Тимур Айтбаев – Смерть для бессмертных (страница 16)
То, что нужно было передать, Карлейн спрятал под одеждой, у самого сердца. Выглядя как самый обычный житель Айронхолла, он встретился с Бобом, седовласым трактирщиком, и отдал ему этот предмет. Боб смотрел на него буквально пару секунд, затем молча забрал эту вещь, кивнул Карлейну и спрятал ее под стойку.
— Налить Вам чего-нибудь, господин? — спрашивает Боб, и Карлейн на миг задумался. Затем все же отрицательно качает головой. Хочет уже уйти, чтобы вернуться в замок, как вдруг происходит следующее.
В таверну, громко отворяя дверь, вваливается грязный дворф (совершенно точно не местный — местные все чисты и опрятны).
— Представляете?! — орет он на весь зал. — Они отказали мне! Мне!!! Бегрифу!!! Сказали, что для начала я должен вымыться и приодеться! И что ни за какие деньги они меня не обслужат!!! Меня!!!
Все в таверне мигом затихают. А далее случается вот что — за одним из столиков, за которым сидят огромный орк, эльфийка и человек (все такие же грязные, как и дворф), резко начинается что-то типа паники. Эльфийка вскакивает со своего места и громко кричит: «Бегриф?!» Затем оборачивается к орку: «Гелегост! Скорее наверх! Аква в опасности!»
— Аква? — спрашивает сам себя Карлейн, хмурясь. Он где-то слышал это имя, хотя и не может вспомнить, где. А затем становится свидетелем того, как орк, перевернув столик, за которым сидел, сломя голову несется к лестнице, ведущей наверх, за ним тут же устремляются и человек с эльфийкой. А вот дворф стоит на месте, разводя руками.
— Какого эльфа тут происходит? — спрашивает он, но Карлейн не имеет ни малейшего понятия. Ему и самому становится интересно.
— И где же стражи Айронхолла, когда они так нужны? — спрашивает разносчица, проходя мимо Карлейна, и внезапно главнокомандующий стражей понимает, что стража все-таки там, где и должны быть. Правда, только лишь в его лице.
***
Лже-Бегриф резко отворяет дверь и бросает кинжал. Бросает туда, где должна была находиться ее голова. Он совершенно точно вычислил ее местоположение по звуку, но нож угодил в противоположную стену. Аквы внутри не было.
Убийца хмурится, не понимая, что, собственно, происходит.
«Думал, я на это куплюсь, глупенький?» — слышит он ее голос. И исходит он уже из другой комнаты. «Правда считал, что сможешь меня найти? За всю свою жизнь я не проигрывала в Прятки ни разу. И тут вдруг… проиграла бы тебе?» Убийца не медля рванул к другой комнате. К той, из которой шел звук. Выбил дверь ногой и влетел внутрь, но и та комната также оказалась пустой.
Убийца ничего не понимает. Вернее, осознает, конечно, что тут магия. Но не знает, как теперь быть. Он поторопился. Нужно было играть роль до конца. Он решил, что дело сделано, и теперь заплатит за свою ошибку. Мастер лично убьет его, отрубив голову.
Он выбегает в коридор и оглядывается. Думает, где еще может оказаться чертовка. Смотрит на одну из дверей и идет к ней. Вынимает свой кинжал, но тут же оборачивается, ибо слева раздаются громкие шаги. Мгновение — и в коридор со стороны лестницы врывается орк.
Лже-Бегриф готовит свой кинжал и, едва орк набегает на него, пытаясь занести для удара секиру, резко вырывается вперед, опережая этот взмах. И лезвие кинжала погружается в грудь орка еще до того, как тот успевает что-либо понять. Сердце пронизано насквозь, а Лже-Бегриф уже стоит за спиной только что сраженного противника. Одним единственным ударом.
Орк оседает, опускается на одно колено. Роняет секиру. Хочет обернуться, но его за волосы хватает этот странный человек, похожий на Бегрифа. Вернее, теперь он уже не похож на него — теперь это высокий эльф с фиолетовой кожей. Дроу называют их обычные эльфы.
— Зря ты пришел сюда, Гелегост. Ты мне нравился.
Лезвие касается шеи орка.
— Стой! — это Кирилл! Он снова спасет его от смерти! Уже второй раз подряд!
Орк чувствует, как хватка дроу ослабевает. Чувствует, что лезвие больше не угрожает его шее.
— Кто ты такой, мать твою на хрен?!
Дальше Гелегост уже ничего не слышит, так как теряет сознание.
Дроу стоит напротив Кирилла и смотрит ему в глаза.
— Напрасно ты пришел сюда. И увидел мое лицо. Никто не должен видеть наших лиц. Мы — орден, что ниспослан богиней смерти. И каждый, кто видит наши лица — должен умереть. Мне была нужна лишь Аква. Ее сердце требует богиня. Но теперь… придется убить и тебя. Останови Лиагель, если не хочешь, чтобы и ее постигла та же участь.
