Тимофей Кулабухов – Тактик 13 (страница 46)
Говорят, что под Парижем двести восемьдесят километров туннелей и катакомб и их начали «рыть» ещё римляне. Римляне вообще много туннелей проложили, нравилось им это дело.
Наши пара километров Парижу в подмётки не годились, но мы не гнались за славой, мне больше нравился тот факт, что про катакомбы Порт-Арми были мало кому известны. А значит, про них не знали и шпионы.
То обстоятельство, что пиратам как обитателям морей и всякого рода волн, лес — стихия совершенно чужая, было мне только на руку.
И вот, утром, пока вражеские полки выстраивались на штурм города, в лесу, который был уже никому не интересен, показались сразу три полка и четыре эльфийских разведывательных роты.
Эльфы определили, что полкам можно «выходить» на позицию, потому что про лес враги позабыли, не до того им было, в ходе боя.
И после синхронного удара по вражескому штабу настало время бить в спину.
Командовал ими Ройнгард. Но Ройнгард, при всём уважении, годился как хороший исполнитель, для того чтобы их вывести из леса и выстроить, а не командовать в сложной тактической обстановке.
Я упёрся в этот факт ещё на стадии планирования этого сражения в тот вечер, когда получил сообщение о взятии Газлева.
Мурранг, Хрегонн были мне нужны и занимались махиной артиллерии. Новак держал стену, Гришейк за общую стратегию не отвечал. Хайцгруг сейчас «выдыхает», после критически важного рейда, как и Лиандир (хотя он у меня не универсал, умеет только своей ротой). Марк бы тоже не вывез.
В общем, в этой ситуации юнитом, который должен был бы «вывозить» являлся я.
Ластрион нацепил на меня браслет, покрутил как при примерке.
— Я готов Вас перебросить. Расстояние маленькое, никакие блокировки не помогут.
— Валяй…
Вообще-то, телепортация у него, что называется, застопорилась, сработала защита богини Анаи, но она дала мне возможность согласиться на перемещение или отказаться от него.
Я дал согласие и через секунду чуть не упал, оказавшись около рядов своей пехоты.
Ближайшие бойцы скосили на меня глаза.
Вообще, сейчас они выглядели странно. В паре километров от нас находился город, а пространство между нами и стенами города заполняли вражеские полки.
Если присмотреться, то вели они себя как минимум по-разному. Несколько полков возложив хрен на остальных, героически драпали к реке, где всё ещё находились наведённые переправы.
Некоторые полки безумно рвались погибнуть на стене от клинков бойцов Гришейка и Новака, большинство пребывали в хаосе и откровенной панике.
Я постоял, прикидывая действия своих трёх усиленных полков.
Вообще, если считать по цифрам, то дела мои изначально были плохи, моих неполные десять тысяч бойцов (за минусом «десанта»), плюс кривые-косые шесть тысяч ополченцев. И это против сорока тысяч островной пехоты! Выходить против них в чистом поле казалось самоубийством.
Но! В моменте они потеряли самых горячих на стене, часть при обстреле катапультами и атакой магами, часть погибли при ударе по тылам, некоторые погибли при подрыве «минного поля», плюсом у них погиб или пропал командующий-король.
Сами войска были охвачены паникой, однако, если они выйдут из боя, их всё ещё чрезвычайно дохрена. Может быть тридцать тысяч, может меньше, но всё ещё больше, чем есть у меня.
И выводить свои полки против вдесятеро превосходящего противника было суицидальным поведением. Но! Армия королевства Кольдер состояла из нескольких сотен кланов, которые были согнаны волей Фрея в полки. Именно этим объяснялось столь разное поведение разных полков. И это вообще ключевое — не существует никакого единого союза островных кланов. Это видимость, которую сначала немного развеяло ударной волной взрыва загутай-камня, а затем и вовсе сдуло прицельным ударом магических огненных плетей под руководством Фомира.
Прикинув расстановку сил, я двинул полки по правому, если смотреть со стены (для нас, поскольку мы были на другой стороне поля, это был правый) флангу.
Никаких диких криков, никакой берсеркерской ярости. Только синхронный стук тысяч кованых сапог и тусклый блеск опущенных копий. Наковальней служила стена. Молот только что начал свое движение вперёд.
