Тимофей Кулабухов – Тактик 11 (страница 43)

Вообще-то мой телохранитель здорово напрягся, потому что герцог Эссин не какой-то там безобидный увалень, это чертов рыцарь и машина смерти, к тому же вооружённый и в доспехе.

В глазах орка читалось недоверие ко всему людскому роду и опасение, что Эссин попытается меня прикончить, даже понимая, что его за такие шуточки тут же нарежут мелкими ломтями.

Однако я не думал, что Эссин настолько коварен.

— Рад видеть, что первая часть нашей… сделки прошла успешно, — негромко сказал герцог. Его голос был спокойным, но я слышал в нём нотки металла. Слова эти предназначались только для моих ушей. Так же, как он не доверял своему войску (ну, может быть, кроме седобородого воина, которого я видел), он не доверял и моим бойцам.

Впрочем, они тоже не до конца знали план и не были осведомлены о договорённости, хотя Новак, кажется, обо всём догадался.

— Ваши актёры сыграли неубедительно, — заметил я. — Слишком быстро побежали.

Он позволил себе слабую улыбку:

— Я обещал Вам паническое бегство, я его обеспечил. Они не играли. Главное, что это не превратилось в постановочный бой с настоящими смертями. Мои люди — не актёры. Они просто хотели жить и я рад, что дал им это.

— Теперь, когда мы остались одни, герцог, я готов принять Вашу капитуляцию, — я протянул вперёд руку.

Рыцарь, сдаваясь, должен был отдать меч. Такова традиция и у меня в коллекции было уже несколько мечей, в том числе одного из телохранителей Назира. Уверен, что тот хмырь до сих пор мечтает меня удавить или прирезать.

Грегорио кивнул. Он двигался с усталой грацией человека, привыкшего к доспехам. Движения были выверенными, лишёнными суеты. Он расстегнул пояс, на котором висели ножны с мечом, и протянул его мне прямо с ножнами

— Герцог Эссин, командующий обороной Ойдона и южного крыла армии Бруосакса, сдаётся на милость победителя, — произнёс он ровным голосом.

Это была формальная часть ритуала, хотя у неё и не доставало свидетелей, потому что мои бойцы стояли слишком далеко, чтобы услышать её.

Я принял из его рук пояс с мечом, чувствуя его тяжесть. Ножны были из простой, но качественной кожи, рукоять меча — функциональная, без изысков. А вот сталь — голубоватая, гномья, клинок выкован на заказ и под конкретную руку.

Оружие воина, а не придворного щеголя.

— Я принимаю Вашу капитуляцию, — ответил я, перекидывая пояс через сгиб руки.

Он кивнул, принимая мои условия. Затем он вынул из земли древко знамени с тяжёлым шёлковым полотнищем, украшенным гербом его рода. Он осторожно свернул его и протянул мне.

— Это тоже Ваше.

Я взял знамя. Это был второй символ его поражения.

— А теперь, когда с формальностями покончено, — сказал я, и мой голос стал тише, — предлагаю пройти в город Кейкан. Не самый шикарный городишко, но уж какой есть.

Герцог с достоинством кивнул.

Глава 22

Интриги сложнее сражений

При помощи Роя я связался с нашей лёгкой конницей, которая тоже пребывала в состоянии постоянной готовности к бою и велел найти для герцога коня.

Так что уже через четверть часа мы с ним въехали в город и проделали это в полном молчании. Иртык семенил позади, конница ушла вперёд, а полки умарцев расступились, создавая для нас коридор.

Глядя на наши построения и численность, герцог время от времени вздыхал, однако сохранял подобие невозмутимого вида.

Он уже сталкивался с умарцами, получал чертей от Штатгаля и в опыте своём пришёл к весьма неплохому решению — попасть в плен.

Я повернулся к Грегорио:

— Вы будете размещены в гостевых покоях ратуши. Есть ли необходимость оборудовать их решётками?

— Нет, — буркнул герцог. — Если бы я хотел сбежать, бежал бы с поля боя.

Мы проезжали по центральной улице, местные жители, которых по случаю подготовки к сражению загнали по домам, смотрели на нас из окон с любопытством и страхом. Какой-то пацан показал пальцем на герцога Эссина.

— Хорошо, — мы оба видели жест пацана и оба не придали этому большого сражения. Мальчик свидетель исторических событий. Свидетелем всегда быть проще и безопаснее, чем участником.

— Я человек аскетичный, — сказал я Эссина. — У меня будут примерно такие же условия и жить я буду по соседству.

