Тимофей Иванов – Между водой и камнем (страница 42)

Из пола в ночной тишине выскочили корни, начавшие оплетать вторженцев. Двое из них пытались бороться с ними сталью, но третий схватился за амулет на шее и гибкие лозы ослабли сами собой. Рассеивание магии? Отец Шарп мне рассказывал о таких игрушках. Церковь Света подобными не пользовалась, жрецы и паладины могли сделать всё гораздо лучше без всяких костылей. Но вот частным работникам меча или кинжала приходилось выкручиваться, если они решили сходить на мага. К тому же такие цацки были весьма редкими. Какой волшебник добровольно будет лепить оружие против себя самого? К тому же оному магу для начала нужно вообще научится создавать нечто такое и это опять же требует мотивации. Можно… А зачем?

Как бы то ни было, киллер видел проблемы своих подельников, но помогать им не спешил, просто встал рядом, ослабляя мои лозы узким полем амулета. Рубить их кинжалом, перестав контролировать окружение, было бы ошибкой. Двое других тоже зыркали по сторонам, продолжая выпутываться из всё ещё активных силков. И взгляды всей троицы постепенно сходились на моём тёмном углу. Видимо нужно было выбрать не самое удачное место, оно слишком очевидно. Впрочем и ошибку можно обернуть себе на пользу. Как там было, скажите «Сыр», сейчас отсюда вылетит птичка? Я приготовился к прыжку, закрыл глаза и заставил кристалл в навершии посоха засветиться, как солнце.

Эффекта магниевой вспышки мне добиться не удалось, но привыкшим к темноте глазам незваных гостей хватило. Однако прыгал в сторону я не зря, в стену, перед которой секунду назад была моя нежная тушка, с глухим стуком вонзилось три кинжала. Обладатель амулета достал из складок одежды мелкого торгаша ещё один острый инструмент и рванул на меня, явно ориентируясь на звук приземления, а потом сместился в сторону и крикнул:

— Мы вернём эту шлюху, Немот!

Видимо в этот момент я должен был возмутиться, сказать что меня вообще-то Рэзор зовут, Исандель честная девушка и они вошли не в ту дверь. А потом получить два брошенных на мой голос кинжала, которые уже достали «недоплетённые». Но нас на такой мякине не проведёшь. Я скользнул влево и от души вдарил посохом по запястью киллера. Кости хрустнули и его оружие выпало на пол. Однако враг не растерялся и попытался навалиться на меня. Если бы он мог меня нормально видеть или мои шаги не были по кошачьему мягкими, у него вероятно всё бы получилось. Но ситуация была другой, я сместился уже слишком далеко и он поймал только моё плечо. Дистанция для боя посохом была слишком мала и я использовал нож, пока эта быстрая и ловкая скотина ещё откуда-нибудь не достала третий кинжал. Лезвие моего оружия ударило его под подбородок, мгновенно убив. Минус один. Теперь осталось допеленать двух других киллеров и можно будет их аккуратно расспросить, узнав, откуда они такие красивые взялись…

Стоило мне об этом подумать и влить больше энергии в корни, как оба убивца полезли запазуху. Обездвижить одного я успел, а вот второго нет. Он вытащил небольшой бутылёк с зельем и ловким движением пальца сдвинул крышку, после чего зажмурился и разжал ладонь. Мой инстинкт самосохранения в этот момент взвыл дурным голосом, требуя свалить отсюда как можно дальше.

Я прыгнул ласточкой в захлопнутую дверь спальни, падая на пол и сосредотачивая всю энергию на щите. Мгновением позже в гостиной прогремел взрыв и над моей головой пронеслось пламя. Ещё спустя пол стука сердца два новых взрыва слились в один, похоже произошли вторичные детонации зельев остальных ассасинов. Я быстро оказался у кровати, схватил Исандель за руку и буквально выдернул её из укрытия, укрывая нас обоих щитом. А потом поднял на руки и выбежал с живой ношей из дома, лишь на свежем воздухе спросив:

— Жива, не обожглась?

— Нет — проговорила она, смотря на меня круглыми глазами — Вроде бы нет.

— Ну слава Матери Природе — отозвался я, после чего снял свою мантию и одел на девушку. На пожар сейчас сбегутся люди, нечего им пялиться на мою прелесть — Сильно испугалась?

— Да — кивнула она, сглотнув — Кто это был?

— Какие-то недоделанные отсосины — ругнулся я — Так, ну на×рен. Пожар и без нас потушат, двигаем к Винсенту. Может и к нему пришли.

Глава 19

Спокойно добежать до трактира, где квартировал Винсент со своим отрядом, нам было не суждено. На пол пути нас перехватил Хьюгор, крупный светловолосый наёмник, в бороде которого начали появляться седые волоски. Впрочем для наших весёлых ребят это были скорее правила, чем исключения, народ щуплого телосложения сражения чаще всего обходит стороной, а мы ещё и старались обзавестись тёртыми ветеранами. Завидев меня и Исандель, он выпалил:

— Слава Свету! Быстрее за мной, опять целитель нужен!

— На Винсента напали? — на бегу спросил я, таща девушку за собой и слегка помогая ей телекинезом. Длинные забеги босяком явно не были сильной стороной дочки десятника.

— На поединок вызвали — отозвался солдат удачи — Сир Винсент этого урода зарубил, но тот его ранил.

— Что за урод? И что за рана? — задал я новые вопросы, не особо сберегая дыхалку. До цели в принципе было не так уж далеко.

— Сир Дабдар какой-то — сообщил Хьюгор — Специально, с@ка, рыцаря плечом толкнул, а потом оскорбил. Требовал поединка немедленно! И в живот меч вонзил, о своей защите будто забыв, лишь бы достать. Вы-то как ночью на улице оказались?

