Тим Леббон – Безмолвие (страница 24)

– Может быть, они перепугались.

– По-моему, в доме никого нет, – сказал Хью. – Пошли, возвращаемся к остальным.

– Мы уезжаем?

– Нет. – Возможно, темнота помогла ему произнести следующие слова. Келли не видела его лицо, и, что гораздо важнее, он не мог увидеть ее реакцию. – Мы вломимся внутрь, найдем ключи. Заберем машину. Оставим свои имена и адрес, и расписку.

– Хью, как ты можешь…

– Я говорю совершенно серьезно. Это очень серьезно! Идем, обсудим это с Гленном.

Его друг стоял за «Ленд-ровером», загораживающим его со стороны дороги. Хью охватила дрожь при виде того, что Гленн держал у ноги ружье так, чтобы его не было видно. Он кивнул на окна.

– Похоже, здесь никого нет. Я следил за занавесками; полагаю, если бы в доме кто-нибудь был, они бы дернулись.

– Мы забираем машину, – решительно заявил Хью. – Мы с Келли останемся и займемся этим; наверное, тебе следует отъехать чуть дальше и подождать нас.

Его нисколько не удивило то, что Гленн обдумывал его слова лишь мгновение. Кивнув, он перевел взгляд с Хью на Келли и протянул ей свой телефон.

– У твоей матери телефон с собой, я ввел сюда ее номер. Позвоните, если возникнут какие-либо проблемы.

– У детей все в порядке? – спросил Хью.

– Джуд спит. Элли я скажу.

– Нет, я сам скажу.

Проводив взглядом, как Гленн увез его семью, Хью выждал пять минут, после чего приложил к стеклянной двери сложенный кусок брезента, и Келли ударила палкой. Звон разбитого стекла получился невероятно громким, и оба присели на корточки в темноте, ожидая реакции. У Хью бешено колотилось сердце. Он испытывал ребяческий восторг, словно подросток, сотворивший какую-то пакость. В старших классах школы они с двоюродным братом отрывались по полной – били окна, угоняли велосипеды, обтрясали яблони: ничего умного и крупного, но это было частью его прошлого. И вот сейчас Хью ощутил то же самое сладостное чувство опасности, и хотя он понимал, что это дело серьезное, он упивался этим чувством. Оно разлилось по всему телу, заставив его прочувствовать себя живым.

«Все это ради моих близких», – подумал Хью, стараясь оправдать свои действия. Наверное, то же самое думал и тот тип с ружьем. Но есть границы, которые можно переступать, и границы, переступать которые нельзя. Понимание того, где проходят эти границы, наполняло Хью силой.

Просунув руку внутрь, он нащупал ручку, откинул засов и толкнул дверь. Внутри царила кромешная темнота. Келли уже включила фонарик на телефоне Гленна, и слабый луч выхватил захламленный коридор, заваленный коробками с папками и рассыпанными листами бумаги. Хью постоял, ожидая какой-либо реакции. Он мысленно представил себе огромную псину, которая выскакивает из теней и набрасывается на них, обнажив страшные клыки, жаждая крови.

– Эй? – шепотом спросил Хью. Ничего.

– Эй! – крикнула Келли. – Есть кто-нибудь дома?

Вздрогнув от ее громкого крика, Хью затем внимательно прислушался. Никаких признаков жизни не было.

Келли первой двинулась по коридору. Она открыла дверь в небольшое помещение. Судя по всему, это была мастерская: повсюду разбросан электроинструмент, коробочки с винтами и крепежом, промасленные детали. Поводив лучом света, она остановилась на настенном календаре с обнаженной женщиной, которая сидела на капоте спортивной машины, широко расставив ноги.

– Давненько я таких не видел, – пробормотал Хью. Он полагал, что подобные календари давным-давно канули в прошлое.

– По крайней мере, таких откровенных, – согласилась Келли.

Она прыснула, Хью хихикнул – короткое, но желанное мгновение веселья.

Келли прошла через мастерскую и открыла следующую дверь. Хью последовал за ней, держась близко, стараясь совладать с собой. Он с трудом сдерживал странную смесь возбуждения и изумления по поводу того, что они с Келли действительно этим занимаются. Келли остановилась в дверях, и Хью через ее плечо заглянул в следующее помещение.

Это была просторная контора с двумя письменными столами, заваленными бумагами, и зоной отдыха с диваном, низким столиком и кофеваркой. В неопрятном помещении пахло свежей краской, на стенах висели красивые картинки.

Келли стояла неподвижно, направив луч фонарика вперед и вниз.

– Смотри, над столом, – прошептал Хью. Там был металлический шкафчик, вне всякого сомнения, с ключами.

– Другая стена, – сказала Келли.

Хью посмотрел в ту сторону. Три мигающие красные лампочки. Без звука.

– Сигнализация? – спросил он.

