Тимофей Афаэль – Темный Лорд устал. Книга V (страница 5)

— Кто бы мог подумать, что так обернётся… Когда к нам обратились за разрешением на строительство, я думал, завод вдохнёт жизнь в город, а теперь… люди на грани. Каждый день жалобы, и я ничем не могу помочь.

Он помолчал.

— Хотя… говорят, какой-то лекарь ходит по городу и помогает людям. Хоть какая-то надежда осталась.

Даниил замер.

Он ожидал примерно такой реакции от мэра — беспомощности, отчаяния, невозможности что-то изменить и готовился к этому. Но до этой секунды не знал, что предложить взамен. А сейчас… сейчас решение пришло само.

Воронцовск.

Даниил вспомнил процветающий город, который он видел, когда выполнял задание Тарханова. Чистые улицы, по которым он ходил и счастливые лица людей. «Эдем» — идеальный сад посреди пустыни беззакония, который казался раем на земле.

И Калев Воронов — Лорд-Протектор, который создал всё это. Человек, который превратил умирающий Воронцовск в цветущий центр региона.

Я был там, — думал Даниил, и в груди разгоралась уверенность. — Я видел своими глазами, что он делает. Как он управляет. Видел тот мир, который он создал — это истинные порядок и жизнь.

Он посмотрел в окно кабинета на серый — по ту сторону был больной Котовск. Мир, в котором процветали гниение и рабство.

Я был на неправильной стороне, — вновь осознал Даниил с холодной ясностью. — Служил Тарханову и охотился на тех, кто был под защитой Воронова. А должен был…

Он не закончил мысль. Прошлое не изменить, но будущее — можно.

— Иван Петрович, — сказал Даниил твёрдо, и все повернулись к нему. — Если вы не можете справиться с этим сами… обратитесь к тому, кто может.

Мэр повернулся от окна.

— К кому?

— В Воронцовск, — Даниил шагнул вперёд, и в его голосе звучала уверенность, которой не было раньше. — К Лорду-Протектору Воронову. Он единственный в регионе, у кого есть реальная власть и ресурсы противостоять кланам.

Мэр выжидательно посмотрел на него, потом покачал головой.

— Воронов… Вы думаете, он станет вмешиваться в дела соседнего города? У него своя территория.

— Станет, — Даниил подошёл ближе, глядя мэру прямо в глаза. — Если вы покажете ему, что здесь происходит. Докажете, что завод отравляет не только ваш город, но и весь регион. Воронов не из тех, кто закрывает глаза на проблемы, которые могут затронуть его территорию.

— Откуда вы это знаете? — мэр смотрел на него внимательно.

— Я был там, — просто ответил Даниил. — Видел Воронцовск своими глазами. Воронов создал там порядок и чистоту. Он заботится о людях и не допустит, чтобы в регионе творился такой хаос.

Анатолий Викторович наклонился к столу, достал планшет и открыл документ, отображенный на нем.

— Иван Петрович, у вас ведь есть официальный повод. Губернатор вызвал вас на областное совещание глав городов через три дня. Поезжайте и возьмите все эти документы. Встретьтесь с Вороновым — это наш единственный шанс.

Мэр молчал долго, глядя на папки с документами. Потом медленно кивнул.

— Хорошо, я поеду. Попробую, но не обещаю, что получится.

— Это уже больше, чем ничего, — Григорий положил руку на плечо мэра. — Спасибо.

Они начали выходить из кабинета. У двери Даниил обернулся.

— Иван Петрович, когда поедете — будьте осторожны. Блокпосты на выездах из города, наёмники проверяют всех.

Мэр усмехнулся.

— У меня официальный вызов от губернатора. Они не посмеют задержать мэра, который едет по приказу областной власти.

Даниил кивнул и вышел.

Здесь я сделал всё, что мог, — думал Даниил, спускаясь по лестнице вместе с остальными. — Собрал доказательства и нашёл людей, готовых бороться. Убедил мэра обратиться за помощью.

Теперь всё зависит от Воронова.

От человека, который создал «Эдем». Который превратил Воронцовск в процветающий город. От человека, на стороне которого я должен был быть с самого начала.