Ну наконец-то дошло! Я ругнулся себе под нос, а потом вслух сказал:

— Дом у нас горит. Три убийцы залезли, а как туго стало, один из них какое-то огненное алхимическое зелье вскрыл. Живыми не дались.

— О×ренеть! — воскликнул наёмник.

— Вот и я от таких ночных гостей удивился — проворчал я, прикидывая в голове варианты.

Если до новостей от солдата удачи я ещё мог предполагать, что где-то напортачил с обменом золота и его решили снять с моего трупа, то теперь был уверен, что ситуация ещё дерьмовее. Кто мог желать нашей с Винсентом смерти? Круг не то чтобы широкий, но и не узкий. Мы здорово прищемили хвост некромантам, а они твори живучие, особенно если брать во внимание их интересные посохи. К тому же не факт, что вся шайка-лейка до последнего труполюба была в той пещере во время нашего отрицательно-дипломатического визита. Кто-то мог выжить, здраво прикинуть свои силы и избрать объектом мести не Ревнанта, а нас двоих. Правда качество исполнителей несколько выбивалось из этой картины. Хотя с другой стороны на побережье может быть свой ковен любителей дохлятины, враг мог выйти на него, а местные могли иметь таких вот специалистов или хотя бы их контакты. К тому же равнодушие к собственной смерти этих утырков прямо скажем настораживало. Шахиды хашашинестые.

Вторым вариантом могли быть враждебные шпионы и просто родственнички одного неудачливого баронского рода. Лорд Калибран конечно здорово разгромил агентурную сеть, которую удалось вскрыть благодаря нам, но кто сказал, что она тут была только одна. Дублирование каналов для поступления информации, которые не должны пересекаться друг с другом — это азы разведки, о них знает даже такой дуболом как я. А если местные и не дошли до столь умной мысли, то кто им может помешать забрасывать новых агентов для силовых акций? Никто. Тут нет столь жёсткого контроля на границе, в порту больше проверяют грузы, чем людей. В последнее время повышенный интерес вызывали только ветродуи. Может быть буквально вчера рыцарь с тремя слугами сошёл на причал, снял у контакта в городе оперативные данные и решился на наше устранение в надежде на награду от начальства. Но облажался. И это хорошо.

А ещё нас могли захотеть примучать силы внутри самого герцогства. Гоман конечно обещал соблюдать конспирацию, но что знают двое, знает и свинья. А во время чисток ни одному и ни двум благородным козлам здорово прищемили яйца. Может быть даже буквально, палачи герцога наверняка горазды на выдумки. И как у всех аристократов, у скомпрометированных козлов куча ближних и дальних родственников. Против сюзерена они выступить конечно жидковаты в коленках, но вот отомстить мелким сошкам в нашем лице им сам бог велел. Причём чужими руками, а то лорд Калибран ещё сильнее причинные места зажать может. Он мужик не злой, но серьёзный, за ним не заржавеет.

С этими мыслями я и прибежал к таверне, во дворе которой толпился народ, причём не только посетители, но и стражники. Конечно благородные люди вольны решать свои споры острой сталью, но в черте города это мягко говоря не одобряется. Башку убийце не отрубят, но тем не менее приятного может быть мало. Надо бы ещё и с этой стороны постараться заложиться… Не было печали!

— Ты как? — спросил я Винсента, наконец протолкнувшись к нему.

— Как будто мне кишки продырявили — слабым голосом откликнулся рыцарь, всё ещё пребывая в сознании.

— Требуха не мозги, с ними попроще — отозвался я, а затем ругнулся — Да твою мать!

— Что такое? — спросил сын графа, лежа на земле. Заносить раненого внутрь мужики по видимому побоялись. Один друид им уже капал на мозги по поводу перемещения тяжелораненых.

— Клинок похоже отравлен был — отозвался я, накладывая светящиеся зелёным руки на слегка почерневшие края колотой раны — Не отвлекай.

— Да куда уж я денусь — слабо усмехнулся Винсент.

Я же был вынужден сосредоточится на лечении. Чем бы оружие не помазали, зараза была к счастью не особенно ядрёная. Видимо сильные и быстродействующие яды убийца применять побоялся. Все же всё мгновенно увидят и поймут. Но при этом неизвестная дрянь будто размывала целительную энергию, мешая той работать, как положено. Не на прямую, не как стена, а скорее как боковой ветер, что постоянно пытается сбить с пути. Приходилось прикладывать в разы больше усилий и сосредоточения для работы, иначе дело просто не шло. Однако мне потихоньку удалось вывести яд из организма через всё ту же рану, пусть для этого пришлось отказаться от полной остановки кровотечения. Потом настал черёд прочих неприятных субстанций, попавших в брюшную полость. Рыцарь незадолго до поединка похоже плотно подкрепился, кишки у него были отнюдь не пустые. Но всё равно хорошо, что удар пришёлся именно на них. Почки, печень, хребет и желудок было бы гораздо более неприятно приводить в порядок. В последнем ещё и кислота, которая нужна для переваривания пищи. Если она выливается на остальную требуху, то хорошего в этом мало, а ощущения воистину непередаваемые. Так что будем считать, что Винсент везучий сын собаки и легко отделался. Хотя сам яд конечно вызывал вопросы. У меня даже возникло подозрение, что он заточен под противодействие ортодоксальным жрецам Света, которые любит тупо вливать целительную энергию, а там исцеляемый организм сам сообразит, как её лучше приладить. Хорошо, что отец Шарп и Корнегур учили действовать иначе.