Тим Волков – Триумф смерти (страница 21)
Иногда плотную тишину нарушали глухие шлепки – это никем не сорванные яблоки падали с деревьев.
В этом месте еще ощущалась та, прошлая, жизнь. Шли молча, любуясь простотой природы и впитывая ее каждой клеткой тела, с благодарностью и грустью думая о том, что больше этого уже не будет. С таким чувством рассматривают старый альбом с фотографиями, найденный по случайности на чердаке.
– Хорошо как! – вдохнула полной грудью Вика. – Странно только, неужели и в самом деле так почва прогревается, что тепло, даже жарко тут, и главное, что снега нигде нет!
– А что удивительного? Низина, холодный ветер не задувает, с севера гора стоит и мороз отсекает, да навоз свое дело делает. Жить бы тут остался, ей-богу! – радостно воскликнул парень.
– Нет, летом тут не так здорово, как сейчас, – сказал старик, переступая очередную присыпанную листьями лужу. – Я в прошлом году был, ходил за ягодой – комарье и клещи, спасу нет. Еле ноги уволок, думал, загрызут живьем.
– А сейчас? – настороженно спросила девушка.
– Что? – не понял Каша.
– Ну, клещи?
– Нет, сейчас нету, – добродушно улыбнулся старик, глядя на Вику.
– Зато другие гады есть! – выдохнул Глеб, резко остановившись.
– Что такое? – Каша оглянулся… и замер.
Над путниками возвышался ствол дерева, весь словно обмотанный ватой. Только это была не вата. Паутина.
– Это что?
– Кокон, – прошептал старик. – Пауки.
– Никогда такого не видел, чтобы так много! – прошептал парень. – Разве они живут так?
– Как видишь, – ответил Каша, рассматривая кокон. – Новые условия жизни диктуют новые правила. Видимо, так легче выживать, сбившись в стаю. У птиц тоже так, даже у тех, кто раньше в одиночку летал.
– Сколько же их тут? – с нескрываемым ужасом спросил Глеб, брезгливо разглядывая кокон.
Старик не ответил ему.
Белая вата паутины была сплошь облеплена серыми жирными пауками, снующими друг по другу, отчего казалось, что ствол дерева – это единый живой организм.
– Мерзость! – скривилась девушка, отступив назад. Под ногами что-то хрустнуло, и она взвизгнула.
– Тише ты! – цыкнул на нее брат. – Это просто ветка.
Старик пригляделся. Внутри кокона что-то было. Едва различимый силуэт то ли чучела, то ли манекена. Отчетливо виднелась лишь левая конечность, приподнятая на уровне рта, словно сдерживая зевоту. Непонятно только, где они тут взяли манекен… Кашу вдруг передернуло от отвращения и ужаса.
– Там… там… – задыхаясь от страха, прошептала девушка, тоже увидев жуткую картину.
– Да, человек, – закончил за нее старик. – Нам надо уходить.
– Но там…
– Он уже мертв, ему ничем не помочь. Надо сматываться, пока…
Вскрикнул парень, истошно, дико. Старик оглянулся.
– По плечу гад ползал, – пояснил Глеб, смущенно улыбнувшись.
Следом вновь взвизгнула девушка, стряхивая с волос огромного, размером с ладонь, паука. Старик увидел, как по его ботинкам тоже начинают сновать два мерзких создания, пытаясь забраться под штанину, и крикнул:
– Бежим!
Путники бросились врассыпную. Каша рванул вправо, заложив крутой крюк мимо кокона, брат с сестрой – в противоположную сторону.
Но бегство было недолгим. Едва они приблизились к яблоням, чтобы укрыться в них от пауков, как поняли – увиденный ими кокон не единственный. Каждое дерево в этом паучьем царстве чуть ниже кроны было крепко оплетено паутиной, и в каждом таком мешке находился покойник. Некоторые бедолаги, которым не посчастливилось стать жертвой восьминогих, превратились в ссохшиеся мумии, другие же были почти как живые, и только сладковатый запах разложения, исходящий от коконов, говорил о том, что они мертвы, а не спят.
Каша остановился, попытался предупредить парня и девушку об опасности, но, почувствовав на лице тонкие нити паутины, стал с остервенелой брезгливостью оттирать ее.
Только это были еще не все неприятности. Едва старик избавился от паутины, как ощутил щекотание на шее. Проворные лапки твари проскочили по воротнику куртку и, царапаясь, юркнули за шиворот.
Каша сдавленно вскрикнул и начал вытряхивать паука из одежды, пританцовывая. Увидь кто издали, непременно подумал бы, что захмелев, мужчина пытается сплясать польку. Только старику было не до шуток. Тварь все глубже пробиралась по спине вниз, до самой поясницы. Крепко вцепившись в кожу, мерзкое создание не желало отпускать свою добычу.
