Тим Волков – Курс на СССР: На первую полосу! (страница 36)

— Здравствуйте, Валентина! — поприветствовал официант, встретивший нас у входа в зал. — От Ираиды Петровны большой вам привет… Вот, за этим столиком вам будет удобно. Вам повезло, у нас сегодня очень интересная программа. Артисты варьете из Прибалтики.

Во как! Артисты варьете…

Зал быстро наполнялся народом, в основном молодежью. Многие девушки здоровались с Валентиной и с любопытством поглядывали на нас. Мы тоже осматривались. Я оценил и колонки С-90, и ди-джейский пульт (ди-джеев тогда называли диск-жокеями), и импортную светомузыку со стробоскопом под потолком.

— Здравствуйте, дорогие друзья! — на сцену вышла ведущая, крашенная блондинка лет тридцати в светлом приталенном платье. — Мы рады приветствовать вас всех здесь, и поздравить с наступающим, тысяча девятьсот восемьдесят четвертым, годом! Итак, встречайте! Наши гости из Риги. Артисты варьете «Даугава»!

Мы даже заказать еще ничего не успели, а шоу уже началось! В колонках нарастала громкостью космическая музыка французской группы «Спейс», замигал стробоскоп… В желто-красных лучах рвущегося из прожекторов света на сцене появились три стройные девичьи фигурки в блестящих купальниках.

Зал взорвался аплодисментами.

Что и говорить, это было феерическое шоу! Молодые артистки танцевали под звуки космического диско, танцевали здорово, и даже исполняли какие-то акробатические номера.

Жалко было, когда шоу закончилось.

— Здорово, правда? — улыбнулась Валентина.

— Ну да, по кайфу, — солидно кивнул Гребенюк.

— Очень непросто так танцевать, — вставила свое слово Наташа. — Кажется, что легко, а на самом деле…

— Добрый вечер, дорогие друзья! — вышел на сцену диск-жокей в модном батнике, синих вельветовых джинсах и модной прической. — Итак, у нас сейчас, как всегда, дискотека!

Он вскинул руки вверх, приветствуя всех присутствующих и так заразительно улыбнулся, что девчонки завизжали от восторга.

— Вот уже скоро Новый год, друзья. Восемьдесят четвертый! Мир изменился… И для вас сейчас композиция голландской группы «Мейвуд», которая так и называется «It’s a different world». «Мир изменился»!

Все пошли танцевать. И мы тоже…

«Мейвуд» сменили испанцы «Баррабас» с бессмертным хитом «Долорес». Тут по-всякому можно было танцевать, и быстро, и медленно, в парах.

Я обнял Наташу за талию…

Мигали стробоскопы…

После танца все вернулись за столик.

— Зря они с иностранных песен начали, — покачала головой Наташа. — Так они у них и кончатся.

— В смысле, кончатся? — я не понял, что она имеет в виду. — Песни кончатся?

— Лимит! — засмеялась Наташа. — Ну, дискотека же не просто так, а массовое молодежное мероприятие. Вот горком комсомола и приглядывает, рекомендации рассылает. Пятьдесят процентов песни светских композиторов, тридцать-тридцать пять соцстран. Ну и на капстраны остальное.

— А, — припомнил я. — И программа вся должна быть «залитована». Список песен с печатью. Еще «черные списки» имеются… Кого нельзя.

— Все это чисто местное творчество, — Наташа согласно кивнула. — Для отчетов. Ну, кто это все будет проверять?

— Почему же не будут? — вдруг озаботился Гребенюк.

Я расхохотался:

— Да потому что в горкоме комсомола того же «Чингисана» от «Дип Перпл» не отличат, однозначно! Кому там и проверять-то? Для галочки все, понятно.

— Еще в школе училась, к нам как-то лектор на классный час приходил, — улыбнулась Валентина. — Из общества «Знание». Пожилой такой дядечка. Рассказывал про западную молодежную музыку. «КИСС» антисоветчиками обозвал… и еще кого-то. А все группы почему-то называл «джаз-бандами»… и еще — «ансамблями битлзов».

Под разговоры и коктейли пролетело несколько убойных хитов «Оттавана» и «Рокетс», после чего диск-жокей поставил «Yellow Raven», старую балладу «Скорпионс». Как раз принесли горячее. Цыпленок табака или что-то такое… И да, шампанское! Так сказать, отпраздновать освобождение.

Выпив с полбокала, я посмотрел в зал и вдруг увидел Метель, танцующую с каким-то парнем. Короткое красное платье с голыми плечами, черные колготки, высокие итальянские сапоги. Точно, Метель! Приехала уже, значит… Не забыть бы ей подарочек подарить.

Оп-па! Мы случайно пересеклись взглядами. Марина чуть улыбнулась, узнала.

Когда музыка кончилась, я вышел подышать, в «курилку»… Там же появилась и Метель. Достала из пачки «Пелл-Мелл», прикурила у какого-то парня. Мне просто кивнула.

— Привет, — стараясь быть предельно вежливым сказал я. — Как жизнь?

— По-всякому, — ответила Метель, выпуская струйку дыма. — А ты?

— И я по-всякому, — улыбнулся я. — Хочу тебе подарочек подарить. Думаю, понравится.

— Ой… — Метель задумалась. — У меня ж папашка сейчас на выходных… да и дел полно. Давай завтра часик в три, на углу, у моего дома. Ну, где киоск.

