Тимофей Афаэль – Темный Лорд устал. Книга V (страница 1)
Тимофей Афаэль, Алексей Сказ
Темный Лорд устал. Книга V
Глава 1
Даниил жил в Котовске, наблюдая, как город медленно умирает. Он продолжал работать курьером — развозил посылки на велосипеде, а Мурзик сидел в корзине на руле, как всегда. Работа давала Даниилу возможность перемещаться по городу свободно, видеть то, что происходит в разных районах, разговаривать с людьми.
У него была тетрадь — обычная, школьная, купленная в ларьке за углом. В ней он вёл записи: имена, адреса и симптомы.
Страница за страницей. Десятки имён.
Все эти люди жили в районах, ближайших к заводу «Деус». Чем ближе к заводу — тем сильнее симптомы.
Когда он привозил заказы и видел, что человеку плохо — помогал. Женщина хваталась за голову, не в силах расписаться за посылку — он клал руку на её плечо, и через минуту боль отступала. Мужчина срывался на крик посреди разговора, глаза наливались кровью от внезапной ярости — Даниил говорил с ним, применяя дар, и человек успокаивался.
Он делал то, что мог, а потом возвращался к записям. Собирал доказательства, пытался понять, как это остановить.
Сегодняшний день начался как обычно — несколько заказов по центру города, потом маршрут в рабочие кварталы ближе к заводу. Даниил ехал по знакомым улицам, Мурзик дремал в корзине, свернувшись калачиком. Город также выглядел серым, унылым: люди шли по тротуарам с опущенными головами, лица напряжённые, усталые.
Даниил остановился у небольшого продуктового магазина на углу улицы Промышленной — нужно было забрать посылку для доставки. Припарковал велосипед у входа, Мурзик поднял голову, посмотрел на дверь магазина и снова свернулся — явно не собираясь никуда идти.
Даниил толкнул дверь и вошёл внутрь.
Магазин был небольшим, типичным районным — узкие проходы между стеллажами, потёртый линолеум на полу, тусклое освещение. За прилавком стояла продавщица средних лет с усталым лицом, у кассы — очередь из трёх-четырёх человек. И в углу, у стеллажа с консервами, двое мужчин громко и агресссивно спорили.
— Сам отойди! Я первый взял! — один из них, крепкий мужик лет сорока в рабочей куртке, сжимал в руке банку тушёнки.
— Да пошёл ты! — второй, помладше, худощавый, с нервными движениями, тянул банку на себя. — Я тоже стою тут пять минут! Последняя банка, понял⁈
— Отпусти, говорю!
Остальные покупатели замерли, нервно косясь в их сторону. Продавщица сжала губы, явно не зная, что делать.
Даниил остановился у входа, наблюдая. Отравление. Завод «Деус» делал своё дело.
— Да отпусти ты, сука! — старший рывком выдернул банку, и младший, потеряв равновесие, налетел на стеллаж.
Консервные банки с грохотом посыпались на пол.
— Ах ты, мразь! — младший развернулся и с размаху ударил старшего в лицо.
Тот зашатался, схватился за нос, из которого хлынула кровь, и с рычанием бросился на противника.
Завязалась драка. Они колотили друг друга кулаками, врезались в стеллажи, сбивая товар. Женщина в очереди вскрикнула и отпрянула к стене. Продавщица схватилась за телефон, пытаясь вызвать полицию.
Даниил видел, как это происходит. Видел, как ярость накрывает обоих мужчин волной, затапливает их сознание, превращая в животных, неспособных остановиться. Ещё немного — и кто-то из них серьёзно пострадает или кто-то из покупателей, если драка выйдет за пределы угла магазина.
Даниил сделал глубокий вдох, шагнул вперёд и поднял руку.
— Хватит.
Голос был тихим, но он вложил в него свой дар — волну успокаивающей энергии, которая накрыла обоих дерущихся мужчин. Эффект был мгновенным.
Старший замер с поднятым кулаком. Младший застыл, сжимая воротник противника. Оба моргнули, словно очнувшись от транса, и медленно, неуверенно разжали руки.
Даниил подошёл ближе, продолжая направлять успокаивающую волну. Мягко, осторожно, как теплом, которое медленно растапливает лёд.
— Давайте, выдохните, — сказал он ровно. — Спокойно и глубоко. Вдох. Выдох.