— А как же особняки?

— Особняки для вельмож, сэр Грегорио.

— А надолго Вы… Вы и я в этом славном городишке?

— Пёс его знает.

Мы подъехали к ратуше, я спешился и подал поводья пехотинцу из роты Зойда.

— У Вас будет парочка персональных охранников-конвоиров, но в целом условия достойные…

Я на некоторое время замолчал, активировал Рой и проконтролировал, чтобы все занялись делом.

Полки рассредоточились, собирали трофеи, разведка прочесала окрестные леса, со стены снимались большая часть войск, умарцы могли возвращаться обратно. Словом — рутина.

— Я распоряжусь, чтобы Вам принесли еды, — сказал я Грегорио. — Нам предстоит долгий разговор.

Мы вошли в ратушу и поднялись на второй этаж. Я открыл дверь в свой кабинет, бывшую приёмную мэра, и жестом пригласил Грегорио войти.

Герцог вошёл и с интересом осмотрелся. Обстановка была спартанской. Большой стол, заваленный картами и донесениями. Несколько простых стульев. Шкаф с книгами и свитками. Никаких трофеев или предметов роскоши. Это был не штаб завоевателя, а рабочий кабинет аналитика.

— Присаживайтесь, — сказал я, указывая на стул напротив моего.

Он сел, положив руки на колени. Его спина оставалась прямой, поза была расслабленной, но полной внутреннего контроля. Он ждал.

Я подошёл к небольшому столику в углу, где стояло несколько бутылок вина и пара кубков. Я взял бутылку дорогого красного вина, которое мы захватили в подвалах этой самой ратуши, и наполнил оба кубка.

Я поставил один кубок перед Грегорио, а второй взял себе. Он молча наблюдал за моими действиями, его лицо оставалось непроницаемым. Он понимал, что ритуал капитуляции на поле был лишь видимой всем частью событий.

Я сделал небольшой глоток. Вино было терпким, с нотками ягод и дуба. Оно приятно согревало изнутри.

— Неплохое вино для провинциального городка, — заметил я, скорее, чтобы нарушить молчание, чем для начала разговора.

— Мэр Кейкана ценил хорошие вещи, — ровным голосом ответил Грегорио. — Больше, чем благоустройство вверенной ему земли.

Его ответ был точным и многослойным. Он показал, что понимает циничную природу власти в этом мире.

Я поставил кубок на стол. Звук гулко отозвался в наступившей тишине.

— Я ценю умных игроков, герцог. Ваша комбинация была рискованной, но элегантной. Вы сохранили своих людей и своё имя. Вы всё верно рассчитали, я никого не пытаю и не измываюсь, а большую часть пленных так или иначе распустил, если не сказать, что разогнал.

— Вам не нужны были деньги за их жизнь и свободу. А я не хотел погибать во имя короля.

— А Вейран — хороший король?

— Насколько любой король вообще может быть хорошим? Много лет клан короля был всего лишь первым среди равных. То есть, он монарх, спору нет, но герцоги собирали налоги в свой карман, министры приворовывали, да и назначались они тоже из семей герцогов и графов, таких министров не погоняешь, как и генералов.

— Кумовство и кланы.

— Да. Сотни и сотни лет традиций. Но отец Вейрана сделал две очень важные вещи. Первое, что он сделал…

Эссин замолк, потому что солдат из роты Зойда принёс нам две миски каши. Герцог снова заговорил, только когда солдат вышел из кабинета.

Пока дверь была полуоткрыта, Эссин увидел, что в коридоре, на стульях сидят Иртык, мой телохранитель и ещё парочка мордоворотов — его «конвоиров».

— Каша?

— Вы брезгуете? Скажите, я попрошу приготовить для Вас что-то на заказ.

— Пожалуй, что нет. Выглядит весьма аппетитно. До меня доходили слухи, что Вы едите буквально из того же котла что и остальные солдаты?

— Щи да каша — пища наша… Да, это правда. Какое-то время я буквально приучал себя к такому питанию, чтобы упростить жизнь в походе. Так что там отец Вейрана?

— Вейран — это династия Анхальтов. Клан. Отец Вейрана, Глоссон Носатый, как и прочие Анхальды, был в состоянии перманентной борьбы с некоторыми кланами, которые тоже претендовали на престол. Но он имел мудрость прислушиваться к своей супруге, из обедневшего, но весьма достойного рода, а она предложила Глоссону не воевать бесконечно внутри Бруосакса, а напротив, договориться с кланами.