Тим Марэ – От Я до А или коньяк, коты и сигареты (страница 2)

– Надеюсь тебе уже лучше? – спросила она, начиная реагировать на его ласки.

Отложив в сторону телефон, она откинула голову назад, подставляя всю белизну своей кожи для его поцелуя. Его губы слегка коснулись её шеи, а рука машинально скользнула под тонкий шёлковый халатик и накрыла её не большую и упругую грудь. От удовольствия она вся сжалась и потянулась. Желая чуть-чуть наказать её за ту власть, которую она над ним имела, он оторвал свои губы от её шеи и выпустил её из своих объятий.

– Ну…, – обиженно, надув губки, произнесла она и поспешила вновь прижаться к нему спиной.

– Пей кофе, – мягко отстранившись, сказал он и потянулся за стаканом. Налив воды из кувшина, он сделал несколько жадных глотков и вылил остатки в раковину.

– Долго вчера сидел? – спросила она, усаживаясь за стол и поджимая под себя ноги.

Он вернулся мыслями во вчерашний вечер. Это было не сложно: всего лишь одна бутылка вина, ровно три рюмки коньяка и одна сигаретка. Во сколько он лёг, он не знал лишь по тому, что не смотрел на часы. Ему нравились эти пятничные одинокие вечера. Она давно отказалась от подобного вида отдыха и предпочитала пораньше лечь спать. Он же оставил их себе в качестве развлечения, которых, по сути, в его жизни было не так уж и много. Он любил эти тихие одинокие вечера. Почему-то они ему были нужны. И вовсе не потому, что он прям уж так сильно любил вино, коньяк или курить. Скорее наоборот, он не любил ни то, ни другое, ни третье отдельно друг от друга. А вот в совокупности с одиночеством и размышлениями на открытой веранде в ночной тиши этих трёх друзей он просто обожал. Временами ему казалось, что они будут неразлучны. Но это было заблуждением. Он был уверен, что если захочет, то откажется и от этого, как отказался в своё время от травки и электронных сигарет. Последнее, кстати, далось ему с огромным трудом. Что туда добавляют их производители одному богу известно, но он смог. Но это было не как с сигаретами. Отказаться от сигарет он смог за две недели. Всего каких-то две недели нестерпимого желания затянуться, а потом всё. Свобода. На его лице возникла улыбка.

– Ты чего так загадочно улыбаешься?

– Да просто вспомнил, как давно ещё, когда первый раз пытался бросить курить, провоцировал себя алкоголем.

– Зачем?

– Ну не знаю. После алкоголя желание закурить усиливается и таким образом я тренировал силу воли.

– А по-другому нельзя было?

– Не знаю. Может я просто так хотел. Я знал, что если выдержу так, то точно не закурю.

– И как? – спросила она, зная конечный результат этих всех его потуг. На её лице появилась добродушная улыбка.

– Ты же знаешь, что я курю лишь по субботам и только когда выпью.

Это было действительно так. Сигарета по субботам была его маленькой слабостью, которую он сам себе позволял. Но она также знала и то, что однажды он и вовсе не курил, даже по субботам и она тогда искренне восхищалась его силой воли.

– А впервые ты сорвался из-за развода? – поинтересовалась она. Он взглянул на неё вопросительно, потому как ему был непонятен её интерес к данной теме. Он продолжал иногда корить себя за ту слабость, которую он всё же иногда себе позволял, но, чтобы она проявляла интерес к его вредным привычкам, он такого припомнить не мог. Безусловно она не поддерживала эти его занятия, но и никогда не ставила ему это в упрёк.

– Не уверен, – ответил он и задумался.

Тот вечер, который поставил окончательную точку в отношениях с его первой женой всплыл в его памяти настолько отчётливо, будто всё произошло только вчера. Тогда, как ему казалось, он уже не курил года два, хотя с тех пор времени прошло довольно много и по количеству лет без сигарет он всё же мог ошибаться. Но при этом он не помнил ни одного Нового года, когда бы он не курил. Игры разума – очень странная и забавная штука и он это знал. Сколько раз разубеждался он в том или ином вопросе, в котором, как ему казалось, он был уверен на все сто. Он слышал что-то о таком понятии, как «ложные воспоминания», но не мог отделить их от настоящих. Они для него все были настоящими.

– Думаю нет, не из-за развода, – продолжил он. – По-видимому уже тогда я знал, что меня ждёт одиночество. А одиночество всегда вкуснее с сигаретой.

– Ты мне никогда не рассказывал, что произошло между вами?

– А тебе это нужно? – не много грубовато, многозначительно глядя куда-то в сторону спросил он. – Мы разошлись, по-моему, этого достаточно.

– Это я знаю. А из-за чего?