Оба мужчины послушно вдохнули и выдохнули. Ярость начала отступать, сменяясь растерянностью.
Старший посмотрел на свои окровавленные руки, потом на младшего, потом на Даниила.
— Я… что я… — его голос дрожал. — Господи, что со мной?
Младший отпустил воротник противника, отшатнулся, прислонился спиной к стеллажу. Его лицо было бледным, руки тряслись.
— Я не хотел… это не я… — он провёл рукой по лицу. — Просто голова раскалывается весь день, а тут этот… и я просто…
— Все в порядке, — сказал Даниил тихо. — Главное вы в порядке.
Он посмотрел на них обоих — на двух мужчин, которые секунду назад готовы были убить друг друга из-за банки тушёнки, а теперь стояли, растерянные, напуганные собственными действиями.
— Идите домой, — сказал Даниил. — Отдохните и держитесь подальше от завода, если можете.
Оба кивнули молча и принялись исправлять разгром, который учинили, собирая банки с пола.
В магазине повисла тишина. Продавщица смотрела на Даниила широко раскрытыми глазами. Покупатели в очереди замерли, не зная, как реагировать. Даниил поднял с пола несколько упавших банок, аккуратно поставил их обратно на стеллаж и направился к прилавку.
— У вас должна быть посылка на имя Соколова, — сказал он продавщице спокойно. — Я курьер.
Женщина моргнула, словно очнувшись, и кивнула.
— Да… да, конечно. Сейчас.
Она достала из-под прилавка небольшую коробку, протянула Даниилу. Тот расписался в журнале, взял посылку и направился к выходу.
У двери он обернулся. Продавщица всё ещё смотрела на него со странной надеждой в глазах.
Даниил вышел из магазина и поехал дальше по маршруту. Мурзик проснулся, зевнул и посмотрел на него.
— Да, знаю, — тихо сказал Даниил коту. — Это только начало.
К вечеру Даниил закончил развозить заказы и, как обычно в последнее время, заехал в придорожное кафе Григория.
Кафе находилось на окраине города, в старом одноэтажном здании с облупившейся краской. Когда-то, до появления завода «Деус», это было популярное место — здесь останавливались дальнобойщики, местные рабочие заходили пообедать, по вечерам собирались компании. Григорий приютил Даниила и взял на работу в первый день его прибытия в город.
Теперь кафе пустовало. Клиентов почти не было — люди экономили деньги, предпочитая есть дома, да и атмосфера в городе не располагала к общению.
Даниил припарковал велосипед у входа, Мурзик спрыгнул из корзины и первым зашёл внутрь — кот давно освоился здесь и считал кафе своей территорией.
Внутри было тепло и пахло жареным луком. За стойкой стоял Григорий — мужчина лет пятидесяти, крепкого телосложения, с седеющими волосами и усталым, но добрым лицом. Он вытирал тарелки, но когда увидел Даниила, отложил полотенце и кивнул в сторону углового столика.
— Садись. Сейчас чай принесу.
Даниил прошёл к своему обычному месту у окна и опустился на потёртый диван. Мурзик запрыгнул рядом, свернулся калачиком.
Григорий принёс два стакана чая, поставил на стол, сел напротив.
— Ну? — спросил он коротко. — Что сегодня?
Даниил достал из кармана свою тетрадь, открыл на последней исписанной странице.
— Ещё восемь человек. Все тот же район — Заводская улица и окрестности. Мигрени, вспышки агрессии, а у одной женщины началось кровотечение из носа без причины.
Григорий хмыкнул мрачно, отпил чай.
— И что ты собираешься с этим делать? Продолжать записывать, пока весь город не сдохнет?
— Я ищу способ это остановить, — ответил Даниил тихо. — Нужны доказательства, чтобы можно было обратиться к властям.
— К властям? — Григорий усмехнулся горько. — Паря, мэр сидит у себя в кабинете. Полиция получает зарплату от тех же кланов, что финансируют завод. Губернатор вообще в другом городе, ему на нас плевать. К кому ты собираешься обращаться?
Даниил молчал, потому что знал — Григорий прав. Он сам думал об этом каждый день. Записывал симптомы, собирал доказательства, но не знал, кому их показать. Кто вообще захочет слушать?