Тилли Коул – Нетронутая суть (страница 17)
Хаш оттолкнул руку Ковбоя от бедра. «Не сейчас, блядь, Ауб».
Ковбой повернулся ко мне и улыбнулся, даже не смутившись ехидным комментарием Хаша. В груди потеплело. Я никогда не встречал никого, похожего на Ковбоя. Никогда не встречал никого столь свободного духом. Того, кто, казалось, просто хотел сделать всех счастливыми.
И я никогда не знал никого настолько закрытого, как Хаш. По крайней мере, для кого-либо, кроме Ковбоя. На самом деле, с Ковбоем он казался странно зависимым.
Я остановился у своего дома. Хаш открыл пассажирскую дверь и помог Ковбою выйти. Ковбой, пошатываясь, поднялся по ступенькам. Я погладил рукой свой мобильный в кармане, почти позвонив Ки, чтобы тот прислал доктора. Но потом я не хотел, чтобы Ки узнал о том, что Ковбой едет на Пеппер. Я не хотел давать ему повода забрать Хаша и Ковбоя с моего ранчо и заменить их кем-то другим. Мое сердце забилось при мысли об их отъезде. Прошло всего пару недель, но я привык к тому, что они рядом. Ковбой с его легким флиртом и двусмысленными подмигиваниями. И даже Хаш с его молчанием и постоянным хмурым видом.
Они заставили меня почувствовать себя в безопасности.
Для меня это было на вес золота.
Решив забыть о звонке, я поднялся по ступенькам и вошел в свой дом. Ковбой уже лежал на диване. Хаш помогал ему снять штаны и джинсовую рубашку, оставив его в джинсах и белой майке. Я ахнул, увидев синяки, которые уже начали проступать на его руке и плече. Его запястье было содрано от ожогов от веревки. «Ковбой», — прошептал я, мои глаза слезились. «Я не должен был позволять тебе ездить на Пеппере. Я... Я не думал...»
«Я хотел,
Хаш издал низкий звук в горле. Отвернувшись, он объявил: «Я пойду за велосипедом». Хаш вышел из дома, и я не мог сдержаться, но вздохнул. Я устал от его постоянного холодного плеча. Я сделал все, что было в моих силах, чтобы быть с ним любезным. Поговорить с ним. Но он не хотел иметь со мной ничего общего.
Факт, который мне пришлось принять... хотя сама мысль об этом пронзила мое сердце болью. Как будто Ковбой мог прочитать мои мысли, он сказал: «Он просто тихий,
Я пошла на кухню, взяла пару обезболивающих и стакан воды. Я протянула их Ковбою. Он опрокинул их, но потом нахмурилась, глядя на воду. «У тебя есть что-нибудь покрепче воды,
Я рассмеялся. «Эта ухмылка заставляет всех женщин выполнять твои приказы, да?»
Он наклонил голову набок. «Не знаю. Это заставит тебя отказаться от всего, что ты запланировала на вечер, и поиграть со мной в медсестру здесь, на этом диване?»
«Я ничего не планировал, как ты прекрасно знаешь», — вздохнул я, покачав головой, когда он похлопал по дивану рядом с собой.
«Ну, тогда у тебя нет оправданий». Я сел и наблюдал, как он делает глоток бурбона. Он протянул мне бутылку. «Напейся со мной, Сиа».
Я взяла у него бутылку, вздрогнула, когда он пошевелился и лег на диван, положив голову мне на колени. Я уставилась на него, потрясенная, глубоко дыша. На моих бедрах лежал мужчина. Я закрыла глаза, пытаясь отогнать воспоминания о последнем человеке, который сделал это со мной.
Как будто увидев войну у меня в голове, Ковбой спросил: «Ты хочешь, чтобы я подвинулся,
Мои глаза распахнулись. Мое сердце растаяло от искреннего взгляда в его глазах и от того, что он понял, что мне было тяжело.
Что он дал мне выбор.
«Нет», — прошептал я. Ковбой посмотрел на меня. Я одарил его дрожащей улыбкой и снял с его головы его «стетсон». Я положил шляпу на пол и опустил свою нервную руку ему на лоб. Ковбой закрыл глаза и вздохнул.
«Это чертовски приятно,
Моя рука дрогнула, когда я услышала эхо другого голоса в своем сознании.
Мое дыхание участилось, слишком потерянное в воспоминаниях о прошлом. Но я вырвался из кошмара, когда мозолистые пальцы обхватили мои и сжали. «Ты в безопасности,
Я посмотрел на мужчину, лежащего рядом со мной. Это было пустяковое дело. Просто крошечное, черт возьми, дело, на самом деле, но я никогда не думал, что дойду до этого. После всего, что случилось в Мексике, я никогда не думал, что когда-нибудь буду таким с другим мужчиной.