— Лиагель, стой! — тут же кричит Кирилл и вытягивает руку по направлению к ней. Видимо, она как раз на лестнице. Чуть было не поднялась.
— Мне жаль, что это произойдет. Ты был не плохим человеком. Видимо, это судьба, злой рок. Неотвратимое стечение обстоятельств.
И дроу вынимает два кинжала. Кирилл тоже готовит свой меч.
— Не поднимайся, Лиагель. Что бы не случилось.
И Кирилл атакует. Но дроу оказывается настолько юрким и не по-человечески быстрым, что на теле юноши появляется три глубоких пореза после одной лишь попытки. А дроу оказывается за его спиной. Меч падает. Пальцы не могут его держать — пальцы вообще не могут больше согнуться.
— Что… что ты сделал? Перерезал какие-то связки?
— Нервы, — отвечает дроу и медленно подходит к Кириллу. — Да проводит тебя к твоему Богу Мрачный Привратник…
— Тебя он туда сейчас проводит! — раздается мужской голос.
Кирилл видит, как у дроу подергивается губа от злости.
— Да что же вас всех сюда тянет?! — орет он и оборачивается. Перед ним — какой-то местный в самых обычных одеяниях. — Ты еще кто такой?!
— Карлейн, — отвечает он и тоже вынимает клинок, весьма дорогой клинок — отмечает дроу.
— Прощай, Карлейн, — произносит дроу и метает в него кинжал. И велико его удивление, когда этот самый Карлейн умудряется отбить его кинжал своим мечом.
Дроу вскидывает брови, убирает второй кинжал за спину. Поднимает меч Кирилла и идет к Карлейну. Тот стоит в боевой стойке, максимально сконцентрированный.
— Неплохая реакция, Карлейн.
— Спасибо, — кивает он.
— Жаль, что придется тебя убить, — дроу останавливается в паре шагов от противника, наблюдает за его телом, но оно молчит. Карлейн не намеревается нападать. Он тоже ждет. Ждет, когда будет атаковать дроу.
Дроу ныряет направо, прыгает на стену и делает вид, что собирается атаковать справа, но затем совершает кувырок и оказывается уже на левой стене, с нее он и ныряет на Карлейна.
Но получает точный порез на всю спину.
Карлейн просчитал его действия каким-то невероятным образом.
Дроу падает прямо под ноги эльфийки. Ощущает жгучую боль по всей спине.
Резко встает. И нападает уже без фокусов. Два удара. Еще два. Серия из четырех ударов. Но Карлейн отбивает все. И даже когда дроу вынимает из-за спины кинжал и совершает подлый тычок, Карлейн умудряется каким-то хером увернуться и…
Дроу падает. Ни руки, ни ноги не шевелятся. Его парализовало.
— Кирилл! — кричит Лиагель и бежит к своему возлюбленному.
А Карлейн тем временем подходит к убийце.
— Кто ты? — спрашивает он у дроу, опускаясь перед ним на колени. — Твоя техника… здесь такому не учат.
Но дроу смотрит на Карлейна не менее удивленным взглядом.
— Лишь немногие… — говорит он, — способны одолеть меня в ближнем бою. Но никто… не побеждал меня с такой легкостью. Кто ты? Где научился так сражаться?
Карлейн молча смотрит на темного эльфа и пожимает плечами.
— В академии, — говорит он, но не верит своим же словам. В академии он схватывал все на лету и всегда умел гораздо больше, чем все прочие ученики. Он как-будто всегда это умел.
Дроу усмехается.
— В вашей академии не научат даже с какой стороны меч держать нужно и каким концом колоть. Что ты мне накидываешь?
Карлейн глотает подступивший к горлу ком.
— Интересно, — шепчет дроу и улыбается. — Что ж… тогда закончи то, что начал. И да пусть меня проводит к моей Богине Мрачный Привратник…
Карлейн подставил кинжал к груди убийцы.
— Как твое имя? — спрашивает он перед тем, как лишить убийцу жизни.
— У нас нет имен. У нас их забирают, когда принимают в ученики. У нас нет имен, нет лиц и нет собственной воли. Мы служим лишь нашей Богине. Ты не остановил нас. Лишь отсрочил неизбежное. Смерть Аквы и Маркуса — лишь вопрос времени. После моей смерти придут и другие. Отрубишь одну голову — и на ее месте вырастут две. С двумя убийцами… тебе уже будет не справиться. Тем более, что… за Маркусом придет сам Мастер.
И дроу широко улыбается.
— Ему равных нет. Это он убил Эльзу. Он же сразил самого Майкла Таннея, вырвав ему глаз. Мастер не проигрывал никому. И он убьет любого, кто встанет у него на пути. И… он уже здесь, — дроу улыбается еще шире. — Когда придет время, он убьет… твоего графа.
Карлейн ухмыляется.
— Граф никому не проиграет. Граф убьет твоего Мастера.