Последующая бойня стала образцом системной, промышленной зачистки. Ветераны Штатгаля врезались в дезорганизованную, паникующую толпу. Щитовики Газарии просто пёрли вперёд, методично работая копьями и переступая через упавших. Если строй размыкался, его смыкали. Мы никуда не торопились.
Враг несколько раз попытался огрызаться по стене огненной магией, явно «вручную», силами магов врага, однако без дармовой энергии Вулкана, всё, что они выдали — это два десятка выстрелов. По эффективности как выстрелы из ручных РПГ против залпов артиллерии целого города. Которая лупит по тебе навесным — камнями и бочками с зажигательной смесью, стрелами и болтами по стены и по всей глубине поля — магией, потому что к этому сражению Ластрион и Фомир раскрыли все свои запасы.
Противник лишился магии, флота и командования. Теперь пираты теряли свои жизни в промышленных масштабах.
Когда полки, который уступали численно, но были построены и действовали грамотно и системно, двинулись на поле, враги побежали.
И география, то есть куда бежать, была простой.
Если смотреть со стены, то взгляд будет направлен на северо-восток или север. Швырица была слева (запад) и подходила к самым границам города, протекая по его окраине и впадая в бухту.
Газлев-порт, откуда пираты припёрлись, был тоже на западе, то есть справа, но в нескольких десятках миль, всё же он был ни разу не «ближним».
Справа, то есть если двигаться на юго-восток, было сравнительно пустое пространство, брошенный на время сражения пригород, кое-где поля, дорога, ведущая вдоль побережья к восточным городкам и поселениям.
Но спасительный Газлев (и это сейчас понимал каждый пират) находился на западе, для того, чтобы бежать в ту сторону, достаточно было пересечь Швырицу, ленивую в этом течении мутную реку с болотистыми берегами.
Чтобы ещё больше упростить муки выбора, я развернул три полка Штатгаля так, чтобы они двигались на центр со стороны востока, вытесняя их в направлении Газлева.
В Газарии, кстати, не больно-то спрячешься, пустоши, степи, равнины.
В общем, паникующая армия сделала логичный и закономерный выбор, начав бежать в сторону Швырицы.
И я не просто так дал команду Фомиру снести переправы.
К сожалению, долбаные переправы были защищены магией, так что Фомиру потребовалось какое-то время, пока мы вырубали бегущих на поле боя. Кстати, тут я шагал в общем стою, хотя и не в первой шеренге, координируя и даже притормаживая свои полки от того, чтобы радостно кинуться добивать вражеские кланы.
Нет уж, радость должна сегодня тоже побыть в узде, а то неровен час, какие-нибудь орочьи кланы покажут, что не боятся и драться не разучились.
Коробки вытесняли паникующие порядки противника на запад, к реке, либо же они зачем-то бежали к стене, откуда их обстреливали.
Швырица тоже обманчиво-спокойная река. Когда ты в броне, да в пылу боя, ты ещё попробуй пробеги по илистому берегу, а потом проплыви сто пятьдесят метров вплавь.
Одна из переправ сапёров Фрея, защищённая магической защитой, которую из последних сил держали вражеские маги, никак не давалась, и враг ей пользовался для бегства. Однако там тут же возникла давка, переправа была узкой, не больше полутора метров в ширину и возле этой переправы в реку отправилось бесчисленное количество паникующих, расталкивающих друг друга бойцов.
То там, то тут вспыхивали стычки, кланы убивали представителей друг друга за косой взгляд, за старые обиды, по мотивам кровной мести… Или просто потому, что те мешали им пробиваться с боем к единственной переправе, которую в итоге перешли единицы.
И то, что три полка били по тылам, с математической точки зрения было скорее более скромным показателем, чем гибель пиратов на стене, от подрыва и от старой доброй реки Швырица.
Цифры наконец-то складывались в нашу пользу.
Внимание мгновенно сместилось на тылы рушащегося вражеского строя. Локальная воронка искажения скручивала воздух прямо около реки. Это совершенно не походило на нестабильную, грязную магию нашей портальной сети. Кто-то активировал высокоуровневый, одноразовый артефакт, выжигая его матрицу ради создания мгновенной дыры в реальности.