Такая простая вещь, как голова на моих коленях, казалась мне самым большим прыжком, который я когда-либо совершал.
Чувствуя себя храбрым, я взял свободную руку и поднес ее к волосам Ковбоя. «У тебя волосы, за которые можно умереть, дорогая. Ты знаешь это?»
Ковбой ухмыльнулся. «Так мне все сучки говорят». Его лицо приняло серьезное выражение. «Я подумываю стать моделью для рекламы шампуня». Он моргнул, выглядя совсем не как невинный человек, которого он пытался изобразить. «Думаешь, у меня есть все, что нужно?» Я слегка потянул его за волосы и пожал плечами. «Черт,
«Заткнись», — сказал я, притворяясь раздраженным. Я толкнул его голову, но упрямый придурок просто положил ее мне на колени. Я не мог не рассмеяться, юмор разрушил тяжкий груз, который мои воспоминания ненадолго навалили на меня.
Глаза Ковбоя закрылись, когда я провела пальцами по его светлым прядям. Мы простояли так целую вечность, я все еще улыбалась как дура, пока Хаш не вошел в дверь. Он замер, его глаза сосредоточились на нас.
Моя рука замерла, и Ковбой открыл глаза. «Я наслаждался этим,
Я отпустила руку от волос Ковбоя, чтобы вернуть пакет со льдом на место. Все это время Хаш не сводил с меня взгляда, словно не мог отвести взгляд от своего лучшего друга и меня на диване. Но я не видела на его лице ненависти или ревности. Нет, на самом деле, я видела что-то похожее на тоску... и мое чертово сердце разорвалось. Хаш стоял как вкопанный. Он смотрел. Я смотрела. И впервые с тех пор, как он приехал погостить на мое ранчо, я не видела равнодушия или холодности, когда он смотрел на меня. Но тепло. Такой пылающий жар, что мне казалось, будто я сижу у горящего огня.
Тепло для меня... Этот огонь был для
«Присаживайся», — прошептал я, едва нарушая тишину, окутавшую комнату. Дыхание Ковбоя выровнялось. Я думал, что он уснул, но когда он пошевелил ногами, освобождая место для своего лучшего друга, я понял, что он слышит каждое слово.
Обычно я реагировал на вещи так: улыбался. Отпускал шутки. Умничал. Но было что-то в Хаше, что заставляло все это исчезать. Глубокая темная часть меня, которую я подавлял каждую секунду каждого дня, реагировала на присутствие Хаша. Как будто он пытался убежать от той же тьмы, что жила во мне.
Мои шутки и дерзость не имели места в Hush.
Он каким-то образом сделал меня... уязвимой. Что-то, к чему я не привыкла ни с кем.
Взгляд Хаша упал на пространство на диване. Я понятия не имел, что творилось у него в голове, но я видел момент, когда он решил уйти от нас. Ледяной мороз, который был постоянным атрибутом его глаз, вернулся. «Я приготовлю нам что-нибудь поесть», — пробормотал он и двинулся на кухню.
Действуя инстинктивно, я схватил его пальцы своими, когда он проходил мимо. Тишина замерла и зажмурилась. Его грудь поднималась и опускалась, дыхание замедлялось. Его пальцы были такими чертовски холодными.
Я хотел их согреть. Я хотел, чтобы он открыл глаза и улыбнулся.
Я поняла, что хочу только его... и точка.
«Я помогу тебе готовить», — предложила я дрожащим голосом. Я молилась, чтобы он не отверг меня снова.
Мое дыхание сбилось, когда палец Хаша двинулся и скользнул по моему. Я не осмелилась отвести взгляд от его лица, просто на тот случай, если он захочет посмотреть на меня. Сделать что-нибудь еще, кроме как нахмуриться на меня. Но он продолжал смотреть вперед, в конце концов выскользнув из моей руки. Моя рука казалась пустой. Холодной.
«Ты оставайся с ним. Ты ему сейчас нужна». Голос Хаша был напряженным. Он двинулся на кухню.
Его отъезд оставил после себя внезапное похолодание в воздухе.
Я схватил бутылку бурбона и сделал глоток, чувствуя, как напиток движется по моему горлу. Я редко пил, но сейчас мне это было нужно. Закрыв глаза, я откинул голову назад и продолжил проводить рукой по волосам Ковбоя. Я уснул под звуки готовящейся на кухне Хаш...
Когда я открыл глаза, огонь уже горел, и Хаш стоял передо мной, держа миску. Ковбой сидел рядом со мной, уже ел. Хаш пересек комнату — так далеко, как только мог — и занял свое место у огня.
"Я заснул?"
Ковбой кивнул. «Не волнуйся,
Я закатила глаза, когда он улыбнулся с полным ртом еды. «Во-первых, иди на хер. А во-вторых, как твоя рука?»