Тимур Айтбаев – Смерть для бессмертных (страница 18)

— Победа Перегила была бы невыгодной для Вас — это раз. И, когда он умрет… Вы больше не будете графом.

Меняю положение головы, чтобы посмотреть на девочку с другого ракурса.

— Вам не чуждо тщеславие. Это грех, но я вынуждена его использовать, ибо он ведет меня к благой цели. И потому я обещаю тебе, Маркус Спенсер.

Я вздрогнул, услышав свое истинное имя.

— Если Перегил умрет, Императором всех земель… станешь ты.

Ее личико уже не столь милое, каким было вначале. В ее глазах — недюжинный интеллект. Как сказал бы я несколько лет назад, в них нехеровая такая прохаванность. И она переводит взгляд на одну из дверей.

— А Элеонор Флауэрс станет императрицей.

И та дверь, на которую она прямо сейчас смотрела, отворилась.

Это была Элеонор. Следом за ней вошел Хейзел.

— Ваша Светлость, — исполняет очередной реверанс Аква, и Элеонор ей кивает. — Мы как раз обсуждали возможность повышения Вашего супруга.

— Повышения?

— Ему предлагается императорский трон.

Элеонор смотрит на меня. Я смотрю в ответ.

— В обмен на помощь в войне, — объясняю я. — Но в любом случае… я все равно собирался надрать ему зад. Почему бы не сделать это за корону?

Карлейн делает шаг вперед и преклоняет колено.

— Я приму за честь быть тем, кто пойдет с Вами бок о бок на эту битву и поможет получить императорский трон.

Само собой, я киваю.

— Как ты относишься к Эльрикель? — спрашиваю я Карлейна ближе к вечеру. Мы находимся в моем личном кабинете, и он зашел по моему приказу, отданному после ужина.

— К Эльрикель, Ваше величество?

— К бывшей императрице, впоследствии ставшей бывшей графиней.

— Да, я понял, о ком Вы, — качает он головой. — Просто удивлен сутью вопроса.

Я разворачиваюсь к нему.

— Интересует тебя, как женщина?

Его аж передернуло.

— Ни в коем случае, Ваша светлость!

— Правда? — приподнимаю одну бровь.

— Как и в случае с Мадам, и ныне нареченной графиней… Эльрикель — Ваша женщина. И я бы ни за что…

— Я не из ревности вопрос этот задал, — указываю ему на соседний стул, приглашая сесть, что он тут же делает. — У меня сейчас новая жена. С ней… я снова вспомнил, что такое быть человеком. Сложно объяснить, в каком состоянии я пребывал эти годы, что… был мужем Эльрикель. Я видел все… словно из-под черной вуали. Все черно-белое. Повсюду глаза Бездны, ее шепот. Но с Элеонор… этого нет. Не было и с Эбигейл.

Некоторое время молчу.

— Я хочу быть с Элеонор. Как можно дольше. Но она… — хмурюсь, пытаясь подобрать слова, — является девушкой с весьма… консервативными взглядами на брак и отношения. То, что позволяла Эльрикель, Элеонор не приемлет. А Эльрикель… она ведь так прекрасна, Карлейн.

Он совсем едва заметно кивает.

— Иногда, когда я ее вижу… меня порой так и тянет в ее спальню.

Он не одобряет. Не подает виду, но я это знаю.

— Если бы Эльрикель была занята… занята кем-то, кого я уважаю… уважаю как друга… я бы смог гораздо проще пережить этот разрыв.

Карлейн поднял на меня взгляд. Его нахмуренные брови были признаком понимания. Он осознал, к чему я клоню.

— Когда Эбигейл вышла за Бруно, я смог ее отпустить. Было больно и тяжело, но я сделал это. Потому что люблю их обоих. Ты совсем недолго со мной. Но я уже тебе доверяю. Больше, чем кому бы то ни было в этом графстве. Да, есть несколько людей, которым я доверяю больше, но почти все они женщины, а единственный из них мужчина… у него уже не стоит, так что он тоже не подходит.

— Вы хотите, чтобы я стал ухаживать за Эльрикель?

— Чтобы ты взял ее в жены.

— Она… не посмотрит на такого, как я…

— Она не умеет смотреть. Если я скажу — она выйдет за тебя. И будет преданной и верной женой. Даю слово.

Карлейн не был доволен моим предложением.

— Это приказ, Ваша светлость?

— Это просьба.

Он опустил взгляд.

— Ты же не станешь возражать, что она — прекраснейшая женщина из всех, что ты когда-либо видел?

Он качает головой.

— Конечно, не стану, — соглашается. — Но она… Вы потом возненавидите меня…

Я тут же кладу руку ему на плечо.

— Карлейн, — говорю я — и он смотрит мне в глаза, — если ты станешь тем, из-за кого я смогу преодолеть желание изменить с ней Элеонор, я буду лишь очень тебе признателен. А если ты сможешь еще и с Мадам закрутить…

— С Мадам? — бедолага Карлейн снова переменился в лице. Кажется, она не очень была ему по нраву.

— Она — тоже очень… отвлекающий фактор, — говорю я ему. — И тоже риск… для моего брака.

— Если Вам действительно это необходимо, то я сделаю это.

Улыбаюсь, будучи довольным тем, что нашел столь верного слугу. Правда, у меня стала закрадываться мысль, что мой новый друг… не совсем по женщинам.

— Моя просьба… не стоит вразрез… с твоими предпочтениями?

Он не понял вопроса.

— Ты гомосексуал?

Мой вопрос нисколько его не обидел. Значит, я прав.

— Нет, — отвечает он — и я немного удивляюсь. — Я не по мужчинам, если вы вдруг так решили. Но и не по женщинам.

Я вылупился на него, требуя объяснить.

— Я — асексуал, Ваша светлость.

— Ты… — я показываю пальцем в область ниже его пояса.

— О нет, — отрицательно качает головой, — не евнух, нет. И не девственник. У меня был секс, если Вы об этом. И с женщинами… и с мужчинами… но ни те, ни другие не были мне по нраву. Меня… вообще никто не привлекает. Меня больше возбуждает идея. Некая цель. Сейчас, к примеру, моя цель — исполнять Ваши приказы. И сделать все, что вам будет необходимо. Если Вы хотите, чтобы я стал мужем Эльрикель и любовником Мадам — я сделаю это. Поверьте, у меня получится. Можете на меня положиться. Скажете убить их — и я убью. Скажете убить себя — я сделаю и это. Всё, что прикажете.

— С чего вдруг… такая преданность, Карлейн? Кто я для тебя?

Он молча смотрел мне в глаза. Возможно, раздумывал над ответом, или просто старался подобрать слова. Или же выдерживал театральную паузу.

— Есть вещи, — говорит, наконец, он, — которые не поддаются нашему пониманию. У большинства людей они похожи. К примеру, Вы без ума от красивых женщин. И коллекционируете их, можно сказать. Свои победы. Добавляете их в коллекцию. Другие скупают драгоценности, или различные виды оружия. Третьи пытаются стать богатыми, четвертые — получить корону. У меня… немного иная цель. Я просто… хочу быть лучшим. Лучшим во всем. Быстрее всех бегать, искуснее всех сражаться, быть самым метким стрелком, самым умелом любовником. Если быть воином, то непревзойденным. Если служить — то быть самым преданным. Вы должны признать, что у вас никогда не было такого воина, как я. Вы должны доверять мне так, как не доверяете даже себе, поручать мне любые задания и всегда знать, что я их выполню еще до того, как я сделаю это. И если я буду знать, что вы именно такого обо мне мнения… то я буду счастлив. Ибо моя цель… будет достигнута.