Тимоти Зан – Грядущий хаос (страница 75)

– Сколько у нас осталось пробойников? – спросил он, устремив взор за канонерки – туда, где виднелся издевательски огромный обзорный экран дредноута.

– Три, – ответил Харилл.

– Готовьте, – приказал Самакро. – Дадим ему еще несколько секунд, затем подойдем ближе, насколько хватит духу, и врежем всеми тремя прямо по его обзорному экрану.

– Слушаюсь, сэр, – с некоторым сомнением произнес Харилл. – Вы же помните, что мы уже пытались так сделать?

– Тогда мы были далеко. Если удастся подойти ближе, пускай дредноут сколько угодно расстреливает их, кислота все равно не успеет рассеяться и достигнет цели.

– Попытка не пытка, – кивнул Харилл. – Итак: пробойники готовы. По вашему сигналу.

Самакро начал про себя отсчитывать секунды, стараясь определить самый подходящий момент для залпа. Слишком рано – и они впустую потратят последние снаряды, слишком поздно – и они рискуют попасть под огонь канонерок, которые вот-вот вернутся в строй и сделают положение «Реющего ястреба» еще более катастрофическим. – Приготовиться к запуску. Три, два, один!

Запуск отозвался тремя слабыми волнами вибрации корпуса, и ракеты понеслись мимо канонерок к своей цели.

Не успели пробойники миновать обездвиженные истребители, как дредноут сделал шесть залпов спектральными лазерами, которые разнесли подлетающие снаряды в пыль.

Раньше, чем надеялся Самакро. Но в случае с пробойниками на уничтожении самих ракет история отнюдь не заканчивалась. Высвобожденная из боеголовки кислота по инерции неслась вперед почти однородной массой, которая то и дело деформировалась от скорости движения. Если дредноут не уклонится – а на это у него не было времени, – кислота неизбежно настигнет свою цель. Самакро затаил дыхание…

И тут, почти в самый последний момент, сбоку возник никардунский патрульный корабль, который рванул наперерез трем кислотным сферам.

– Он не слишком крупный, – с надеждой пробормотал Самакро. – Все три не перехватит. – Не успел он договорить, как дредноут снова открыл огонь.

Только на этот раз он целенаправленно бил по патрульному кораблю. Даже у Самакро невольно вытянулось от удивления лицо, когда он увидел, как тот взрывается, разлетаясь на обломки.

– Проклятье, – выплюнул Харилл. – Они все-таки психи.

– «Реющий ястреб», доложите обстановку, – послышался голос Ар’алани.

– Мы еще в строю, адмирал, – сообщил Самакро. – Но от своевременной помощи не откажемся.

– И вы ее получите, – мрачно пообещала она. – Я надеялась, что до этого не дойдет, но деваться некуда. Вы помните маневр, который Траун использовал в бою с паатаатусами, когда только принял командование «Реющим ястребом»?

Оглянувшись на Харилла, Самакро увидел, что тот смотрит в ответ с кислым выражением на лице. Да уж, они оба это помнили.

– Да, мэм, – подтвердил он. – Когда?

– Держитесь еще несколько секунд под прикрытием канонерок, потом оторвитесь от них и направляйтесь на низкую орбиту. Я дам команду, когда переходить в режим скрытности.

– Вас понял. – Самакро недоумевал, чего они этим добьются: на линейном дредноуте уже доказали, что в погоне за «Реющим ястребом» готовы сминать кого угодно и что угодно, включая собственные войска. – Азморди, приготовьтесь выполнять… Полный вперед. – Заложив вираж, от которого выкручивало суставы, «Ястреб» устремился прочь от канонерок прямо через поле боя к планете внизу. – Приготовиться к переходу в режим скрытности. – Он отсчитал три секунды…

– Пора, – скомандовала Ар’алани.

– Выполняем, – отозвался Самакро. Все офицеры на мостике отключили системы, пульты управления погасли, зажглось тусклое аварийное освещение.

В этот момент «Реющий ястреб» стал практически полностью уязвим, насколько это возможно для боевого корабля.

Впрочем, пока что неминуемая гибель откладывалась: между «Ястребом» и дредноутом два чисских ракетных катера сражались с никардунским эсминцем, перекрывая линию обстрела. Однако через несколько секунд новый курс выведет «Реющий ястреб» прямо под удар.

– Капитан? – позвал Харилл.

– Без понятия, – ответил Самакро. – Давайте посмотрим, что задумала адмирал.

Долго им ждать не пришлось.

– Вакский патруль, у нашего корабля критически повреждена система жизнеобеспечения, – вышла в эфир Ар’алани. – Все наши корабли слишком далеко, чтобы оказать им помощь. Не могли бы вы направить какой-нибудь из своих?

– У нас нейтралитет, чисс, – ответили ей. – Мы не можем вмешиваться в вашу войну.

