Тимофей Иванов – Между водой и камнем (страница 37)
— Может случайно? — приподнял Винсент бровь.
— Ни ×рена подобного — мотнул головой Рэзор — Как до них дождик дошёл, повернули. Видно что знают, куда идут.
— Что за корабль, сколько у них воинов? — спросил рыцарь.
— Невермор как раз подлетел — отозвался маг, слегка расфокусировав взгляд — Сам драмон поменьше нашего, народа на палубе особо нет, наверно тоже мокнуть не хотят. Но на корме рядом с рулевым бородатый мужик с жезлом стоит, толкует о чём-то с довольно молодым парнем, что в латы одет. Не пойму только какие, этот от сырости плащ накинул. От одного маной тянет, от второго праной.
— Может герб есть где?
— Не видать, но наш с тобой знакомый любитель булыжников тоже не в гербовой котте рабов захватывать шёл. Ставлю золотой против морковки, что его дружки по наши души пожаловали — мрачно усмехнулся чародей.
Винсент же мысленно скривился. Рэзор по прежнему был чрезвычайно полезен хотя бы тем, что его почти невозможно застать врасплох, а напоминания о всей той ситуации на горной тропе закономерно бесили. Однако взяв чувства под контроль сын графа спросил:
— Как они нас могли найти? Думаешь в Грумариэне шпион сидит?
— Да уж наверняка. Хедерисы бы были полными дебилами, если бы не имели там ни одного наушника — фыркнул маг — Меня больше беспокоит, что их чароплёт может нас ощущать в дожде. Паршиво драться с гидромантом на его поле.
— А если б не ощущал, было бы легче? — скептически посмотрел на товарища сын графа — Коли огненный маг нашу калошу подпалит, радость тоже не великая.
— При таком раскладе я бы рыб или дельфинов позвал, подплыл под их днище и попросил бы доски разойтись в стороны — фыркнул волшебник — Подошли бы поближе потом и благородно спасли бы утопающих, вяжа им руки прямо у штормтрапа.
— Может раз такой умный, ты вместо дельфинов кракена позовёшь? Сожрёт их и вся недолга.
— Пробую, но похоже тут поблизости только молодой морской змей живёт — с серьёзным лицом отозвался друид — Он разве что нашим утонуть не даст, если за борт выпадут. И всё равно заламывает столько рыбы, что в двух селеньях раскошеливаться придётся. Морские альфы нас, сухопутных, не сильно жалуют.
— Ладно, понял — взмахнул рыцарь рукой — Готовимся к тяжёлой битве. Ляжем на палубе, когда они сблизятся, пользуясь плохой погодой, удивим их и зададим жару. Ты главное их мага если не убей, то хотя бы свяжи боем, а там как-нибудь сдюжим.
Говоря это, Винсент одновременно воспринимал бой с каким-то странным облегчением и при этом дико волновался. Чужой драмон, со слов мага, конечно поменьше, но у них большую часть места занимают бывшие рабы и лошади, а там враги могут друг у друга хоть на головах сидеть. Чародей же несколько секунд подумал и проговорил:
— Погоди. Есть другая идея. Можем дать им сцепить корабли абордажными крючьями и пустить их на нашу палубу между кормовой и носовой надстройками, забив их готовыми к бою наёмниками. Я уже не первый день с нашей славной лоханкой работаю, поставлю сейчас ловушек и большую часть нападающих спеленает гибкими лозами.
— Ненадёжно, разделим силы — почесал слегка обросший щетиной подбородок рыцарь — Хотя идея с ловушкой мне нравится.
— Ладно, думай. Я пока Мэллона и остальных поднимать, пусть готовятся. Квартерона сюда притащу, авось что дельного присоветует с высоты своего опыта — проговорил маг.
Спорить сын графа не стал и вскоре всё завертелось. Обеирукий мечник их идеи в целом одобрил, но разделять ударный кулак тоже не хотел, предпочтя сосредоточить его в одном месте. А ещё вовремя вспомнил, что у них есть толпа бывших невольников и трофейные доспехи с оружием. Вояки с вчерашних рабов получатся так себе, но мужики они крупные, внимание точно отвлекут, а тех, кого схватят лезущие из палубы корни, имеют все шансы поубивать. Обездвиженные и ошеломлённые они вряд ли смогут оказать сопротивление даже таким, прости Свет, солдатам. Предстоящий бой правда автоматически переводил добровольцев из простолюдинов в сословие людей меча, но на это всем было откровенно насрать. Наёмникам было нужно свежее мясо даже такого качества, а бывшие невольники очень не хотели обратно на вёсла, потому вызвались драться почти все.
