Тимофей Печёрин – Замок одержимого (СИ) (страница 9)

На сей раз навстречу скелету выступил сэр Андерс. Меч был при нем — с ним рыцарь-изгнанник не пожелал расстаться даже за столом. А еще происходящее начало казаться ему интересным. Не менее интересным, чем охота. Точнее, погоня за одиноким зверем целой оравы всадников и своры собак… в старые добрые времена.

В отличие от своего поверженного собрата, второй скелет даже попытался своим оружием воспользоваться. Другое дело, что рыцарь из рода Веллесхайм отбил его неуклюжий, можно сказать, слепой выпад играючи. А уже в следующее мгновение атаковал сам.

Раз — и клинок Андерса, разрубил надвое костлявую руку, сжимавшую старый меч. Два — и та же судьба постигла ногу скелета, отчего тот повалился на землю. И три: разрубая шейные позвонки, меч бродячего рыцаря отделил от скелета ухмыляющийся череп. После чего сам Андерс пинком отбросил черепушку прочь на несколько шагов.

— Прекрасно! — мастер Бренн не пожалел похвалы и для него, — как любят говорить схоласты: что и требовалось доказать. Тем не менее, некоторые озлобленные, властолюбивые, но не блещущие умом колдуны время от времени пытаются сколотить из скелетов войско. К счастью для нас, они очень быстро разочаровываются. Мы все видели сейчас, сколь боеспособны эти создания… поодиночке. Хотя, если их много, определенный урон противнику они могут причинить. Особенно при значительном численном превосходстве.

Едва Бренн договорил последнюю фразу, как новые скелеты двинулись на Сиградда, Равенну, Освальда и сэра Андерса. Целая толпа! Некоторые не имели оружия, на большинство несли, кто меч, кто дубину, кто кривую саблю родом из жарких стран.

Клинок сэра Андерса обезоружил одного скелета, второго. Ржавый меч и сабля, тоже далеко не новая, упали на землю, вместе со сжимавшими ее руками. Но толпа не останавливалась, вынуждая рыцаря отступать. И постепенно окружала живых.

— Та-а-ак-с, обстановка накаляется, — пробормотал Освальд, растерянно озираясь, — надеюсь, мне дадут, чем защищаться?

— Ты вор, — в ответ напомнил ему мастер Бренн, — был вором, по крайней мере. Надеюсь, ты не забыл о своих умениях, без которых вору не выжить? Их и используй.

Освальд не забыл. О, бывший вор прекрасно помнил, о каких именно умениях идет речь. Точнее, даже о правилах жизни. Правило первое: если тебе чего-то не хватает, надо это «чего-то» у кого-нибудь взять. И не беда, если тот будет против. Правило второе: в оружие можно превратить все. Почти все, что подвернулось под руку.

На ходу вспомнив эти немудрящие истины, Освальд рванулся к ближайшему из скелетов. Ухватил его за ноги, опрокидывая, увлекая за собой на землю. А уже миг спустя вскочил на ноги. И одной ногой наступил на руку скелета, сжимавшую кривую саблю — вору та заранее приглянулась своей непривычной формой.

Нажал посильнее. Нога вора вдавила запястье скелета, ломая тонкие кости. Вторая рука потянулась было к Освальду, но тот отбил это движение пинком. В результате еле устоял на ногах, но цель была достигнута: костлявая рука саблю больше не удерживала.

Подхватив оружие, Освальд бросился в атаку, размашистыми движениями рубя скелеты на своем пути. Мимо пролетел огненный шар — это в игру вступила волшба Равенны. Врезавшись в одного из скелетов, шар взорвался, оставляя после себя груду обгоревших костей.

Но уже в следующий миг колдунья испуганно закричала: один из костлявых противников подобрался к ней слишком близко.

— Так не пойдет, — теперь голос Бренна прозвучал строго, даже сердито, — сколь бы вы ни были сильны, а поодиночке с войском не сладить. Даже если воины давно мертвы. Вам нужно действовать как команда. Совместно. Оберегая… прикрывая друг друга, но особенно заклинателя. Не имея оружия, кроме своих чар, и не нося доспехов, заклинатель в бою наиболее уязвим. А в ближнем бою почти беззащитен.

Тактика, которой затем, не сговариваясь, решили придерживаться начинающие бойцы с нечистью, была проста… и единственно возможна при имевшемся раскладе. Встав спинами один к другому и обступив Равенну, Сиградд, Освальд и сэр Андерс не давали скелетам приблизиться к колдунье. Секирой, мечом и саблей отбивая каждую попытку наступления.

Оружие разило костлявых горе-вояк одного за другим. Держа толпу на расстоянии, а главное — постепенно сокращая ее численность. Пока сборище ходячих костей не превратилось в груду костей простых, неподвижных.

— Превосходно! — воскликнул мастер Бренн.

