Тилли Коул – Обретённая красота (страница 4)

И в свою очередь я подписал себе смертный приговор.

«Я хочу уйти», — я встретился с яростным взглядом Таннера. «Хочу уйти к чертям из этой жизни».

«Война приближается», — медленно сказал он, словно я был идиотом. «Расовая война приближается, черт возьми».

Я рассмеялся. Чертовски рассмеялся. «Нет никакой расовой войны, Танн. Это все чушь». Я читал некоторые книги Карлоса. В тюрьме я не был тем парнем из трейлерного парка, который был обязан Ку-клукс-клану своей преданностью, слепо следуя за ними в перестрелках и убийствах. Я наконец-то впервые за пять лет включил свои гребаные мозги и понял, что все это было куском дерьма. Щека Таннера дернулась от раздражения. «Ты самый умный человек, которого я когда-либо знал. Ты знаешь, что все это чушь; ты должен это сделать. Проснись нахуй!»

Таннер покачал головой, словно собирался спорить. Но он не стал. Он не мог. Потому что знал, что я прав. Нас кормили расистским дерьмом, пока в наших жилах не потекли белые и красные цвета Ку-клукс-клана. Мексиканцы, черные, евреи и геи были ничем, крысами, которых нужно было уничтожить. Загрязнением мира и белой расы, которая правила безраздельно. Я жил этим, дышал этим, пил гребаный Kool-Aid, убивал, избивал и плевал на всех, кто не был похож на нас.

Я дрался на улице рядом с Лэндри, нашим лидером, пока не погиб черный парень. Мой приговор за мою часть — пять лет. Вышел через три за «хорошее поведение». По правде говоря, это было потому, что на нашей стороне был влиятельный Волшебник — самый влиятельный в Техасе, черт возьми, в США. Лэндри не сильно отстал бы от меня. Его бы никогда не посадили изначально, но нас арестовал черный коп, дело превратилось в новости, и нам пришлось играть в игру. Никому не разрешалось знать, кто был старшим братом Лэндри.

Кем на самом деле был старик Таннера?

«Мы едем на ранчо-митинг». Таннер выехал обратно на дорогу. Радио включилось. Музыка гремела, и казалось, что она становилась громче с каждой милей, которую мы проезжали к ранчо Спайсвуд.

Он пойдет туда.

Закончи там, где все началось.

«Просто знай, что я люблю тебя, как брата», — сказал я сквозь музыку. Я даже не был уверен, что Таннер меня услышал. «Все еще люблю. Ничто этого не изменит. Ку-клукс-клан или нет. Ты мой гребаный брат».

С того дня, как я приехал на ранчо, Таннер был там. С того дня он не отходил от меня ни на шаг. Мы были молоды по сравнению со многими другими. Было логично, что мы сблизились. Не знал, что присоединяюсь к Белому Принцу. Не знал, что дружба приведет меня во внутренний круг Остина Ку-клукс-клана. Настоящий брат, тот, кто был ценен.

Тот, чьим единственным выходом была смерть.

Таннер не ответил на то, что я сказал. Он ни разу не сказал ни слова, пока мы пересекали городскую черту Остина, ни когда мы катились по тропе ранчо Спайсвуд Ку-клукс-клана, где я слышал музыку и видел, как огонь лижет деревянные кресты.

В ту минуту, когда грузовик остановился, все глаза были устремлены на нас. Руки Таннера сжимали руль железной хваткой. Затем: «Я буду чертовски скучать по тебе, придурок». Таннер вылез из грузовика, и я понял, что у меня остались считанные минуты.

Это было странное чувство, знать, что ты собираешься умереть от рук людей, которые когда-то спасли тебе жизнь. Но больше всего меня удивило спокойствие в моих венах. Я предполагал, что всегда думал, что умру за этот Ку-клукс-клан. Просто никогда не думал, что это будет как дезертир.

Таннер открыл пассажирскую дверь, схватил меня за руку и выдернул из грузовика. Мои братья ринулись вперед, некоторые все еще были в капюшонах после митинга. Рука Таннера схватила меня за шею. «Блядь, он же не перебежчик», — сказал Таннер. Что за...? Он не дал мне времени показать свое потрясение, продолжая: «Брант, придурок, хотел засунуть Лэндри в задницу. Он так и не передал сообщение нашему парню Танку и солгал моему дяде. Только чтобы умереть, убив слабака-латиноса. Вот почему Танк опоздал. Он получил сообщение слишком поздно». Он сплюнул на пол, затем его рука потянулась к моему шраму. «Танка заточили из-за пизды, но он все равно сумел сразиться с Аароном, который это сделал, ушел, оставшись в живых, чтобы сражаться в предстоящей войне!» Братья кивнули головами, и я увидел гордость в их глазах. «Я передам Лэндри, что один из наших лучших белых солдат свободен и предан делу больше, чем когда-либо!»

Вокруг куклуксклановцев раздались радостные возгласы, а меня засыпали напитками, объятиями и словами «добро пожаловать домой». Я отступил назад и увидел, как Таннер схватил бутылку виски и направился к краю участка.

Твердая рука легла мне на спину. «Я знал это». Я поднял глаза и увидел Бо Айерса, младшего брата Таннера. Я узнал бы его хриплый голос где угодно. «Ты не предатель». Бо оглянулся на своего старшего брата. Они были совсем не похожи. У Бо были длинные каштановые волосы и карие глаза. А Бо Айерс был чертовой крепостью. Держался особняком. Рядом с ним не было никого, кроме брата. И меня иногда.

Прямо сейчас я слышал от брата больше всего с тех пор, как мы встретились. «Без тебя он уже не тот. Он в отпуске из армии всего на несколько недель. Как только он услышал, что случилось, он сказал всем, кому мог, что это чушь. Что он готов поспорить, что произошла какая-то ошибка». Бо неловко покачался на ногах, скрестив на груди свои массивные руки. «Мой брат всегда прав».

Чувство вины пронзило меня, густое и быстрое. Таннер доверял мне. Защитил меня.

Бо ушел, исчезнув в ранчо, держась подальше от всех остальных. Я огляделся вокруг в поисках Таннера, но его не было видно. Спиртное лилось рекой; «добро пожаловать домой» тоже лилось рекой.

Рука обхватила мою шею. «Танк!» — пьяный голос Кэлвина Робертса ударил мне в уши. Я поднял глаза и увидел, как вокруг меня собралась толпа моих братьев. Кэлвин поднял бутылку с ликером, чтобы привлечь всеобщее внимание. «Расскажи нам, что произошло в тот день. Когда ты, блядь, прикончил Кеона Уолтерса и его команду. Мы все слышали эти истории. Дрочил на описание гребаных убийств. Но мы хотим услышать это из твоих уст. Один из настоящих гребаных героев».

Кеон Уолтерс. Это имя пронзило мой череп. Кеон... Кеон... Кеон... Его лицо промелькнуло у меня перед глазами. Его избитое лицо. Ощущение его плеч под моей рукой и запах его крови, стекающей по полу...

«Что?» Ландри ответил на звонок. Мы ехали обратно после заключения сделки с Арийским Братством. Еще больше союзников для грядущей войны. Ландри повесил трубку, не сказав больше ничего. Но его лицо покрылось льдом, и он дернул руль, внезапно повернув направо. Его нога оказалась нажатой на газ.

«Что происходит?» — спросил я, и мое сердце забилось быстрее, поскольку я знал, что происходит что-то важное.

«Кеон и его команда где-то рядом с Марбл-Фоллс. Заключают какую-то сделку на нашей чертовой земле». Ландри был так полон ярости, что плюнул, когда заговорил. Я почувствовал, как знакомый жар ненависти разливается по моим венам, зажигая меня изнутри. Моя нога подпрыгивала, зудя от предстоящей драки, которая, как я знал, должна была наступить.

«Брант только что позвонил. Они уже там, ждут нас». Кивнув, я полез в джинсы и вытащил нож и пистолет. Мои плечи напряглись, глаза огляделись вокруг, пока Лэндри разгонял свой грузовик до максимальной скорости.

Кион Уолтерс был куском дерьма. Пытался зайти на нашу землю и торговать оружием из-под нас. Я взглянул на Лэндри. Его лицо было красным как свекла. Кион Уолтерс облажался три месяца назад, когда вырубил лучшего друга детства Лэндри. Рою Харрису прострелили голову.

Пистолет был у Киона Уолтерса.

Лэндри ждал этого дня.

«Пятеро», — сказал Ландри, явно имея в виду, сколько людей Кеона заключали сделку. «Черный ублюдок тоже там». Ландри улыбнулся. Это была самая холодная, мать ее, улыбка, которую я когда-либо видел.

Мое сердце забилось быстрее, волнение при мысли о том, что Кеон умирает медленной и мучительной смертью под нашими белыми руками, заставило мой член затвердеть. Я крепче сжал нож, засунув пистолет за пояс джинсов. Минуту спустя я выпрыгнул из грузовика в гребаный хаос. Брант и Чарльз мчались через заднюю улицу, стреляя в команду Кеона, которая укрывалась за мусорными контейнерами. Пуля попала в Чарльза, и его тело рухнуло на пол.

Я взглянул вниз, увидел его широко раскрытые глаза и пулевое ранение в голове. Мои руки сжали нож так крепко, что я чуть не сломал чертову рукоятку. «Пизда!» — зарычал я и побежал через улицу. Я добрался до первого ублюдка, прежде чем он даже успел убежать. Я вонзил нож в его татуированную шею и наблюдал, как он падает на землю, цветная бандана его команды упала рядом с ним.

Я перешел к следующему придурку, вытащил пистолет из джинсов и послал пулю прямо в сердце этого нечистого ублюдка. Я улыбнулся, холодной чертовой улыбкой, когда его глаза сцепились с мной, а кровь капала из его рта. Последнее, что он когда-либо видел, был брат Ку-клукс-клана, улыбающийся ему, пока он высасывал жизнь.

«Танк!» Я резко повернул голову к дальней стороне мусорного контейнера. Ландри боролся, чтобы удержать одного из ублюдков в своей хватке. Чем ближе я подбегал, тем быстрее бился мой пульс. Кион Уолтерс. Рядом со мной появился Брант — изрезанный, раненый, но продолжающий сражаться. Он также вытащил пару этих ублюдков.