Действительно, из-за чего? Может всему виной её измена? Вряд ли. Измена была в самом конце, а трещина в отношениях появилась задолго до этого. Тогда что? Её что-то толкнуло на этот шаг. Но что именно? Может быть он сам? Возможно. Но она и до этого позволяла себе флиртовать с другими мужчинами. А может он перестал её хотеть? Тогда вопрос: с какого момента? Что с ней было не так?

– Чтобы ответить на такой, казалось бы, простой вопрос: «Из-за чего?», нужно рассказывать всё от и до, – угрюмо проговорил он. – Нужно начинать свой рассказ с того, как я пришёл к тому первому браку, а для этого я должен буду рассказать про свои отношения с другими женщинами, чего, как ты сама понимаешь, я делать не хочу. Я не уверен, что ты захочешь слушать историю про мою первую жену, да и к чему всё это? К тому же я убеждён, тебе это будет не приятно.

– Хочу, – требовательным тоном заявила она. – И более того я хочу послушать не только про твою бывшую жену, но и про других, которые были до меня.

Его брови полезли вверх на лоб, а она тем временем продолжила:

– Я ведь вообще ничего не знаю о той твоей жизни. И кстати…

Она многозначительно посмотрела на него.

– Ты помнишь, какой сегодня день?

Ему оказалось достаточно вспомнить число и месяц, как ответ уже был в его голове.

– Конечно. Именно третьего марта мы с тобой впервые встретились.

– Вот именно, – проговорила она и посмотрела на настенный календарь чтобы убедиться, что она сама не ошиблась, после чего продолжила: – И сегодня ровно двадцать лет, как мы вместе. Поэтому сегодня мы будем отмечать этот день и делать это так, как хочу я.

Он опять посмотрел на неё вопросительно.

– И как же ты хочешь его отметить? – с наигранным испугом спросил он.

– Ну…, – протянула она задумчиво. – … Сегодня весь день мы будем только вдвоём и будем делать только то, что захотим.

– Это мне нравится, – проговорил он и сделал уже шаг в её сторону, но она жестом руки его остановила.

– Я не закончила. Так вот. Сегодня мы будем пить вино, слушать музыку, есть всякие вкусности и …

Она умышленно не стала заканчивать предложение, позволив его фантазии немного пошалить. На этом месте она в предвкушении закатила глаза и улыбнулась, после чего закончила свою мысль:

– … и мы поиграем с тобой в одну игру.

– В какую? – не переставая удивляться спросил он, хотя ему казалось, что он начал догадываться, о какой игре шла речь. Его воображение уже рисовало в голове откровенные постельные сцены, но он заблуждался.

– Ты мне расскажешь всё, чего я не знаю и при этом не будешь ничего скрывать. Давай устроим день откровений?

Он посмотрел на неё скептически. Не то, что ему было что от неё скрывать, но всё же он начинал чувствовать себя не комфортно. Он очень не любил говорить о своём прошлом и вовсе не потому, что оно было каким-то грязным или преступным. Вовсе нет. Просто он не любил мысленно возвращаться назад и копаться в воспоминаниях. Что было, то было. Но она продолжала настаивать:

– Ну давай. Ты же знаешь, я люблю слушать твои рассказы.

Это было правдой, она всегда любила его слушать, хотя он это делал крайне редко. Всему виной была его скрытость и замкнутость. Когда-то давно он служил в силовых структурах и возможно это и наложило свой след на него, но, если вдруг он начинал что-то рассказывать, он преображался. Его рассказы всегда были захватывающими. Он умел преподносить историю прямо и открыто, не давая своей оценки и никого не осуждая. В такие моменты она всегда отключала свою голову и погружалась целиком в его мир. В эти мгновения он был самим собой и порой его самого весь этот процесс захватывал настолько, что иногда он начинал привирать. Она это подмечала ещё потому, что некоторые свои не многочисленные истории он рассказывал не в первый раз, а она, убеждая его, что слышит это впервые, в глубине души, по-доброму потешалась над ним.

Вообще эта её безумная просьба могла показаться кому угодно глупой и даже опрометчивой, но только не ей. Она прекрасно знала о том, что у него была давняя мечта написать собственную книгу о своей жизни и уже давно он её тайно писал, но она до сих пор была не закончена. А в основу этой книги были положены его жизненные истории. Она даже украдкой иногда почитывала черновики в его кабинете во время уборки, едва обнаружив не выключенный им ноутбук. У неё давно создалось такое ощущение, что ему что-то в его голове мешает сесть и написать свою книгу. Может он просто боялся того, что она узнает о его былых делах и разочаруется в нём? Так почему бы не помочь ему преодолеть этот глупый барьер?

– Ну хорошо, – еще не много подумав, ответил он. – Но только потом не говори, что я не предупреждал. Да, и ещё кое-что нам нужно перед этим обсудить…

Он испытующе посмотрел на неё. Под его пристальным взглядом она несколько напряглась, но уловив его улыбку, расслабилась. Она знала этот его приём: сначала напрячь, а потом всё перевести в шутку. И сейчас это не стало исключением.