Вечер продолжался. Гремела музыка. Сверкали вспышки стробоскопа. Одна за другой менялись исполнители и группы. Бой Джордж, «Полис», «Дюран-Дюран»…

И в заключение снова медляк, «Отель Калифорния».

Метель снова пошла танцевать. Все с тем же парнем… Хотя, нет, с другим. Вот он повернулся в профиль. Темная челка, шрам на щеке… Черт! Костя! Тот самый налетчик, недавно объявленный в розыск… Он!

Глава 16

«Отель Калифорния» звучал из колонок, наполняя зал меланхоличной акустической гитарой, но у меня в ушах стоял лишь оглушительный внутренний гул. Весь этот новогодний антураж, мигающие огни, смех, блеск бокалов мгновенно обесцветился, превратившись в кричащую, фальшивую декорацию. За этой картинкой скрывалась реальная и очень жестокая опасность.

Костя. Тот самый, с фоторобота. Тот, кто, возможно, со всей дури вмазал кирпичом по голове Колю Хромова сейчас в двух десятках шагов улыбался Метели и в такт музыке покачивал головой, поправляя свою темную, падающую на глаз челку. Нельзя дать ему уйти! Ни в коем случае!

«Не смотреть пристально. Не привлекать внимания, чтобы он ничего не заподозрил».

Я быстро отвел взгляд, сделал вид, что изучаю этикетку на бутылке и судорожно соображал, что делать дальше. Его надо задержать, но сам этого сделать не смогу. Надо кому-то сообщить о том, что он здесь. Но как? В будущем это было проще, я бы просто набрал номер на мобильнике, а сейчас надо где-то найти телефон. Это не может пройти незаметно. К тому же здесь могут быть его сообщники. Надо быть предельно осторожным.

— Саш, что-то не так? — Наташа положила свою ладонь на мою руку. — Ты весь напрягся.

— Голова немного кружится, — соврал я, пытаясь изобразить легкую улыбку. — От шампанского, наверное. Сейчас пройдет. Просто посижу.

Она посмотрела на меня с беспокойством, но не стала выяснять подробности. Это отличное качество для женщины, не устраивать публичные разборки. Гребенюк с Валентиной о чем-то оживленно спорили, не замечая ничего вокруг. Я решил действовать самостоятельно, не привлекая к этому Сергея. К тому же он был слегка возбуждён от выпитого шампанского и находился в состоянии лёгкой эйфории от обретенной свободы и близости любимой девушки.

Нельзя упустить гада. Как бы сейчас пригодилось мне изобретение Коли Хромова! Я принял решение сообщить в милицию. Где-то в районе гардероба или туалетов по идее должен быть телефон.

— Я отойду, проветрюсь, — наклонившись к Наташе сказал я.

— Хорошо, — она улыбнулась, приподняв бокал с шампанским на уровень глаз.

Наташа смотрела на свет как пузырьки поднимаются нескончаемым потоком и время от времени делала маленькие глотки. В её глазах было столько радости и блаженства, что мне на какой-то миг стало досадно, что из-за какого-то урода мне сейчас придётся уйти от любимой девушки. И ещё неизвестно, как дело обернётся. И всё же я поднялся и пошел, глядя прямо перед собой, но боковым зрением фиксируя Костю.

«Спокойно. Идешь, как ни в чем не бывало. Ты просто парень, который хочет немного освежиться. К тому же он тебя не знает», — уговаривал я сам себя, стараясь казаться как можно более незаметным, или, по крайней мере, беспечным.

Костя что-то говорил Метели на ухо, та смеялась. Его рука лежала у нее на талии, время от времени пытаясь опуститься ниже. Но Марина четко прерывала его попытки, заставляя руку подняться на дозволенный приличием уровень. Эта их игра так увлекла обоих, что позволило мне пройти от них в непосредственной близости незамеченным.Телефон-автомат я нашел в нише рядом с гардеробом. Я набрал ноль два и после шестого гудка прошло соединение и раздался сонный, равнодушный голос:

— Дежурная часть, слушаю.

— Слушайте внимательно, — прошептал я, прикрыв трубку ладонью и отвернувшись к стене. — В кафе «Айсберг», на Кировской. Прямо сейчас находится человек, похожий на разыскиваемого бандита по имени Константин. Подозревается в разбойном нападении на гражданина Николая Хромова. Приметы: темные волосы, челка, шрам на левой щеке. Танцует в зале.

— Ваши данные? — послышались в трубке.

— Это неважно. Присылайте наряд, пока он не ушел. — Я бросил трубку, не дожидаясь ответа.

Задача была выполнена. Теперь надо постараться незаметно вернуться к столику, вести себя абсолютно естественно и следить, чтобы Костян не смылся до приезда милиции.

Я вошел в зал и замер. Костян, держа в объятиях хорошо подпитую Метель, стоял в стороне у барной стойки и смотрел прямо на меня. Холодный, изучающий взгляд. Ни следа улыбки на лице. Он что-то заподозрил? Возможно, он меня не узнал, но ему показалось странным, что какой-то незнакомый парень пристально смотрит на него. Надо было срочно что-то предпринимать. Я не придумал ничего лучше, как привлечь внимание Метели лёгким приветствием рукой. Она удивленно повела бровью, сфокусировала взгляд и кивнула в ответ. Костян же не шевельнулся, его взгляд был подобен прицелу.