кучей пепла.

Смотреть на него было страшно — тело больше напоминало живой труп после работы стаи падальщиков, но… Откуда-то появилась странная уверенность, что он выживет. И что так было надо. Скорее всего, это послание от Древнего, одолжившего ему свою силу.

Но все же о ранах стоит позаботиться…

242.3. Мохнатка.

Меня осторожно уложили у стеночки.

Бля, давно мне так херово не было — тело больше похоже на одну сплошную рану. Руки обуглились по локоть, спина вся была исполосована, грудная клетка буквально вскрыта, а уж что творилось с лицом даже знать не хочу!

И это с учетом того, что я сам по себе тварь дико живучая, с неплохой регенерацией, да плюс сверху должен был быть баф на живучесть от берсы, да моя классовая стойкость к воздействиям божественных сил…

Граор, сука неадекватная, это сколько же ты через меня своей маны перекачал, что тело чуть не сожгло? Самое странное, душа-то более-менее целая. Ну, есть дискомфорт, но не до трещин на ядре…

Но все равно, блядь, нахуя?!

Пока я беззвучными матами пытался удержать ускользающее сознание, девушки все пытались чего-то от меня добиться. Что именно — хер его знает. Звуков я не слышал — что-то с ушами. Скорее всего, их тупо не было. Да и глаза сильно подводили — картинка плавала и размывалась, словно смотрел сквозь мутное и постоянно меняющее толщину стекло.

Самое паршивое — не было боли. То ли мне к чертям хомячьим выжгло нервные окончания, то ли повредило позвоночник, то ли это нейросеть блокировала болевые ощущения, чтобы мозг не сбрендил.

В какой-то момент до этих трех дур наконец дошло, что вслух мне что-то объяснять бесполезно, и в голове раздался голос Чешуйки.

«Зубы разожми, идиот! Лечить будем!»

Угу. Легко сказать. А если я их не чувствую, то что?

Проблему решила Антуанетта, попросту разжав мне челюсть пальцами. Судя по отдавшемуся в голове хрусту, она мне при этом еще и что-то сломала. Заебца, мля…

Впрочем, об этой оплошности тут же забыл, так как Чешуйка шустро залила в меня какую-то жидкость. Сначала было просто приятное тепло, разливающееся по гортани и постепенно проникающее в желудок. Потом оно начало расползаться по телу, преобразуясь в жар. А через секунду я вдруг понял — именно так чувствует себя паралитик, которого поджаривают на костре.

Последнее, что я услышал, был собственный крик…

***

Очнулся резко и от весьма неприятного чувства. Вот только не мог понять, какого. Впрочем, с этим мне тут же помогли.

— Еще одну, — спокойный голос Антуанетты.

— Может, сама? У меня уже ладонь болит! — пожаловалась Чешуйка.

— Если ударю я, он уже не встанет, — на полном серьезе заявила героиня.

— Тоже верно, — согласилась дракоша и через секунду мне прилетела еще одна хлесткая пощечина.

— Зеленая, ты ведь в курсе, что я уже очнулся? — не открывая глаз, поинтересовался я.

— Ну да, — согласилась Чешуйка.

— И какого хера тогда опять бьешь?

— А чего ты мертвым прикидываешься?

Я открыл глаза. Посмотрел на ехидную рожу дракоши. Скривился от боли в щеке. Задумался.

— Ты не посмеешь, — Чешуйка с широко открытыми глазами осторожно шагнула назад.