Тимофей Иванов – Между водой и камнем (страница 24)
Но маг и обладатель сегментированной брони сдаваться явно не собирались. Чародей начал сплетать заклинание, протолкнувшись ближе к завалу, разделявшему нас и я заорал Абраксу:
— Держись крепче!
— За что, млять, держаться⁈ — ругнулся в ответ бугай, но к счастью пригнулся за шитом, ожидая неприятностей. Мы же с барсом схоронились за ним.
А после насыпь буквально взорвалась. Вражеский волшебник не пожалел сил, долбанув в неё новым воздушным тараном. Я добавил к материальному щиту Абракса магический, нас это спасло, но после этого тут же стало жарко. Воин и барс вынуждены были встать плечом к плечу и пятиться под напором врага. Я отправил ледяное копье в просвет между ними, нанизав на него сразу двоих противников. Потом всё как-то слилось в одну кровавую карусель.
Оскаленные в крике лица, удары сталь о сталь, новые заклятия и мат с обеих сторон с обещаниями убить друг друга. Внезапно из серой массы противников выделился «сегментный» командир, насевший на Абракса. Его широченный полуторник перерубил древко копья здоровяка и тот вынужден был хвататься за свой клинок, прикрываясь шитом. Ахилл ударил когтями вражину по ноге, приняв меч одного из рядовых налётчиков на плечо. Вражеского предводителя он подрал, но в следующую секунду едва не лишился головы, чудом отскочив назад и отделавшись раной на лбу. Какое всё таки счастье, что у него крепкий череп.
Абракс тем временем успел выхватить меч из ножен и нанести удар, но тот был принят на щит. Однако тут в игру вступил уже я, использовав корни, начавшие пеленать противника и лишить его подвижности. Новый удар меча вражеского вожака оказался довольно медлительным и был принят бугаем на щит. Ответный выпад Абракса противник сумел заблокировать уже своим щитом, но оказался открыт для меня. С посоха слетело ледяное копьё, ударившее его вниз живота с силой молота и пробившее броню. Враг взвыл и упал на землю, а я оказался вынужден снова ставить магическую преграду против воздушного заклятия, пока налётчики, толкаясь, оттаскивают назад недобитка.
— Вы всё равно всё сдохните! — проорал я от обиды.
— Победа или смерть! — гаркнул здоровяк, пойдя в атаку.
Противники сгрудились, мешая друг другу, когда спасали своего предводителя и Абракс безошибочно учуял момент их слабости, как акула кровь. Он ударил щитом, сбросив какого-то неудачника вниз и нанизал на меч второго. Ахилл не отстал от него, распоров ноги ещё одного налётчика, а когда тот упал на колени сомкнул челюсти на его шее, помотав окровавленной головой. Учитывая размеры кошака, зрелище получилось страшное, один из пиратов в стёганке даже впал в ступор, получив по лицу ногой уже дохлого товарища, которым размахивал гигантский барс, пока шея мертвеца не сказала, что её полномочия всё. Я тоже полез вперёд, долбя вражеского мага льдом, на пределе сил. От первого ледяного копья он укрылся одним из воинов, второе принял на чародейский щит, но третье наконец достигло своей цели, разворотив ему плечо. Короткий жезл выпал из ослабевшей руки волшебника и он тут же получил между глаз кромкой щита Абракса, опять заоравшего:
— Сдохните!
Следующий противник отведал его меча, сложившись пополам и пытаясь удержать свои кишки, выпадающие из распоротого брюха, а стоящий рядом с ним налётчик бросил топор под ноги, прокричал:
— Сдача! Сдаюсь!
Здоровяк долбанул щитом и его, не успев остановить движение и гаркнул:
— Сдавайтесь или умрите!
Выглядела его шрамированная и перекошенная в боевой ярости морда достаточно убедительно, чтобы ближайшие противники, лишившиеся командования, прониклись моментом. Тем более что с другой стороны тропы на них наседали наши основные силы, с фланга долбили стрелы, а самих любителей набирать рабов осталось немного. Острая сталь начала падать на серые камни, делая это всё быстрее, пока все налётчики не оказались безоружны.
— Вы там живы? — прокричал Мэллон.
— И даже почти здоровы — отозвался я, подойдя к ближайшему врагу и положив руку на его лицо, погрузил бандита в беспамятство — Сейчас всех усыплю и будем вязать.
— Давай быстрее. У нас тут раненые — сообщил мне квартерон.
— Спешу, как могу. Сейчас… — проворчал я, но был прерван покоцанным вражеским командиром.
— Не смей меня трогать колдун. Я барон Фа…
— Еб@о завали! — гаркнул я, вырубив его ударом посоха по голове. Там что-то Винсента не видно, только Мэллон маячит, будет мне тут какой-то урод права качать — Ещё бароны есть⁈
Молчание было мне ответом.