После чего добавил не без грусти:

— Ах, если бы только ряды наших новых врагов ограничивались одними скелетами…

Как ответ на его сожаление, по бурой бесплодной земле зашагала к Сиградду, сэру Андерсу, Освальду и Равенне новая фигура. Еще более схожая с человеком, чем давешние скелеты. Вернее, это и был человек… только давно умерший. От одежды остались лохмотья, кожа частью облезла, волос не осталось вовсе, а на лице чернели два круглых провала глазниц. Довершал картину запах — неподражаемый дух разложения. Да такой сильный, что иная свалка на заднем дворе какой-нибудь забегаловки рядом с ним едва ли даже была бы заметна.

— Ходячий труп, мертвяк, умертвие или навь, — представил гниющего уродца мастер Бренн, — люди успели придумать много слов для обозначения… данного явления. Оттого, наверное, что это наиболее распространенная разновидность нежити. Так что в предстоящей битве за замок Веллесхайм вы, скорее всего, столкнетесь именно с ними.

Сиградд шагнул мертвяку навстречу, вскидывая секиру. Но оклик мастера Бренна остановил его:

— Не так! Мало того, что ходячие трупы покрепче скелетов будут — плоть-то их окоченела, стала твердой как дерево. С одного удара не разбить. Так, вдобавок, труп ходячий, как и всякий другой труп, является носителем опасных болезней. Причем временами является даже в большей степени. Потому что злокозненные колдуны, поднявшие их, могут заражать мертвяков нарочно. Посредством особых зелий и чар. Про трупный яд я вообще молчу.

Так или иначе, в схватке с умертвием достаточно маленькой ранки, чтобы умелый и могучий боец превратился в смертельно больное, обреченное существо.

— И что тогда делать? — недоуменно и не без недовольства вопрошал сэр Андерс.

— Держаться от них подальше, разумеется, — в голосе Бренна почувствовалась легкая усмешка, — по возможности держаться. И постараться сразить мертвяка на расстоянии…

Не дослушав последнюю фразу, Равенна вскинула руку. И из ее ладони навстречу приближающемуся мертвяку хлынула струя огня. Мгновение — и огонь объял ходячий труп, охватил его, превращая в огромный факел. Запахло паленым.

— …волшбой, например, — докончил фразу-наставление мастер Бренн, — и вот еще что… забыл сказать. Иногда человеческими трупами в качестве временных вместилищ пользуются низшие демоны. Те, у кого не хватает силенок воплотиться в мире живых самостоятельно. Или зацапать живого человека.

Узнать такой труп-вместилище и отличить от обычного мертвяка несложно. Их глазницы не пустые: в них такое свечение яркое — оранжевое как огонь или ярко-красное, словно свежая кровь. Еще один отличительный признак: вместилище не ковыляет так понуро и нарочито медленно, будто смертник на пути к виселице. Напротив, его движения резкие и дерганные. Это потому, что демону в нем… неудобно. Неудобно, как человеку в одежде не по размеру.

— А сражаться с этими… вместилищами — так же? — поинтересовалась Равенна.

— Сражаться — да, но вот побеждать намного труднее. Потому что демон и сам в ответ может огнем плюнуть или еще что-нибудь такое подобное выкинуть. И оказаться посильнее схватившегося с ним волшебника. Ведь оба пользуются силами, чуждыми нашему миру — миру вещей, плоти и прочих твердых предметов. Вот только демону пользоваться этой силой более естественно. Как естественно рыбе дышать под водой. В отличие от человека-ныряльщика.

— Слово Всевышнего, — напомнил сэр Андерс. И здесь мастер Бренн с ним согласился. Неожиданно для остальных.

— Да, против такого рода нечисти призвать помощь Всевышнего — наиболее действенно, — были его слова, — но только при условии, что ваша вера достаточно крепка. В противном случае можно лишь потерять время. Так что тем, кто не уверен в крепости своей веры, я подскажу простой способ остановить демона. Обвести его магическим кругом… или себя, на худой конец. Ну да ладно, мы отвлеклись.

Новые мертвяки показались поблизости — целых восемь. Причем в руках у пяти из них были зажаты толстые суковатые палки.

— Как я уже говорил, — рассуждал вслух мастер Бренн, — с умертвиями лучше до ближнего боя не доводить. Но бывает, что избежать оного невозможно. Трудно удержать на расстоянии противника, имеющего кратное численное превосходство. Но вот принять меры предосторожности, чтобы не занести в себя заразу или не отравиться — можно.

— Доспехи нужны, — последовала реплика сэра Андерса, который явно оживился, — кольчуга хотя бы.

— Полумеры, — небрежно бросил Бренн, — лучше оглянитесь-ка. И посмотрите, что у вас за спиной.

Обернувшись как один, четверо его подопечных обнаружили небольшой не то столик, не то каменный постамент. Посреди пустой равнины смотревшийся почти так же странно, как грязная брань из уст ребенка трех лет отроду.

На постаменте стояла глиняная бутыль.

— Ну-ну, — хмыкнул Освальд, первым заметивший ее, — я всегда знал, что выпивка — лучшее лекарство. И вообще лучшее средство от всех бед. Пр-розит!