Тимофей Царенко – Демоны кушают кашу (страница 13)
– … теперь надо разбежаться и перепрыгнуть ленточку, – услышал конец разговора Гринривер.
– Дядя Салех, а как ты её перепрыгнешь, она ведь нарисованная?
– В этом весь смысл! Смотри внимательно, – с этими словами Салех стремительно кинулся к стене. В полуторах шагах от неё он прыгнул и…
Восемь пудов низколетящего мужика, да со спецподготовкой – это серьёзно. Даже каменная стена ощутимо дрогнула. На штукатурке остались следы от сапога и протеза – не помогли и накладки.
Аврора рассмеялась. Громила рухнул на пол и громогласно присоединился к ней.
– Дядя Салех, а можно, я с тобой в ленточку играть не буду? Я лучше дяде Ричарду косички заплету!
– Но… – переодетый в новый пиджак Ричард попытался возразить.
– А может, его тоже попросим в ленточку поиграть? – прогудел Рей, всё ещё лежащий на полу.
– Ну, косички, так косички. Раз уж я обещал… Юная леди, где мне располагаться?
Довольная Аврора приступила к развлечению. Рей тем временем улёгся на диван и задремал. Впрочем, это не мешало ему оставаться настороже.
– Эники-бэники ели вареники! – девочка напевала песенку.
Веки Ричарда тяжелели, мысли шли медленно…
Песенка перестала напоминать детскую, и Ричард хотел было уточнить, что за странная считалочка, но…
Не смог пошевелить даже пальцем.
А ребёнок продолжал петь речитативом. Слова каменными глыбами падали на разум Гринривера, лишая воли… Острая боль прояснила сознание. Но подвижность к телу не вернулась. Даже веки поднять не выходило.
– Дядя Салех! Дядя Салех! Смотри, я закончила! – услышал Ричард голос Авроры.
– Ух, какая красота! Вот это я понимаю, мода! Ричард, тебе обязательно надо носить такую причёску почаще. Ричард, ты чего, заснул там?
– Нет, я дядю Ричарда заколдовала. И теперь он как принц. Спит. Но если я ему скажу, то он проснётся, и будет выполнять мою волю!
– Как интересно! – благодушно пробасил Ричард. – А давай он тоже через ленточку перепрыгнет.
– Ага! Дяденька Ричард, исполни мою волю! Убей себя об стену!
Ричард постарался пошевелиться, но…
– Дядя Салех, почему дядя Ричард не слушается? Я заплела ему волосики в большую чипу́ повиновения! Сплела его сны, его волю, его мысли и его память, и теперь он мой!
– Дядя Ричард ходит под божественным благословением. Его невозможно взять под контроль. Извини, Аврора, но, кажется, ты просто сломала дядю Ричарда, – расстроенно пробасил гигант.
– А у тебя есть запасной? Давай закажем в магазине? – судя по звукам, Аврора скакала вокруг и сыпала идеями.
– Может, этого починим? Как твоя чипа снимается?
– Чипу́! Она не снимается. Только смерть может разорвать оковы! – голос девочки снова устремился в басовый регистр.
– Так это без проблем! Ща, только заглянем…
Ричард почувствовал, как ему на лоб опустилась ладонь, и грубые пальцы разлепили веки.
– Ричард, ты меня слышишь? Пошевели глазами вверх и вниз, если слышишь.
Ричард уставился на душехранителя. Рядом стояла Аврора, с любопытством взирая на паралитика. Благо, хоть глаза ему повиновались.
– Так, значит, я тебя сейчас укокошу…
Ричард стал отчаянно вращать глазами. А потом, стремительно выудив из памяти световой шифр, начал чередовать вертикальное и горизонтальное движение глазами.
Рей вгляделся, кивнул…
– Пэ… И… Дэ… О… О, я понял! Ричард говорит нам, что нельзя проливать кровь. Да, Ричард?
«Нет» ответил тот глазами.
– А что тебе дяденька Ричард говорит? – уточнил ребёнок, поняв, что компаньоны как-то общаются.
– Он говорит, что нельзя проливать кровь. Иначе набегут твои демоны, и будут тут шкодить. Ну, я могу его придушить… Кстати, а эта твоя чопа будет работать, если в мёртвое тело кто-то вселится? – задумался Салех.