У Самакро дернулась губа. «В вашу войну?» Вообще-то чиссы защищают родную планету ваков. С чего это «их» война?

Я знаю и не спорю с этим, – сказала Ар’алани, явно не горя желанием вдаваться в политическую подоплеку происходящего. – Но, учитывая обстоятельства, вы же можете оказать им гуманитарную помощь?

– Хорошо, – без энтузиазма согласился вак. – Всем никардунским военным кораблям: два наших патруля направляются к чиссам для оказания гуманитарной помощи. Прошу не стрелять. Повторяю: прошу не стрелять.

– Подтверждаю его слова, – добавила в эфир адмирал. – Вакские корабли не принимают участия в бою, а только оказывают гуманитарную помощь. Настоятельно просим не стрелять по ним.

Впереди, чуть справа от носа «Реющего ястреба» снялись с места два вакских патрульных корабля, с намерением оказать помощь якобы терпящему бедствие.

– И что, мы так и будем притворяться мертвыми? – спросил Харилл. – Я как-то не наблюдаю у никардунов склонности любезно стоять в сторонке, пока мы приходим в себя.

– По-моему, Ар’алани что-то задумала…

В эту секунду небо перед ними озарилось: один из вакских кораблей со вспышкой разлетелся от попадания никардунского лазера.

– Никардуны! – выкрикнула Ар’алани. – Не стреляйте! Не стреляйте!

Можно было не утруждаться. Следующим залпом оказался уничтожен и второй патрульный корабль.

– Никардуны, у них же нейтралитет, – севшим голосом выдала адмирал.

– Может, и был нейтралитет, – с необычными интонациями произнес Харилл. – Но весь вышел.

Самакро сдвинул брови. Подчиненный был прав: повсюду вакские корабли, до этого старательно избегавшие зоны боевых действий, пришли в движение. Они слетались к линейному дредноуту группами по трое-четверо, без устали паля по нему ракетами и испещряя лазерными разрядами его электростатический барьер и обшивку.

– Вот чему нас научил сегодняшний день, – назидательно сказал Харилл. – Не надо так зацикливаться на одном враге, что даже не заметишь, как нажил себе другого. Возвращаемся в обычный режим?

– Нет, – ответил Самакро. – Ар’алани сказала, что мы на грани катастрофы. Будет некрасиво, если мы опровергнем ее слова.

– Да уж, вряд ли вакам согреет душу знание, что одна сторона их предала, а вторая ими манипулирует. Итак?..

– Будем сидеть смирно, – решил Самакро. – Постараемся не подставиться под удар и насладимся представлением.

– Что он задумал? – Йив с криком наклонился вперед и ударил Талиас по затылку. – Что он задумал?!

– Не знаю, – ответила она.

– Он приводит чисские корабли, чтобы напасть на нас, – прорычал генерал, пропустив ее слова мимо ушей. – Он промывает вакам мозги, чтобы настроить их против меня. Чего он хочет добиться? Какова его цель?

Снова склонившись к Талиас, он запустил руку ей в волосы, заставляя вывернуть голову и смотреть ему в лицо.

– Что он задумал?

– Я не… – Талиас съежилась под ударом, который был нацелен ей в щеку, но пришелся по уху, потому что она успела отвернуться. От такой оплеухи голову пронзила боль и на мгновение помутилось сознание.

– Генерал, прекратите, – раздался в динамике голос Трауна. – Я задумал поставить вас на место, что мне и удалось.

– Я могу прикончить вас, когда мне вздумается, – процедил Йив.

– Для этого нужно подойти на расстояние выстрела, а вы, как я вижу, не особо горите желанием это сделать.

– А вы что, так жаждете ускорить свою смерть? – рявкнул генерал. – Рулевой, прибавьте ход.

– Кажется, вы намеревались казнить меня на борту «Бессмертного».

– Вы сами пригласили меня, чтобы я пришел и взял, – выпалил никардун. – Определитесь уже.

– В конечном счете это не имеет значения, – сказал Траун. – Уже поздно. Вы слишком долго теряли здесь время, так что у ваков и ваших собственных подданных не осталось никаких сомнений, что вы не намерены принимать участия в боях над Праймиа. Если вы улетите сейчас, это будет расценено как попытка бегства от меня. Так или иначе ваша репутация необратимо пострадает.

– Только если найдутся свидетели, которые расскажут версию, отличную от моей.

– Надо же, мне в голову пришла схожая мысль. У вас остался только один вариант, как сохранить свое имя и положение. Как только вы подойдете на дистанцию захвата лучом, вы затянете мой корабль на борт. Я сойду с него, вы отпустите моих наперсниц, и они беспрепятственно улетят.

Йив презрительно фыркнул:

– Слишком долгий путь, чисс, а приведет он меня к тому же, чего я добивался изначально. Чем больше я думаю над этим, тем соблазнительней кажется мне мысль уничтожить вас на месте.

– Что насчет моих наперсниц?