Тимофей Сергейцев – ANTE BELLUM. Стихи (страница 2)
на прекрасной жестокой Земле.
Урожай
Август полон яблок, мёда,
дынь, арбузов, апельсинов,
нежных персиков, инжира
и чего-там ещё.
Здесь кончается свобода.
И отец, прощая сына,
вдруг утратил тяжесть мира,
весел и слегка смущён.
Август – время тренировок
перелётных птиц отважных,
не орлов, не наглых чаек,
но стремительных, как нож.
Сын его и смел, и ловок,
чужд торговых дел бумажных,
не закрутишь больше гаек,
не исправишь, ну и что ж…
Корабли ушли. И пусто.
Онемело тело жатвы,
сена, ягод винограда.
Самогонный никнет дым.
Сын – поэт, он любит чувство.
Не вернётся, не даст клятвы.
В небе все его награды.
Вечно будет молодым.
По деревне ходят враки,
духи спирта и аниса,
новостями вертят ловко —
как хвостами у коров.
Сын истерзан в пьяной драке,
в исступленьи Диониса.
И поможет только слово.
Только рифма. Только кровь.
Хлопнув стопку зивании,
старый дед бредёт сквозь море.
Не накатит, не наступит
злое бремя сентября.
Пусть утешится Мария.
Пусть ощиплет это горе.
Сварит и утопит в супе.
Зря, сынок мой милый, зря…
Над полем
Над полем, распаханным жаждою хлеба,
Над морем, взволнованным жаждою неба,
Над городом, ждущим паденья небес,
Над скалами, где обрывается лес,
Есть древний, проверенный ангелом путь.
Он ветром в твою упирается грудь.
Он выписан светом на звёздном узоре.
Пока ты работаешь в этом дозоре,
Ты с лёгкостью будешь его находить —
По судьбам людей путеводную нить.
Вот только когда ты захочешь уйти,
Придётся забыть о надёжном пути.
Идя по просёлочной пыльной дороге,
Поймёшь, что отпущено очень немного
Нам времени на поднебесной земле,
А чей-то запас – вообще на нуле.
Примерив пропорции ангельских лоций
К запутанным тропам звериных эмоций,
Внезапно почувствуешь, словно ожог:
Удел человека – разбег и прыжок.
Песни нового века
Утренник
