Тимофей Афаэль – Темный Лорд устал. Книга V (страница 18)
— Тогда Чернов будет платить втрое больше, — ответила она без заминки. — Результат тот же — партнёры увидят растущие издержки, увидят риск в его операциях. Никто не хочет работать с тем, кто постоянно срывает сроки и чьи страховые взносы растут как на дрожжах.
Калев посмотрел на неё ещё несколько секунд молча. Потом медленно, очень медленно, на его губах появилась тень усмешки — не одобрительная, скорее… ироничная.
Внутри Лилит всё напряглась. Как-то уж очень резко Воронов изменился. Вот только в ее глазах он был прилежным учеником, а теперь от него словно повеяло угрозой.
А потом он снова произнес всего пару слов.
— Две недели.
Лилит замерла.
— Это слишком медленно, — продолжил Калев ровным, безэмоциональным тоном, сохраняя на лице ироничную улыбку. — За две недели он успеет отреагировать. Перекредитуется через другие банки. Найдёт обходные пути через связи в кланах. Договорится с партнёрами о временных трудностях. Ты даёшь ему время на манёвр.
Он сделал паузу, и взгляд стал жёстче.
— Ты даёшь ему шанс выжить.
Лилит почувствовала, как внутри всё сжалось. Он прав. Она это знала, когда писала план, но думала, что две недели — разумный компромисс между скоростью и осуществимостью.
— Мне не нужен медленный «инфаркт» через две недели, — продолжил Калев, и в голосе появилась презрительная нота. — Мне нужен мгновенный «инсульт». За семьдесят два часа. Чтобы он не успел даже понять, что происходит.
Мозг Лилит лихорадочно заработал, просчитывая варианты.
Она молчала, и впервые с начала разговора маска внури дала трещину. Вместо игривого азарта мелькнула неуверенность.
Калев, видя её молчание, не стал ждать ответа. Он просто кивнул — словно получил подтверждение того, что и так знал — и жестом указал Фее на голограмму.
— Следующая фаза.
Фея свайпнула экран.
— Фаза 1: Удушение входа. Обвал активов Соколовых.
Калев посмотрел на схему, изучая связи между компаниями, потом снова перевёл взгляд на Лилит.
— Эффектно, — сказал он, и в голосе не было ни похвалы, ни осуждения. Только констатация факта. — Лобовой удар по клану Соколовых через финансовые рынки. Обрушить их активы, создать панику среди их партнёров, заставить их отозвать поддержку с Чернова.
Он сделал паузу, и Лилит почувствовала, как внутри что-то напряглось.
— Но, — продолжил Калев, и голос стал чуть жёстче, — этот удар по цепочке затронет двух наших ключевых поставщиков. «СтройРесурс» и «ТехноМет». Оба работают с нами напрямую и косвенно связаны с Соколовыми через дочерние структуры. Если их активы просядут на рынке, наша маржа просядет тоже.
Он посмотрел ей прямо в глаза.
— Ты считала просадку по нашей марже?
Пауза. Тяжёлая, давящая.
— Или надеялась, что я не замечу?
Внутри Лилит что-то ликующе, азартно вспыхнуло. Она специально оставила эту слабость в плане. Намеренно не упомянула об этом, зная, что только действительно внимательный аналитик это заметит. Это была проверка того, насколько глубоко он читает планы. Насколько он внимателен.
У неё уже был заготовлен ответ — сложное объяснение про временные убытки и долгосрочную выгоду, про то, что семь процентов просадки — приемлемая цена за устранение Чернова.
Она открыла рот, чтобы произнести его, играя роль испуганной девочки, которая сейчас оправдается…
Но не успела.
— Повелитель, — резко вмешалась Фея, и в голосе зазвенела тревога. — Прежде чем продолжать обсуждение плана, я должна озвучить критическое замечание.
Калев медленно повернулся к ней, приподняв бровь.
— Говори.
Фея свайпнула голограмму, и над постаментом появились графики, цифры, статистические модели — целый веер данных.
— Мой анализ профиля аналитика Мироновой показывает серьёзные аномалии, — начала Фея, и голос стал жёстче, острее. — Она поднялась по карьерной лестнице на триста сорок процентов быстрее статистической нормы для специалистов её уровня и возраста.
Она указала на один из графиков.
— Её предыдущие отчёты были качественными, но крайне консервативными и безопасными. Она никогда не предлагала ничего агрессивного. А этот план…
Фея свайпнула на схему плана.
— Этот план статистически слишком агрессивен для её уровня квалификации и психологического портрета. Более того — он содержит стратегические просчёты, которые специалист с таким ростом не должен был допустить. Непросчитанная маржа и отсутствие запасных вариантов.
Она повернулась к Калеву.
— Вероятность того, что это естественное развитие навыков — менее трёх процентов. Вероятность того, что это саботаж, провокация или попытка внедрения от враждебной структуры — семьдесят один процент.
Тишина.
Лилит внутренне усмехнулась. К такому она была не то чтобы готова, но при просчете вариантов развития разговора, учитывала этот сценарий.
Алина рядом с Лилит напряглась — Лилит почувствовала это периферийным зрением. Потом Алина сделал шаг вперёд, и в голосе появилась неуверенная, но решительная нота.
— Фея, подожди, — начала она осторожно. — Я… я не думаю, что это саботаж. Лина работает у нас уже несколько месяцев. Я видела все её отчёты, они всегда были качественными. Может, она просто… выросла? Может, это её прорыв, и мы просто не заметили, как она развивалась?
Она посмотрела на Лилит, и в глазах была смесь сомнения и попытки защитить.
— Я не верю, что такая девушка способна на провокацию. Посмотри на неё, Фея. Она боится собственной тени. Это не шпионка, это… это просто талантливая девочка, которая случайно попала в нужное место.