Тим Каррен – Зомбячье Чтиво (страница 65)

Подожди, просто подожди, парень, потому что оно надвигается, и ты знаешь, что оно надвигается. Что-то должно произойти. Приготовься.

Теперь над землей сгустился совершенно белый туман, который, казалось, поднимался из кратеров, пробоин от снарядов и неровных канав. Сначала он в панике подумал, что это газ, но газ никогда не был таким идеально белым, цвета свадебного кружева. Примерно в то время, когда он докурил сигарету, он начал слышать звуки там, в поле. Похоже на шепчущие голоса.

Были ли это люди, такие же как он, крадущиеся, или...

Он слышал, как по грязной земле ступают ноги, шлепают по лужам, погружаются в грязь и снова поднимаются. Далеко-далеко, и они двигались в его направлении. Сглотнув, он почувствовал внезапную тяжесть в груди, холодное покалывание в позвоночнике и что-то вроде электрического тока в костях.

Теперь ближе.

Он их не видел, но знал, что они там. Он почувствовал запах гниения, теплый и дрожжевой, но он мог исходить откуда угодно, из дюжины непогребенных мертвецов. Это не означало, что... то, что было снаружи, не было человеком. И все же – все же – он был уверен, что то, что пришло на зов, не было потерявшимися солдатами, ползущими по разрушенным остаткам траншей.

Это было что-то другое.

Что-то, что было не отступлением, а... охотой.

Он услышал звук, совсем рядом, как будто кто-то дышал через нос с быстрым хриплым вдохом. Звук, похожий на то, как кто-то принюхивается, словно животное, пытаясь учуять добычу, идущее по следу.

Крил почувствовал жар, а потом холод во всем теле. Его кожа покрылась каплями пота, и в животе что-то скрутилось от страха.

Что-то приближалось к нему.

Он скоро это увидит.

Оно приближалось со стороны горы.

А потом он действительно увидел это и, возможно, он смотрел на это в течение некоторого времени, потому что там, на вершине хребта, в почти идеальной полосе лунного света было то, что он сначала принял за высохшее мертвое дерево, уходящее корнями в землю... но оно двигалось и выглядело, во всяком случае, как марионетка: скелет, сломанная кукла, скрученная в талии, голова низко опущена на одно плечо, волосы как вялая паутина, конечности свисают, как живые палки.

Оно принюхивалось.

- Где ты прячешься? - раздался женский голос, переходящий в визгливый сухой скрежет, как будто железом скребли по бетону. - Я знаю, что ты там... Я чувствую твой запах.

Ее лицо было обесцвеченным и бескровным, изрытым кратерами и осунувшимся, как темная сторона луны. Он видел ее глаза - горячие, цвета тлеющих углей - сканирующие пейзаж, ее пальцы подергивались, когда принюхивалась.

- Здесь, - сказала она. - Я чувствую его запах... Он здесь.

Вокруг нее поднялись фигуры. Дюжина, потом две дюжины – призраки, дети-призраки, чьи лица в лунном свете казались белыми, как светящиеся бумажные фонарики. Куклы в рваных саванах, сквозь которые торчат перекладины из блестящих костей, их шепчущие голоса были чуть тише жужжания мух.

- Найдите его! - приказала женщина.

Они погрузились в туман, как пловцы, погружающиеся в воду, только они не исчезли. Они стояли на четвереньках, обнюхивая землю, как гончие, ползли вниз, как муравьи, по склону холма. Крил, охваченный безграничным ужасом, смотрел, как они приближаются, двигаясь, как неуклюжие насекомые, извергая густые глотательные звуки.

Несколько человек прошли совсем рядом с ним, и дело было не в том, найдут ли они его, а в том, когда его найдут. Это было оно. Все висело на волоске, и он болезненно осознавал этот факт. Погибнуть от обстрела или пули снайпера – это одно, но быть убитым этими... этими детьми – это совсем другое. Он будет раздавлен до костей. Они будут сосать его кровь и костный мозг, плавать в его внутренностях и купаться в крови из разорванных артерий.

В отчаянии он попробовал самый простой трюк из описанных в книгах. Его рука нашла камень, который был совершенно гладким, потертым, как будто он пролежал на дне реки много-много лет. Он почувствовал его вес в своей ладони, взвешивая его. Он бросил его через плечо со всей силы и услышал, как тот ударился обо что-то, а затем всплеск.

Из тумана вынырнула дюжина голов, увитых мухами.

- Там! - позвала старая ведьма с гребня. - Вот он где!

Она присоединилась к погоне и прошла в пяти футах[16] от него. Когда все они скрылись в тумане, он взбежал на гребень и спустился с другой стороны; бежал, спотыкаясь и переплывая затопленные воронки от снарядов. Он бросился вниз и упал на промокший труп, который превратился в хлещущую белую жижу под ним. Вонь была едкой и зловонной, но он не осмеливался закричать.

Ибо издалека он услышал каргу:

- Найдите его! Приведите его ко мне! Я хочу Крила! Он один из наших...