Даниил остановился у выхода из здания администрации, посмотрел на серый, больной, умирающий город за окном.

Но мы не можем просто ждать, — продолжал он думать, и внутри крепло решение. — Не можем сидеть сложа руки, надеясь, что кто-то придёт и спасёт нас.

Мы должны продолжать и развивать сопротивление внутри города. Помогать людям и собирать тех, кто ещё не сломлен.

И если Воронов придёт… нет, когда он придет, мы должны быть готовы помочь ему изнутри.

Мурзик, ждавший его снаружи у велосипеда, поднял голову и посмотрел янтарными глазами.

Словно понимая.

Словно одобряя.

Глава 2

Степан Васильевич стоял перед зеркалом в своей спальне и разглядывал своё отражение с нескрываемым сомнением.

Старый парадный костюм — тот самый, который он надевал на все официальные поездки в областной центр последние пять лет — висел на нём мешковато. Выцветшая ткань на плечах, даже брюки морщились на поясе.

Он поправил галстук и тяжело вздохнул.

Сегодня он должен был ехать в Северогорск к губернатору Виктору Павловичу Громову вместе с Хозяином.

От одной этой мысли внутри поднималась странная смесь эмоций. Благодарность — безмерная, непередаваемая благодарность человеку, который спас его город. Страх — что он, простой провинциальный мэр, своей просьбой втянул Лорда-Протектора в конфликт с губернатором и трепет — потому что он до сих пор не до конца понимал, кем был Калев Воронов на самом деле.

Степан Васильевич помнил тот недавний разговор в мастерской «Эдема». Как он, собрав всё своё мужество, рассказал Хозяину о звонке губернатора. О том презрительном, издевательском тоне и словах, которые всё ещё жгли душу.

«Этого вашего лорда-протектора тоже прихвати. Должность декоративная, цирк для простолюдинов. Пусть посидит в углу, пока мы решаем государственные дела.»

«Абсолютное ничто. Жалкий выскочка. Деревенский клоун.»

Степан Васильевич до сих пор помнил, как его трясло от ярости, когда он передавал эти слова. Как он боялся реакции Воронова и как Калев просто спокойно, без эмоций, сказал: «Хорошо, Степан. Я поеду на это совещание вместе с тобой.»

Без гнева, без оскорблённой гордости или презрения к губернатору. Просто согласился, как будто речь шла о чём-то совершенно обыденном.

Степан Васильевич до сих пор не знал, что это означало, но он знал одно — Воронов не делал ничего без причины. Каждое его действие было продумано, а решение — взвешено.

Степан Васильевич посмотрел на своё отражение в зеркале и поморщился.

Но рядом с Хозяином я выгляжу как нищий попрошайка, — мрачно подумал он. — В этом старом тряпье я только опозорю его. Покажу губернатору и всем остальным, что Лорд-Протектор Воронцовска окружает себя жалкими неудачниками.

В дверь постучали — три коротких, вежливых стука.

— Войдите, — отозвался Степан Васильевич, отворачиваясь от зеркала.

Дверь открылась, и на пороге появился дворецкий Воронова в безупречном чёрном костюме. Степан Васильевич уже привык, что все, кто служил Калеву Воронову, были образцом профессионализма, вежливости и преданности.

— Доброе утро, господин мэр, — сказал он с лёгким поклоном. — Прошу прощения за ранний визит. Господин Воронов просил передать вам это.

Он протянул большую плоскую коробку из тёмного картона с логотипом престижного столичного ателье и небольшой запечатанный конверт.

Степан Васильевич принял коробку и конверт, удивлённо глядя на посыльного.

— Что это?

— От господина Воронова, — повторил тот с улыбкой. — Он сказал, что вам это понадобится сегодня. Кортеж выезжает через сорок минут. Я подожду внизу.

Он поклонился и вышел, тихо прикрыв дверь.

Степан Васильевич остался стоять с коробкой в руках, озадаченный. Затем положил коробку на кровать, вскрыл конверт дрожащими пальцами. Внутри была короткая записка: