Тимофей Афаэль – Темный Лорд устал. Книга V (страница 4)

Холл администрации был пуст и запущен. Старый линолеум на полу, потрескавшиеся стены, тусклое освещение. За стойкой регистратуры сидела пожилая женщина лет пятидесяти с жёстким, недовольным лицом. Она даже не подняла головы, когда они вошли, продолжая что-то записывать в толстой тетради.

— Нам нужно к мэру, — сказал Анатолий Викторович, подходя к стойке. — По срочному вопросу.

Женщина медленно подняла взгляд, оценила их группу — шестеро человек, явно не из местной администрации. Её лицо стало ещё более недовольным.

— У мэра нет приёма, — сказала она сухо. — Запишитесь на следующую неделю. Вторник, четырнадцать ноль-ноль, если повезёт.

— Это не может ждать неделю, — твёрдо сказал Анатолий Викторович. — Речь идёт о здоровье и безопасности всех жителей города. Мы требуем немедленной встречи.

— Все требуют, — женщина вернулась к своей тетради. — Записывайтесь или уходите. Не мешайте работать.

Григорий наклонился к стойке, положив на неё тяжёлые руки.

— Послушайте, мы не уйдём, пока не поговорим с мэром. Это важно, город умирает, люди больны, а вы тут бумажки перекладываете!

Женщина резко подняла голову, и в её глазах вспыхнуло раздражение.

— Не смейте повышать на меня голос! Я здесь работаю тридцать лет и знаю регламент! Без предварительной записи к мэру нельзя! И если сейчас же не уйдёте, я вызову полицию!

Она потянулась к телефону на столе.

Вадим и Коля инстинктивно двинулись вперёд явно готовые не дать ей позвонить. Нина Петровна схватила Григория за руку, пытаясь оттянуть от стойки. Анатолий Викторович начал что-то говорить, пытаясь разрядить ситуацию, но женщина уже набирала номер, её лицо было красным от ярости.

— Полиция? Да, это администрация, у нас тут…

Даниил шагнул вперёд, протянул руку и мягко коснулся края стойки.

— Подождите, — сказал он тихо, и вложил в слова свой дар.

Волна спокойствия, тёплая и мягкая, накрыла женщину. Её пальцы замерли на кнопках телефона. Она моргнула, словно очнувшись от транса.

— Просто выслушайте нас, — продолжал Даниил, продолжая направлять успокаивающую энергию. — Дайте нам пять минут. Мы не хотим создавать проблем. Просто хотим помочь городу. Для этого нам надо встретится с мэром.

Женщина медленно опустила телефонную трубку обратно. Посмотрела на Даниила, потом на остальных. Раздражение в её глазах сменилось растерянностью.

— Я… — она провела рукой по лицу. — Извините. Я не знаю, что на меня нашло. Просто… голова раскалывается весь день, и все эти люди, которые приходят, кричат, требуют…

— Мы понимаем, — тихо сказал Даниил. — Вы тоже страдаете от того, что происходит в городе. Как и все остальные.

Женщина кивнула медленно, всё ещё приходя в себя. Посмотрела на них другими глазами, и уже не враждебно, а просто устало.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Второй этаж, кабинет мэра, конец коридора. Идите, только… постарайтесь не кричать на него. Ему и так несладко.

— Спасибо, — Анатолий Викторович кивнул с облегчением.

Они направились к лестнице. Григорий оглянулся на Даниила, и в его глазах читалось изумление.

— Это твой дар, паря? — прошептал он.

— Дар? Скорее проклятье. Но да, он самый, — тихо ответил Даниил.

Остальные тоже бросали на него удивлённые взгляды, но ничего не говорили.

Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. Коридор был таким же запущенным, как и всё здание. В конце коридора виднелась массивная деревянная дверь с табличкой.

Григорий постучал.

— Войдите! — крикнули изнутри, голос прозвучал неожиданно резко, и даже зло.

Они вошли.

Кабинет мэра был большим, но запущенным. За массивным столом стоял мужчина лет пятидесяти — Иван Петрович Морозов, мэр Котовска. Изможденное лицо, тёмные круги под глазами, небритый, в помятом костюме, но главное — в его глазах горела какая-то лихорадочная злость.

— Ещё одни! — выкрикнул он, едва они вошли. — Сколько можно⁈ Каждый день одно и то же! Жалобы, требования, претензии! Я не могу! Слышите? Я ничего не могу!

Анатолий Викторович попытался шагнуть вперёд с папкой документов.

— Иван Петрович, город в тяжелой ситуации, и мы пришли с официальным обращением…

— К чёрту ваше обращение! — мэр схватил со стола стопку бумаг и швырнул их на пол. — У меня тут сотни обращений! Все хотят, чтобы я что-то сделал! А я ничего не могу! Ничего!

Он обошёл стол, двигаясь к ним, и Даниил увидел — мэр был на грани срыва. Руки дрожали, лицо красное, дыхание тяжёлое. Это была та же агрессия, которую Даниил видел у десятков людей в городе.

— Уходите! — мэр подошёл вплотную к Григорию, ткнул пальцем ему в грудь. — Все уходите! Надоели!

Григорий отшатнулся, но мэр схватил его за куртку.

— Думаете, я не пытался⁈ Думаете, мне нравится смотреть, как город умирает⁈

Вадим и Коля двинулись вперёд, готовые оттащить мэра, но Даниил опередил их.

Он шагнул между мэром и Григорием, положил руку на плечо Ивана Петровича и направил свой дар, усиливая воздействие — состояние мэра было еще более тяжелое, чем у других людей.

— Иван Петрович, — сказал он тихо, спокойно. — Дышите. Глубоко дышите. Мы не враги. Мы здесь, чтобы помочь.

Волна успокоения накрыла мэра. Его хватка на куртке Григория внезапно ослабла. Он моргнул, словно очнувшись, посмотрел на свои руки, потом на Даниила.

— Я… что я… — голос сорвался. — Господи, что со мной творится?

Он отпустил Григория, отшатнулся назад, оперся о стол.

— Голова… голова раскалывается уже неделю. Не могу спать. Всё раздражает, хочется кричать, бить… — он провёл руками по лицу. — Я же не такой на самом деле. Я не…

— Мы знаем, — тихо сказал Даниил, продолжая держать руку на его плече, продолжая направлять успокаивающую энергию. — Вы больны, как и весь город. Это не ваша вина.

Мэр медленно опустился в своё кресло за столом, тяжело дыша. Агрессия ушла, сменившись опустошённостью и стыдом.

— Извините, — пробормотал он, глядя в стол. — Я не хотел… просто больше не могу так.

Даниил убрал руку, отступил на шаг. Остальные стояли молча, потрясённые тем, что только что произошло. Анатолий Викторович первым пришёл в себя и осторожно подошёл к столу, положил папку с документами.

— Иван Петрович, — сказал он мягче, чем планировал. — Мы понимаем, как вам тяжело. Мы пришли не с упрёками. У нас есть доказательства того, что завод «Деус» отравляет город. Медицинская статистика, технические заключения, всё оформлено по закону.

Мэр посмотрел на папку, потом на них. В его глазах больше не было ярости, а только усталость и тяжёлая безысходность.

— Завод «Деус», — повторил он медленно. — Вы хотите, чтобы я что-то сделал с заводом?

Он открыл верхний ящик стола, достал оттуда другую папку — такую же толстую — и положил рядом.

— Видите это? Моё обращение к губернатору, написанное неделю назад. Я просил помощи, проверки, хоть какого-то вмешательства.

Он открыл папку, показал документы.

— Знаете, что мне ответили? «Вопрос изучается, ожидайте решения». Уже неделю изучают.

Мэр закрыл папку, откинулся на спинку кресла.

— Я звонил в областную прокуратуру, в экологическую инспекцию, в министерство здравоохранения. Везде один ответ: «Нет оснований для проверки», «Документы завода в порядке», «Жалобы необоснованны».

Он посмотрел на них пустыми глазами.

— Завод принадлежит кланам с связями во всех инстанциях. Я не могу ничего сделать.

— Но вы мэр! — не выдержала Нина Петровна. — У вас есть полномочия!

— Попробую закрыть завод — меня уберут за превышение полномочий, — мэр покачал головой. — А завод продолжит работать. Только уже без того последнего человека, который хоть пытался что-то сделать.

Он встал, подошёл к окну, посмотрел на город внизу.