18. Блиндаж

Когда Крил очнулся, на нем были чьи-то руки. Человеческие руки. Лицо в тени сказало ему:

- Полегче, приятель. Мы нашли тебя там и перенесли сюда. Теперь тихо. Вокруг патрули гуннов.

Последнее, что он мог вспомнить, были те ползущие дети, а потом он долго бежал, прятался, полз на животе, обезумев наполовину, если не до конца. Должно быть, он потерял сознание. Что-то еще. Он не мог вспомнить. Только пронзительный голос...

Я хочу Крила! Он один из наших...

...он резко выпрямился, обливаясь потом, дрожа, будто в лихорадке. Его зубы стучали, и к его губам прижали фляжку с ромом. Он успокаивался с каждым глотком, дыхание замедлялось, морщины и неприглядные складки разглаживались, словно простыни на неубранной кровати. Даже в полумраке он понял, что все еще находится в 12-м Мидлсекском, потому что там был сержант Кирк, стоявший у орудийной щели в стене блиндажа и осматривавший местность.

- Как ты сюда попал, Крил?

Бёрк... О Господи, Бёрк.

- Я не знаю. Обстрел... взрывы... повсюду были тела... Я не знал, в какую сторону идти.

- Не ты один, - сказал один из солдат.

- Что это за место?

- Это блиндаж, - сказал Кирк. - Старый кавалерийский пост, который гунны захватили прошлой зимой.

- Как далеко мы от наших позиций?

- Трудно сказать, - ответил Кирк. - Боюсь, наши позиции разрушены. Могу предположить, что мы в нескольких милях оттуда.

С Кирком было двое мужчин: рядовые Джеймсон и Говард, оба молодые, оба напуганные, оба выглядели так, словно их рты были заполнены чем-то, что они не могли проглотить. Приближался рассвет, и блиндаж медленно начал наполняться мягким голубоватым светом. Блиндаж был более или менее цел, хотя дальняя стена обвалилась, как будто в нее попал тяжелый снаряд. Остальное было засыпано мешками с песком, крыша из хвороста была сильно завалена бревнами. По полу были разбросаны обломки, в углу валялось несколько крысиных скелетов.

- Сегодня вечером, - сказал Кирк. - После наступления темноты мы двинемся в путь. А до тех пор нам лучше сидеть тихо.

Когда снаружи посветлело, Крил выглянул в дверной проем, и то, что он увидел, было не более чем опустошенным пейзажем, как и любая местность во Фландрии. Он увидел линию глубоких вырубленных траншей и укреплений из мешков с песком, протянувшихся вокруг блиндажа, некоторые из них обрушились, большая часть была затоплена. За траншеями было просто плоское пространство, усеянное воронками от снарядов, несколько пней, поднимающихся вверх, что издалека выглядело как уцелевшая труба каменного дома.

Больше ничего, кроме нескольких скелетов, торчащих из воды, и одинокого черепа, насаженного на нож и воткнутого в один из мешков с песком, как какой-то страж.

- Прошлой ночью мы нашли двух гуннов, - сказал Говард. - С них содрали кожу. Все до самых мышц.

Сержант Кирк шикнул на него, проворчав об ужасных историях, чепухе и медленной деградации британской армии.

Крил задумался, какие еще истории знал Говард. Или Джеймсон. Или Кирк. Потому что за все время они должны были хотя бы услышать разные странные вещи, а то и увидеть их. Даже у него самого могло быть несколько встреч с ходячими мертвецами, не то что у самих солдат.

Но он должен был спросить себя: Ты уверен? Ты уверен, что это не что-то более личное? Эта штука прошлой ночью назвала твое имя, и ты знаешь, что это было на самом деле. Не утруждай себя притворством или самообманом, говоря, что это были галлюцинации. Ты знаешь. Мертвые знают тебя. Может быть, все эти поля сражений, по которым ты шнырял все эти годы, все кладбища, на которые ты заглядывал... может быть, они претендуют на тебя...

- С вами все в порядке, мистер Крил? - спросил Джеймсон.

- Да, - oн вытер пот с лица. - Мне станет лучше, когда мы вернемся к нашим позициям.

- Не только тебе, приятель.

Крил прокрался в траншеи вместе с Кирком, чтобы осмотреться получше, но там было мало что видно, кроме изрытого поля боя и массы колючей проволоки, сгрудившейся вокруг зарослей обнаженных деревьев. В полевой бинокль Кирка он увидел, что здесь велась крупная операция, судя по воронкам от бомб и изрытой земле, а также стреляным гильзам в грязи. Удивительно, но в зарослях была по меньшей мере дюжина скелетов, запутавшихся в проволоке или заброшенных прямо на деревья, пронзенных ветвями. Это было ужасное, пугающее зрелище, и Крил чувствовал, что оно еще долго будет преследовать его. Когда поднялся ветер, из леса скелетов донесся низкий стон, звук ветра, проходящего через полые черепа и грудные клетки. Это звучало так, как будто кто-то дул на горлышко бутылки... или десятки бутылок.