– Чипу́! Ты чего такой глупенький, запомнить не можешь? Конечно, будет! Чипу́ связывает суть, и тело все равно будет мне повиноваться!
– Так… Тогда надо придумать, как его заставить заново выращивать тело. Взрывчатка? Так надо тогда вытащить из дома… – громила был задумчив, но нисколечко не обеспокоен.
– Дядя Салех, а давай его лучше сожжём? В печке, на кухне? – с энтузиазмом предложила Аврора.
– О, а это просто отличная идея! Мы прям с тобой большие молодцы!
Ричард, безусловно, мог много чего сказать на этот счёт, но его все проигнорировали. Так что графёныш лишь бессильно вращал глазами под закрытыми веками.
Салех перехватил нанимателя за поясницу и закинул на плечо. Скрипнула дверь. Ричард болтался, слюна текла из безвольно приоткрытого рта, капая на пол. Молодой человек сочинял речь. Что характерно, цензурную.
– О, это вы куда собрались? – раздался голос Морцеха.
– Папа, папа, мы с дядей Салехом играем! Сначала мы нарисовали ленточку, и дядя Салех через неё прыгал. Потом я заплела чипу́ подчинения. Но дядю Ричарда благословил какой-то вредный бог, и дядя Ричард уснул, как волшебный принц, и теперь мы будем играть в Тофет, и сожжём его в мою славу! Не хочу его целовать! – затараторила Аврора.
– Мистер Салех? – Морцех грустно вздохнул.
– Ну, он оживёт…
– А сейчас он мёртв?
– Жив, но в кататоническом ступоре. Глазами шевелит, ругается, но больше ничего не контролирует. На него эта… Чопа не сработала. Скрутила, но мозги на месте. Но… Ща мы его спалим, будет как новенький, – смутился громила.
– Мистер Салех, а откуда мысль, что надо обязательно мистера Ричарда жечь? И вообще, с чего вы взяли что смерть – это выход?
Спрашивая Рея, маркиз внимательно глядел на дочь. Девочка попыталась спрятаться за ногой Салеха, но безуспешно.
– Папочка, я больше не буду, не надо на меня так смотреть, пожалуйста! – в голосе Авроры прорезались слёзы.
– Несите Гринривера на кухню. Только печь разжигайте на обычный режим. Не надо беднягу мучить. Я сейчас принесу ножницы… – ещё раз тяжело вздохнул Морцех.
Через десять минут усаженный на табурет и придерживаемый Салехом Ричард подвергся принудительной стрижке. Когда сплетённые волосы вспыхнули жарким пламенем в недрах печи, заклятие спало.
Ричард вскочил на ноги, вытирая ладонью рот. Но наткнулся взглядом на ссутулившегося Морцеха – и первый же слог заготовленной речи сделался кляпом. Графёныш молча плюхнулся обратно на табурет.
– Джентльмены, я должен принести свои извинения. Я слишком мало общаюсь с людьми… – голос маркиза был полон раскаяния. – И иногда забываю, что не все умеют различать правду и ложь. Аврора ещё ребёнок, и очень часто голоса в её голове находят нужные слова. И она не понимает, что делает. Дочка, скажи, ты ведь обманула дядю Салеха, чтобы показать ему, какая ты сильная? И что нет ничего зазорного, чтобы такой сильный и безжалостный воин склонил пред тобой колени?
– Да… Он со мной говорит, как с маленькой девочкой, а я уже большая! Мне повинуется бездна, и она взывает ко мне! – хныкающий голос опять сменился глубоким.
– А зачем ты заплела чипу́ дяде Ричарду?
– Важничает много! И красивый, как куколка, я бы с ним играть могла, – ответила Аврора.
– Так дядя Ричард и так будет играть с тобой. Сколько захочешь! – Морцех продолжал воспитательный процесс.
– Нет, он меня не любит! – ответила девочка удивительно серьёзно, хоть и обычным голосом.
– Дядя Ричард никого не любит, – ответил Рей, опускаясь перед Авророй на колени. Этот приём при общении с детьми ему показал дрессировщик на псарне. Правда, он касался собак, но Рей особо не вникал. Ричард был не единственным, к кому бывший лейтенант обратился за советом. – И дядю Ричарда тоже никто не любит.