Тилли Коул – Объятая тьмой (страница 57)
Я покачал головой.
«Стикс! Ты должен это прочитать.
Я видел, как Кай нахмурился, недоумевая, что, черт возьми, происходит, и с чего это Мэй вдруг закричала, когда она, черт возьми, никогда не повышала голос. Я никому не говорил, что читал это. Даже Мэй... хотя, по-видимому, она знала. Сучка всегда читала меня лучше, чем кто-либо другой.
«Аделита...» — прошептала Мэй и покачала головой, прижимая дневник к груди. Ее глаза наполнились слезами. «Это Аделита, Стикс». Я не знала почему, но от тона Мэй мой пульс забился как чертова пушка. Я опустила взгляд на дневник в руках Мэй. «Это она...» — сказала Мэй, и слеза скатилась по ее щеке. И тогда я поняла. Я знала, что она, черт возьми, говорит.
Я не знал, что за хрень на меня нашла. Какая-то глубокая ярость, которую я никогда раньше не чувствовал. Какое-то чертово унаследованное обещание матери врезалось в мои чертовы кишки. Но я посмотрел на Кая и поднял руки.
«Что, черт возьми, происходит?» — спросил Кай. Танк выглядел таким же сбитым с толку.
Кай и Танк вышли из кабинета, а я схватил Мэй за руку, прижав ее к груди. Я обнял ее и поцеловал в голову. «Ты должен спасти ее, Стикс. Ты должен вернуть ее домой».
«Т-Таннер тоже ушла. Г-ушла за ней».
Мэй отстранилась и положила руку мне на щеку. «Нет...» — прошептала она. Ее лицо изменилось с грустного на чертовски решительное.
Чистая ебучая сука Палача прямо там. И она была ебучая моя.
«Тогда верни их обоих, детка. Туда, где им самое место. Это меняет все. Для тебя... Для Харона... Для нее...» Я взял Мэй в рот, поцеловал ее до чертиков. Когда я отстранился, она повторила: «Спаси их. Эту ужасную несправедливость нужно исправить».
Тридцать минут спустя я ворвался в церковь, движимый чертовой раскаленной местью. Мой филиал сидел в передней части комнаты, другие филиалы занимали все остальное пространство. Я, черт возьми, не сидел. Я шагал. Затем я встал перед ними всеми, убедившись, что все глаза обращены на меня. Я, черт возьми, позволил огню в моих венах вести меня. Кай не задавался вопросом, что, черт возьми, происходит. Мой вице-президент стоял рядом со мной и говорил за меня, когда я расписывался.
«Что происходит?» — спросил АК.
«Мы едем в Мексику». Я встретился взглядом с каждым из моих братьев. «Мы едем на чертову войну».
*****
Тусклый свет фар грузовика был единственным, что освещало пространство. Я сидел спиной к стене. Кай сидел напротив меня. Мы все держали «Узи». Танк был рядом с Кай. АК и Смайлер заняли переднюю часть — мне было плевать на запрет Смайлера. Брат был чертовски полон мести, как и я. Он был одним из лучших бойцов, которые у нас были. Он, черт возьми, заслужил это, Рокс, будь он проклят. АК и Смайлер будут первыми, кто уйдет. Викинг, Хаш, Ковбой, Бык и Пламя заняли остальную часть кабины.
«Как только дверь откроется, мы, блядь, стреляем», — сказал АК, его голос был тихим, чтобы ни один ублюдок не услышал. Он проверил свой GPS. «Пять минут». Затем напряжение внутри грузовика росло по мере того, как минуты тикали. Моя нога, блядь, стучала по полу. Я практически чувствовал вкус крови, которую собирался пролить. Я слышал крики пизд, которых собирался порезать.
Мы были в грузовике для торговли людьми. Тень организовал это. Как гребаный троянский конь, мы пробирались через вражеские линии в грузовиках, которые везли их рабов в их лагеря. Тень, Чавес и Дьяблос были в другом грузовике. Другие отделения Палачей прятались в остальных. Дьяблос разрушили лагерь, в котором находились грузовики, убили всех до единого ублюдков из Ку-клукс-клана, которые им управляли. Освободили сук и дали нам грузовики.
План по уничтожению Ку-клукс-клана и картеля был прост. У всех нас в этой жизни были враги. Кинтана не был исключением. В наркоторговле от захвата власти тебя всегда отделяла одна резня. Тень дал мне имя ублюдка, который хотел заполучить то, что было у семьи Кинтана. Он пытался уничтожить их годами. Фарон Вальдес. Мы связались...
Остальное было чертовски легкой прогулкой.
Ку-клукс-клан — все, кроме лидеров — разбили лагерь в одном месте. Их материнский лагерь по торговле людьми в Мексике. Это сделало этих ублюдков легкой добычей. Вальдес захватил бы картель. Я посмотрел на часы. Он бы уже сделал свой ход.
Мы собирались напасть на Ку-клукс-клан.
Грузовик качнулся и остановился. Я схватил свой «Узи». Я почувствовал, как чертовски знакомый прилив адреналина пронесся по мне. Война. Ничто, черт возьми, не сравнится с этим. Я позволил словам из дневника моей матери заполнить мою голову. Я позволил им, черт возьми, разжечь огонь в моем сердце, пока он не раздул мои вены и не заставил меня хотеть только одного — видеть, как нацисты падают на чертову землю под моими пулями и немецким клинком.
Раздался стук в бок грузовика — сигнал от водителя, получившего деньги, о том, что дверь сейчас откроется.
АК поднял руку, наш бывший снайпер спецназа показал дорогу. И мои глаза сосредоточились на двери. Замок отщелкнулся, и в ту секунду, как дверь поднялась, АК выскочил из грузовика и открыл гребаное море огня. Через несколько секунд мы были позади него. Нацисты немедленно начали падать перед нами. Мой пульс бился все быстрее и быстрее, чем больше падали ублюдки, кровь собиралась на земле под ними и текла у меня под ногами. Грузовик за грузовиком открывались, и наши братья вываливались наружу. Грузовики со всех гребаных направлений въезжали в лагерь, двери распахивались, мои братья вываливались наружу, как гребаные демоны. Дьяволы и гребаные Палачи роились на этих ублюдков, когда они начинали стрелять в ответ.
«Я иду на возвышенность», — сказал АК рядом со мной, когда я выстрелил светловолосому гиганту прямо между гребаных глаз. Я кивнул, и он скрылся за темным зданием. Пули летели со всех гребаных направлений. Палачи и порезы Диабло тоже начали падать на землю. Это нас не остановило.
Я осмотрел территорию в поисках своего отделения. Кай, Танк и Булл, Хаш и Ковбой стреляли из своих Узи справа, поражая цели. Вайк и Радж были вместе слева от меня, делая то же самое. У Флейма в одной руке был нож, в другой — Узи, и он рубил ублюдков, которых он подстрелил первым. Смайлер был дальше всех впереди. Глубоко среди Ку-клукс-клана, которые гребаными волнами выливались из зданий. Брат стрелял, затем использовал свой нож, чтобы отрезать пальцы, языки, уши... все, что он мог, прежде чем сбить другого. Он сходил с ума... но у него было гребаное право.
Увидев справа клановца, я послал пулю ему в голову. Еще трое упали от моих пуль. Затем я заметил впереди что-то похожее на штаб-квартиру. Насвистев Ки и Танку, я указал на здание. Ку-клукс-кланы быстро отступали. Нас было слишком много, чтобы они могли взять нас без поддержки картеля. Я прочесал местность в поисках картеля — нигде, черт возьми, не было видно.
Похоже, Вальдес не выполнил свою часть сделки.
Пробив себе дорогу сквозь атакующих нас ку-клукс-клановцев, я проложил путь к штаб-квартире. Гигантская свастика, висевшая снаружи, делала очевидным, что именно здесь и происходит всякое дерьмо. Придурки. Всегда делали так, чтобы их было легко вычислить. Никогда не знал, как просто заткнуться со всем этим нацистским дерьмом.
Добравшись до фасада здания, я убил выбежавшего ублюдка — выстрелом прямо в сердце. Он упал к моим ногам, и я плюнул в его уродливое, гребаное, белое лицо. Я встал сбоку от здания; Тэнк и Кай сделали то же самое. Кивнув Ки, я разбил дверь и начал обыскивать комнаты. Ничего. Здесь не было ничего, блядь.
Внезапно справа от меня раздался выстрел. Пуля задела мою руку. Я взглянул на рану — ублюдок пустил кровь. Разозлившись, я рванул в том направлении. Я сбил ублюдка с ног, как только он спрятался за дверью. Взяв свой немецкий нож, я полоснул его по бедру. В тот момент, когда его пистолет выпал из его руки, я схватил ублюдка за шею и поднял на ноги. Вытащив нож, я приставил его к его горлу и швырнул в основное тело здания. Кай и Танк вбежали внутрь.
«Пусто. Никого из лидеров здесь нет», — сказал Кай.
Танк посмотрел на херню, пытающуюся вырваться из моих рук. Он улыбнулся, но это была всего лишь кровожадная гребаная усмешка. «Китон Браун».
Этот придурок в моих руках попытался бежать к Танку. Я отпустил этого ублюдка, и Танк врезал кулаком в лицо нациста. Он повалил его на землю. Танк поднял его и держал неподвижно. Подойдя к нему, я вонзил свой немецкий клинок прямо в плечо ублюдка. Он закричал, и я убедился, что смотрю в его гребаные глаза, когда я это делал.
Вытащив нож, я кивнул Ки. Ки сбил нациста с ног. Ублюдок растянулся на полу, застонав. Братья начали входить через дверь. Булл опустил пистолет, когда понял, что это мы. Вайк, Радж, Смайлер, Пламя, Ковбой, Хаш и АК тоже вошли. Они были покрыты кровью и опутаны проводами от своих убийств.