Глава 11
Закончив с погружением пленных в сон, чтоб не буянили и не попыталась улизнуть, к примеру спустившись по склону к речке, где лежат несколько трупов при оружии, я наконец добрался до основных сил, а потом и до раненых, матюгнувшись:
— Да жованый крот!
Винсенту, шедшему впереди всех, сражение не пошло на пользу, не смотря ни на плещущуюся в крови живу, ни на умение владеть клинком, ни на добротную броню. Налётчики не были робкими овечками или безусыми ополченцами. Как теперь выяснилось, нам противостояло что-то вроде баронской дружины, часть бойцов которой владела праной и очень недурно управлялась с оружием. Нам с Абраксом повезло, в тылу похоже шли наименее подготовленные воины. Жарко пришлось лишь в конце, когда к нам по тропе протиснулись барон и его чародей. А вот авангард встретил основные силы и задал жару. Чёрт, всё таки стоило отправить ворона подлететь поближе, тогда можно бы было верно оценить противника. Хотя с другой стороны вражеский маг мог почуять, что птица непростая и плакал наш эффект неожиданности. А так мы победили и даже без безвозвратных потерь. По крайней мере пока из раненых никто не умер, всё таки воина в броне довольно тяжело убить одним ударом.
Винсент вон получил рубленную рану бедра, глубокий укол в живот, пробивший доспех и зверски повредивший требуху, а так же небольшой порез на шее, после того как ему рассекли кольчужный воротник. Хреново конечно, но с магией его вполне можно поставить в строй, чем я и занялся, упав перед ним на колени и положив руки на грудь, останавливая кровотечения. Мэллон отдал несколько команд, пока вязали пленных, стягивая верёвками им ноги и руки, а потом вернулся ко мне, спросив:
— Жить будет?
— Куда он от меня денется — проворчал я, стараясь не отвлекаться — Ты-то куда, млять, смотрел? Вы ж рядом шли.
— Был занят тем чтобы не сдохнуть — отозвался он, скинув свою кольчугу и самостоятельно накладывая повязку на раненую руку. Чем меньше у него будет кровопотери, тем мне потом проще окажется его подлатать — Два каких-то седых барана попались. Чуть нас обоих не прикончили.
Я проследил за взглядом квартерона и увидел пару изрубленных трупов. Вояки и правда оказались седобородыми, да и лица их были схожими. Два брата-дегенерата? Может быть. Впрочем плевать, в могилах все будут лежать одинаково. И я пожалуй позабочусь о том, чтобы ни один некромант их никогда не смог поднять. Всё таки на труполюбов у меня пунктик. И даже враги имеют право на то, чтобы их тела не оскверняли после смерти.
Пока я сращивал его кишки, Винсент изволил очухаться и прохрипел:
— Воды.
— Хрен тебе, пока нутро в норму не придёт нельзя ни есть, ни пить — злорадно отозвался я — Пиз@ы только могу выдать. Ты на кой так подставился, идиот?
— От идиота слышу — просипел он, заставив меня лишний раз проверить его лёгкие. Хм, ушиб груди конечно есть, но что-то он как-то совсем нехорошо разговаривает… Или это от пореза на шее? Похоже на то, кольчуга остановила чужой клинок, спасая плоть, но рубанули-то от души — Кто разведку проводил и говорил, что враг пожиже нас будет?
— Так я тебе сразу сказал, что отталкиваюсь от их снаряжения, а Невермор близко не лезет, потому что у этих уродов свой чародей может быть. Тебе следовало бы, как командиру, догадаться, что с маги в компании смазка для мечей не ходит — буркнул я, всё же чуя за собой вину — Извини. В следующий раз буду больше информации собирать.
— Да ладно — добавил свои пять медяков Мэллон — Мы победили, это главное.
— Всё можно было сделать лучше — пробурчал я, прикидывая, не началась ли у меня профдеформация врачей из родной травмы. Те тоже по хамски любили почмырить всяких идиотов, умудрившихся себе по дури чего-нибудь сломать. Не хотелось бы им уподобляться — Ладно, с тобой всё. Лежи, отдыхай и не дёргайся, чтоб ничего не разошлось.
— А так побегать хотелось — просипел, будто простуженный, Винсент.
— Клизму с желчью грифона поставлю, ты у меня не бегать, летать начнёшь — поддел его я.
— Мастер Рэзор, вы не говорили, что она для зелья полёта годится — подал голос Вирум, с которым мы потрошили птицельвов. Парню тоже досталось, но все раны оказались на удивление лёгкими.
— Пока никто этого не выяснил, но я буквально чувствую здесь потенциал для экспериментов — осталось только отшутиться мне, склоняясь над Грулдом. Проникающее ранение лёгкого, паршиво, но лечится.