Спустя пол часа обе надстройки были тихо набиты бойцами так, что в них яблоку негде было упасть, Винсент стоял у самой двери своей каюты упирая обнажённый клинок в палубу, девка мага кажется забилась под койку в соседней каморке, несколько человек лежали наверху, прячась за фальшбортом. Там были так же Рэзор с Ахиллом и Абраксом. Маг сотворил в досках небольшое дупло, через которое по началу сообщал о действиях противника, который успел вылезти на свежий морской воздух и несколько напрягал своим количеством. Не пол сотни конечно, но всё равно многовато. Однако сейчас ничего не происходило, корабли просто шли на сближение, чародей что-то тихо мурлыкал себе под нос. Через пару минут Винсент не выдержал и проворчал:
— Чего ты там мычишь?
— Песню одну в кабаке слышал, привязалась — негромко ответил чародей.
— Давай уж вслух, тоже послушаем — усмехнулся Мэллон — Песни это на войне важная штука.
— Ой ли? — недоверчиво буркнул рыцарь.
— Ага — отозвался квартерон — Я когда мелким был, у нас в обозе восемь музыкантов подвязалось при компании. Капитан Фариндан их иногда даже во время боя ставил за лучниками играть. Хорошее было время.
— Ну тогда давай, музыкант — поморщился рыцарь. Мало ли кто как своё волнение перед тяжёлым боем успокаивает. Вдруг и тут поможет?
Рэзор же тихо начал петь:
—
— Потом закончишь — шепнул Мэллон — Когда чужой корабль пропивать будем.
Винсент же мысленно усмехнулся. Ну да, такая песенка и правда могла зацепить его товарища, хотя многих наёмников он сам бы пустил под нож без всякой жалости и колебаний. По сути главное различие рыцарской и мажьей картин мира было в том, что Рэзор был готов вывернуть мехом внутрь всех без исключения и не видел в этом проблемы. Как возможно не видел особой разницы между королём и медведем-людоедом, если венценосец переступил одному чародею ведомую черту. Но к счастью сегодня друид будет воевать в правильную сторону. Главное не дать ему потом посадить кого-нибудь ни того на иголки или на мачту, как на кол. С него станется.
Последние минуты ожидания тянулись особенно медленно, но всё же закончились и они. Со слов Рэзора вражеский драмон вышел из плотной дымки дождя совсем рядом. Рыцарь как наяву видел, падающих за фальшборт часовых, спасающихся от стрел и кричащих:
— Тревога! Враг!
Спустя буквально несколько секунд абордажные кошки вились в дерево их корыта и корабли стали стягиваться между собой. Славно, каким бы гидромантом не был чародей врага, топить противника он уже не сможет. На их палубу посыпался народ в кольчугах, но спустя буквально пару шагов начал спотыкаться и падать, когда их лодыжки оплетали корни. Вражеские воины ещё ничего не сообразили и не разглядели в дождливой темноте, продолжая напирать прямо по спинам матерящихся товарищей. О том, что эффект неожиданности, пока враг сонный и бездоспешный, упускать нельзя, они знали отлично. Только сегодня им не повезло. Винсент оскалился, пнул дверь и бросился вперёд, издав боевой клич:
— Во славу Света!
Его меч первым же ударом снял голову с выпучившего от удивления глаза противника. От носовой надстройки раздалось:
— Свобода!
Спустя миг широкоплечий гребец разрубил шлем и башку вражеского бойца топором, когда тот не сумел сделать полушаг назад от размашистого удара, больше подошедшего лесорубу или дровоколу. Повезло, в противном случае бывший невольник бы просто провалился в атаке и тут же получил бы клинок в печень. Впрочем это его заботы, у рыцаря были свои. Он принял стрелу на щит и достал длинным выпадом уязвимое горло нового врага, двигаясь вперёд. Справа от него спустя мгновение встал Мэллон, начавший рубиться с каким-то здоровяком, слева начал прикрывать Хьюгор. Наёмники во главе с сыном графа начали теснить противника, освобождая место для товарищей, продолжающих выбегать из надстройки, а квартерон отведя чужой клинок одним своим мечом, вторым походя прикончил какого-то неудачника, лежавшего на палубе из-за корней.
Со спины раздался треск молний, шум волны и рёв Абракса. Похоже Рэзор вступил в противостояние с магом противника, а дюжий наёмник его прикрывал. Хотелось обернуться, но сейчас это явно было плохой идеей. Враг кажется начал справляться с первым ошеломлением, рубка выравнивалась. Винсент развалил очередного противника на две неравные части и заорал: