«Скажи мне, на кого, черт возьми, ты работаешь?» Он дернул голову нападавшего за волосы.
Нападавший вызывающе улыбнулся, его зубы были в крови. Это только больше разозлило Таннера. Взяв нож, он вонзил его в плечо нападавшего. Мужчина побледнел. Таннер вытащил нож, приложил рот к уху мужчины и повторил: «Скажи мне, на кого, черт возьми, ты работаешь».
Заметив булавку на костюме нападавшего, я вышел из-за деревьев. Рот мужчины скривился от отвращения, когда он увидел меня. Я подошел к нему и встретился с ним взглядом. Я бросил взгляд на Таннера и увидел удивленное выражение на его лице. «Вальдес», — сказал я и сорвал булавку с его костюма. Я протянул ее Таннеру, показывая ему эмблему, которую я слишком хорошо знал. «Он работает на Вальдеса». Вальдес был самым большим противником моего отца. Я не был удивлен, что все это произошло из-за него.
«Ты ебаная сука!» — прорычал нападавший. «Ты умрешь. Вся семья Кинтана умрет...»
Прежде чем он успел закончить угрозу, Таннер полоснул ножом по его горлу. Кровь хлынула из раны. Я наблюдал, как он умирает, с отстраненным интересом. Я вырос с угрозами, смертью и кровью, которые были частью моей жизни. Вид смерти не преследовал меня по ночам. В эти дни он вообще едва ли вызывал у меня какую-либо реакцию.
Когда мужчина упал на колени, Таннер ударил его по спине своим тяжелым ботинком и отправил его падать на пол, в то время как его тело истекало кровью.
«Ты понял, что он сказал?» — спросил я. Конечно, мужчина говорил по-испански. Таннер покачал головой. Я нахмурился. «Тогда почему...»
«Мне не понравился его гребаный тон». Таннер лишь на мгновение выдержал мой вопросительный взгляд, прежде чем наклонить голову и отойти от меня. «Нам нужно двигаться».
Но когда я следовал за ним на холм, к безопасному дому, все, о чем я мог думать, было то, почему он решил убить этого человека тогда. Почему, когда он говорил со мной так плохо, Таннер оборвал его слова? Таннер ненавидел меня. Ненавидел мексиканцев, ненавидел мою семью. Почему его должно волновать, что кто-то плохо отзывается о нас?
Мне не понравился его гребаный тон.
Я видел лицо Таннера, когда он смотрел на этого человека. Я видел, как он рычал, когда этот человек плевался в меня своей злобой. Я видел, как напряглись его мышцы на шее от агрессии, проявленной по отношению ко мне... и я видел эту вспышку ярости в его ледяных голубых глазах. В покрывале голубого лунного сияния я видел, как Таннер убивал в гневе... и казалось, что он был зол на то, как нападавший угрожал мне.
Мы прошли оставшуюся милю молча. Но Таннер держался рядом, и хотя он больше не брал меня за руку, он продолжал оглядываться на меня. Его руки сжимались в кулаки, затем расслаблялись, только чтобы сделать это снова. Его плечи были напряжены, а раненая рука опущена, как будто боль усиливалась. Я не мог разглядеть большую часть его травмы в этой темноте, но я знал, что она была серьезной. Пистолет висел у него на груди, готовый к использованию в любой момент.
Я прокрутил в памяти, как он убил нападавшего. Как этот человек так легко сдался. Меня больше не удивляло, что Таннер Айерс был наследником Ку-клукс-клана. И я знал, что в последующие годы, когда он придет к власти, любой, кого они сочтут нижестоящим, не будет в безопасности.
Таннер проталкивался сквозь густую листву. Он остановился как вкопанный, и я понял, что мы достигли безопасного дома. Я последовал за ним, пока он тихо искал дверь руками. Было темно, как смоль, и дом был полностью скрыт от глаз кого-либо в лесу, на дороге. Безопасные дома моего отца всегда были такими. Непроходимыми. Крепости, спрятанные на виду.
Звук открывающейся двери отозвался эхом от окружающих высоких деревьев. Я услышал, как ночные птицы разлетелись в воздухе. Прохладный ветерок пронесся по моим волосам, заставив мурашки покрыть все мое тело. Я потер руки, пытаясь согреться.
Рука схватила меня за руку. Я подпрыгнул. Но я не испугался. По шершавым ладоням я понял, что это был Таннер.
Я не испугался.
Я знала, что мне следовало бы это сделать... но способность испытывать эти эмоции давно покинула мою душу.
Я позволил ему провести меня в безопасный дом. Звук закрывающейся за нами двери эхом отразился от каменных стен. Затем наступила тишина. Только тишина, если не считать того, что Таннер двигался. Окон не было. Но там были камеры, чтобы следить за теми, кто осмелился приблизиться. Таннер, должно быть, был знаком с такого рода установками. Возможно, у Ку-клукс-клана были такие в США.
Загорелась тусклая лампа, освещая круглую комнату. Мои глаза привыкли к свету, и я огляделся. Таннер сидел за несколькими мониторами, которые, как я догадался, были связаны с камерами снаружи. Синий оттенок от их экранов освещал его лицо. Там была кровь. Лицо и грудь Таннера были залиты кровью. И он держал руку, в которой была пулевое ранение.
Несколько участков не- Осталась окровавленная кожа. Я прищурился. Он выглядел бледным. Таннер Айерс был такой же крепостью, как и безопасный дом, который теперь защищал нас. Но его сжатые челюсти выдавали его боль. А его раненое плечо обвисло, когда он пытался включить камеры.
Я нашел металлический шкаф, который искал, на дальней стене. Достав все необходимое, я наполнил водой миску из кухни. Когда я подошел к Таннеру, я увидел, что камеры включены. Его глаза были прикованы к экранам, выискивая любую угрозу со стороны врагов. Я взял телефон и позвонил отцу.
«Адела?» — сказал он, его голос был таким же нейтральным, как всегда. Альфонсо Кинтана никогда не мог быть замечен взволнованным.
«Папа», — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал громко. «Мы в безопасном доме».
«Вы и Айерс?»
"Да."
Наступила тяжелая пауза. «Мои люди этим занимаются. Вас заберут, когда будет безопасно».
Я метнул взгляд на Таннера. Его голубые глаза были устремлены на меня. «И когда это будет?»
«Как-нибудь завтра», — сказал мой отец. Я закрыла глаза, но затем взяла себя в руки. «Оружие есть в обычных местах, принцесса. Если тебе нужно будет его использовать, не стесняйся. Ты хороший стрелок. Один из лучших».
Мой отец повесил трубку. Смысл его слов не ускользнул от меня. Если Таннер Айерс станет угрозой, у меня будет его разрешение убить его.
Бросив камеру на стол, я встретился взглядом с Таннером. Его огромное тело выглядело слишком тяжелым для места, которое он сейчас занимал. Его белая рубашка была испачкана кровью — я был уверен, что это был не первый раз, когда на его руках была кровь.
«Завтра», — сказал я, сбрасывая каблуки. «Мы застряли здесь на ночь». Я увидел, как на лице Таннера промелькнула короткая вспышка гнева. Но затем его глаза снова обратились к экранам. Он продержался всего две минуты, прежде чем бросил взгляд на свою рубашку. Он сорвал ее через голову здоровой рукой.
Он швырнул рубашку через всю комнату. Я не позволил себе взглянуть на его торс. Вместо этого я взял миску с водой и тряпку со стола. «Вставай». Голова Таннера резко повернулась ко мне. «Вставай», — повторил я.
Когда он этого не сделал, я потянулся вперед, чтобы схватить его за руку. Он схватил мое запястье меньше чем за секунду. «Если ты думаешь, что я позволю тебе прикасаться ко мне, ты заблуждаешься», — выплюнул он, прежде чем оттолкнуть меня.
Я встал перед ним. Наклонившись вперед, положив руки на подлокотники его сиденья, я опустил свое лицо всего в дюйме от его лица. Я пристально посмотрел в эти глаза, которые смотрели на меня с такой интенсивностью, что я почти потерял дыхание. Его ноздри раздувались, а его широкая татуированная грудь вздымалась от ярости или какой-то другой эмоции, которую он испытывал, когда я, скромный мексиканец, был так близко. «Ты прикрыт». Я провел пальцем по его лицу. Мое прикосновение оставило след на его коже. Я вытер кровь по его груди. Затем я переместил руку к огнестрельному ранению и медленно и твердо прижал палец к плоти.
Таннер прошипел, когда я надавил сильнее. «Ты весь в крови моих врагов». Я улыбнулся. «Тебе идет, Белый Принц. Скажи мне...» Я провел кончиком пальца по его руке, медленно, нежно... нежно, пока не достиг покрытого кровью пульса, который бешено бился на его шее. «Сколько раз на этой коже была мексиканская кровь?» Я наклонил голову набок, наблюдая, как гнев нарастает, окрашивая его кожу в красный цвет. «Кровь, как у меня? Моего народа?»
Таннер дернулся вперед, застав меня врасплох. Мои слова и дыхание оборвались, когда он выскочил из кресла, обхватил меня за шею и отбросил меня назад к ближайшей стене. Моя спина ударилась о бетон, но все, что я мог видеть, был Таннер. Видел темные татуировки ненависти, глядящие на меня, оскорбляющие меня. Затем его лицо оказалось в моем.
«Почему ты все время мешаешь? Почему ты вечно мешаешь? Всегда здесь? Рядом со мной, с этим гребаным ароматом, который ты всегда носишь?» Его зубы были стиснуты, а его рот был так близко к моему. Его хватка на моей шее не была крепкой, но она удерживала меня на месте, показывая, что он может убить меня, если захочет. Синева его глаз казалась ледяной в тусклом свете, зрачки лопнули от гнева.
И я улыбнулась. Я улыбнулась, когда его пальцы обхватили мою шею, а его грудь прижала меня к стене. Его руки сжались.