– Полагаю, она уже сработала. Наверняка подключена к ближайшему полицейскому участку. – Обернувшись, она ослепила его лучом света. – Хью, уходим отсюда. Если нас схватят, что станется с детьми?

– Не схватят. Мы уже выяснили, что сейчас полицию занимают более важные вещи.

– Ты уверен?

Нет, он не был уверен, по крайней мере на все сто. Но он протиснулся мимо Келли и подошел к шкафчику. Шкафчик оказался не заперт, и внутри висели штук тридцать ключей, по большей части с брелками сигнализации. Схватив пригоршню ключей, Хью сунул их в карман.

– Отлично.

Келли бегом пересекла мастерскую и коридор и, выскочив в разбитую дверь наружу, выключила фонарик. Хью последовал за ней, споткнулся о порожек и едва не растянулся. Они остановились и прислушались. По шоссе, скрытому зданием, проезжали машины, споласкивая светом растущие вдоль стоянки деревья. Никто не сбавлял скорость.

– Мы же собирались оставить… – начал было Хью, вспоминая про имена, адреса, номера телефонов и записки с извинениями.

– Твою мать! – остановила его Келли. – Мы это сделали, и теперь…

– Уходите прочь! – раздался крик. Он донесся сзади, из здания, местонахождение источника было неизвестно. Голос был таким громким и пронзительным, что казался бесполым. – Уходите прочь, уходите прочь, уходите прочь!

Хью вздрогнул, у него по спине пробежала холодная дрожь. Он не мог сказать, случалось ли с ним такое прежде; он всегда считал, что это лишь ничего не значащее образное выражение. У него оборвалось все внутри, затылок вдруг стал таким беззащитным. Схватив Келли за руку, он побежал.

– Уходите прочь, уходите прочь! – Крик преследовал их.

Хью попытался представить, где прятался неизвестный и не прошли ли они мимо него (или нее), сидящего на корточках за столом или притаившегося в шкафу. Он постарался прогнать эту мысль.

– Уходите прочь!

Достав на бегу ключи, он начал нажимать кнопки на брелках. Первой машиной оказался седан. Он моргнул фарами, но, к счастью, писка сигнализации не последовало. Машина хорошая, но Отису в ней места не найдется.

Вторым оказался пятилетний «Джип-чероки».

Оба без слов бросились к нему. То, что нужно. Выхватив у Хью ключи, Келли прыгнула за руль, и пока он еще открывал другую дверь, двигатель уже ожил. Учащенно дыша, Келли, не зажигая фар, проехала в узкие промежутки между другими машинами, никого не задев.

– Ядрит твою мать! – пробормотала она. – Что это было, блин?

– Он нас перепугал, – ответил Хью.

– Кажется, мне нужны чистые трусики.

– Кажется, я тоже обдулся.

Их смех прозвучал нервно, надрывно. Включив фары, Келли выехала на шоссе. Оба задыхались, но Хью также балдел от восторга. Они сделали что-то вместе. С годами житейские заботы развели их в стороны, медленно, незаметно, но неотвратимо, как движение часовой стрелки. В какой-то момент Хью осознал, что они больше уже не делают вместе ничего значительного. Однако в настоящий момент их отношения снова стали молодыми и свежими. Рискованными. Опасными. Хью никак не ожидал, что это чувство доставит ему такое наслаждение.

– Горючего в обрез, – заметила Келли.

– Так, проблемы решаем по очереди. Сначала забираем детей.

– Да, полагаю, мы с тобой теперь преступники, – сказала она.

– Самые разыскиваемые в Великобритании. – Хью потянулся к радиоприемнику. – Хочешь, я сейчас?..

Вздохнув, Келли кивнула. Быть может, она также не хотела прерывать это мгновение. Однако прятаться от правды было нельзя.

Хью включил радио.

– …в германском регионе Шварцвальд, и уже имеются неподтвержденные сведения о происшествиях в Швейцарии и на юге Франции. Как уже отмечалось выше, официальных подтверждений этих контактов пока что нет, однако ситуация развивается настолько стремительно, что именно социальные сети становятся источником самой свежей информации. Очередное заявление премьер-министр должен сделать где-то через двадцать минут, но до того времени…

Хью выключил радио. Какое-то время они ехали молча, пытаясь унять сердцебиение, дожидаясь, когда дыхание снова станет нормальным. Через пару минут они увидели «Ленд-ровер» Гленна на стоянке перед кафе, у самого выезда, с зажженными фарами. Кафе было закрыто, на стоянке других машин не было. Келли остановилась рядом. Прежде чем опустить стекло, она оглянулась на мужа.

– Они распространяются быстрее, – сказал тот.

– Мы не успеем, – прошептала Келли. – Это так далеко. Мы не доберемся до Шотландии.

– Будем ехать столько, сколько сможем. – Хью кивнул на Гленна, который высунулся из машины, желая что-то сказать.

Вздохнув, Келли опустила стекло.

– Ну, как все прошло? – спросил Гленн.