Почувствовав вибрацию земли от танцев человека, оживился ближний кокон. Ватный комок завибрировал, загудел, словно потревоженный улей, внутри что-то зашевелилось. И следом из небольшой дырочки, расположенной наверху, словно из прорвавшегося чирья гной, полезли белесые пауки. Их было не меньше пары сотен, и все они были огромные.
Старик аж вскрикнул от увиденного.
Быстро спустившись по стволу дерева на землю, рой, разделившись на две кучки, двинулся к Каше.
«Заходят с двух сторон! – промелькнуло в голове у старика. – Пытаются отрезать ходы к отступлению. Вот ведь твари разумные!»
Разозлившись, Каша со всей силы ударил сам себя по пояснице и почувствовал, как забравшийся под одежду паук с чавкающим звуком хрустнул. Что-то склизкое и теплое растеклось по коже. Пытаясь не закричать от омерзения, наполнившего все его нутро, старик попятился назад. Правый фланг тварей бросился наперерез.
– Не дождетесь! – выдохнул Каша, уходя в сторону, но едва не врезался в другой кокон, разместившийся на пеньке.
Краем уха старик услышал выстрелы, но ничем помочь своим друзьям не мог – самого бы кто выручил.
Пауки тем временем избрали очень хитрую тактику – левый фланг рассыпался на несколько небольших групп и окружил Кашу спереди, другой фланг зашел с правого бока и стал атаковать.
«Они же хотят меня к дереву прижать! – осенила старика догадка. – Чтобы потом меньше мороки было!»
Противно шурша сухими листьями, пауки начали прыгать на старика, и только быстрая реакция Каши спасла его – он вовремя убрал ногу. Злобно потрясывая мохнатыми телами, пауки двинулись в новую атаку.
Где-то вдали сдавленно крикнул Глеб, следом – Вика.
Не выдержав, старик стянул с плеча автомат и дал несколько залпов по ползучим гадам. Жест этот был больше от безысходности, потому что результата не произвел – пули размазали двух пауков, не причинив остальной куче никакого урона.
Уже не обращая внимания на облепивших ноги созданий, Каша рванул напролом. Попутно стряхивая прикладом членистоногих, старик добрался до брата с сестрой – те сами себя загнали в тупик, отступив к саду. Глеб отмахивался палкой, наловчившись метко сбивать пауков, прыгающих на него. Вика сметала от себя веткой, словно веником, ползучую армию, лицо у девушки было все в крови.
– Вы как? – спросил старик, попутно давя ботинком гадов.
– Еле отбиваемся, – выдохнул парень, в очередной раз проредив наступающую армию.
– Вика, что с лицом?
– Кровь просто из носа пошла. Это от страха, бывает так иногда. Я нормально.
Идея по спасению возникла у Каши случайно. Судорожно обшарив карманы (при этом найдя в одном жирного паука), старик достал спички и крикнул спутникам:
– Возьмите больше веток!
Глеб, казалось, не услышал его и продолжал воевать, а вот Вика быстро сообразила, что намеревался сделать их спутник, и живо насобирала несколько сухих прутиков.
Огонь вспыхнул быстро – ветки занялись дымным огнем и затрещали.
– Вот вам! – крикнула Вика, угощая тварей хорошей порцией пламени. Мохнатые тельца пауков вспыхивали, щелкали и искрились, угодившие в огонь мерзкие твари корчились в агонии и быстро умирали.
– Кокон! – словно очнувшись от глубокой задумчивости, крикнул Глеб.
Каша кивнул. Идея парня ему понравилась.
Взяв у Вики горящую веточку, он подошел к одному из жилищ пауков и запалил его. Плотный клубок паутины вспыхнул быстро и ярко. Из горящего отверстия начали вылезать его обитатели, но, наткнувшись на огонь, быстро погибали, падая скукожившимися шариками на землю.
Старик запалил другой кокон. Еще один. И еще. Вскоре полыхали все деревья в округе. Человеческие трупы, более не удерживаемые крепкими нитями путины, начали оседать на землю, распространяя тошнотворный запах. Вика не выдержала и едва успела отвернуться в сторону, как ее натужно вырвало. Глеб стоял недвижимо, белый лицом, как привидение. Каша тоже молча наблюдал, как корчатся в агонии насекомые, и только теперь почувствовал, как сильно жжет спину, будто зачерпнул туда углей с огня. Попытка прощупать болевую точку привела к тому, что старик вскрикнул – настолько все там горело.
– Ох! – выдохнул Каша и упал как подкошенный.
– Что с вами?! – первым среагировал Глеб и подскочил к старику.
– Спина… – прошептал одними губами тот – силы словно подевались куда-то, даже слова давались с таким трудом.
Не церемонясь, парень перевернул Кашу на живот, задрал одежду и, не скрывая брезгливости, произнес: