Тилли Коул – Милый дом (страница 66)

– Господи, детка. Ты всегда для меня готова.

От ощущения его пальцев внутри я застонала, вцепившись в длинные волосы Ромео, чтобы устоять на месте.

– Я заставлю тебя кончить, Мол, – прошептал он, лаская меня большим пальцем.

– Черт возьми! – закричала я. Мои бедра дернулись назад, и попка уперлась в его пах.

Ромео вонзил зубы в мое плечо, пока я погружалась в эйфорию.

– Я люблю тебя, детка. Ты чувствуешь, как сильно я тебя люблю?

– Я тоже тебя люблю!

Ромео стал двигать пальцами жестко и неумолимо.

– Тогда почему ты меня бросила?

– Потому что я… не могла вынести боли. Я думала, тебе будет лучше без меня.

Он добавил третий палец, заработав еще один мой крик.

– Без тебя не может быть лучше. Как ты могла подумать, что я смогу вынести эти страдания? Не понимаешь, что я умираю каждый раз, когда ты отворачиваешься от меня? Выстраиваешь стены? – Его движения стали жестче. – Решила, что мне не будет больно, когда я вернусь в больницу и обнаружу, что тебя нет? Ни записки, ни звонка, ничего! Посчитала, что фотографии моей девушки в крови и семейный скандал во всех гребаных новостях не причинят мне страданий?

Я вцепилась в его предплечье, и слезы покатились по моим щекам.

– Ромео, прости меня.

Он сильнее стиснул зубы и, в последний раз проведя пальцами, прошептал:

– Кончай.

И я кончила.

Черные пятна застлали глаза, я повисла на сильном теле Ромео, чтобы удержаться на ногах. Он медленно опустил меня вниз, целуя в шею. Затем одним рывком разорвал мои кружевные трусики надвое, отбросив ткань на пол.

Я была обнажена, удовлетворена, расслабленна и при этом настолько возбуждена, что казалось, будто лежу на раскаленных углях.

– Повернись.

Я сделала, как было велено, наблюдая, как раздуваются его ноздри. Потянувшись назад, Ромео стянул через голову джерси, и его бронзовый торс заблестел в льющемся через окно свете уличного фонаря.

Мое внимание моментально сосредоточилось на двух больших замысловатых татуированных белых крыльях ангела, занимающих почетное место в центре его грудной клетки. Я осторожно провела по контору рисунка кончиками пальцев и, наклонившись, дрожащими губами коснулась их поочередно, отдавая дань памяти.

Когда я подняла голову, Ромео облизывал губы, но во взгляде его шоколадных глаз читалась уязвимость.

– Я знаю, что нашего ангелочка нет больше с нами, на земле, но я хотел, чтобы он видел с небес, как сильно мы его любим… и что хотя мы его не планировали… но очень хотели… чертовски сильно.

Я слабо улыбнулась, и Ромео притянул меня к своим губам.

– Я в них влюбилась. Они прекрасны, – прошептала я в его губы.

– Я не самый духовный парень, Мол. Не ходил в церковь, но Господь и без того знает о моих грехах, но я действительно верю, что о нашем ангеле заботятся где-то лучше, чем здесь… твои родители. Я верю в это всем сердцем.

Рыдание вырвалось из моей груди, когда Роум обнял меня за шею и прижал к себе. Спустя несколько минут, оставив поцелуй на его груди в области сердца, я отстранилась.

– Я люблю тебя, Ромео.

– И я тебя, детка.

Несколько мгновений мы просто лежали, разделяя дыхание, исцеляясь вместе.

Затем шероховатые ладони Ромео скользнули по моим рукам и вытолкнули из объятий.

– А сейчас… – Его лицо ожесточилось. – Развяжи. – Он указал на шнурки своих штанов.

Как по команде, мое сердце увеличило темп. Я развязала узел, осторожно потянув за шнурок, и мои костяшки коснулись его эрекции.

Роум следил за каждым моим движением, его точеная челюсть напрягалась от легчайшего прикосновения. Я вытащила шнурок и отбросила его на пол, ожидая следующего приказа.

– Опусти штаны и встань на колени.

Приобняв любимого за талию, я стянула брюки по его мускулистым ногам. Ромео рывком прижался своей плотью к моей щеке, пока я продолжала стягивать с него одежду. Задрав подбородок, я встретилась взглядом с возвышающимся надо мной Ромео.

– Соси, пока я не скажу тебе остановиться.

Рот наполнился слюной, и я двинулась вперед, медленно облизывая его член.

Ромео зашипел, и мои губы стали активнее ласкать его. Я наклонилась вперед, вбирая его в свое горло.

– Твою!.. – выкрикнул он, хватая меня за волосы и толкаясь вперед-назад, его плоть набухала у меня во рту.

Я подняла глаза и застонала от открывшегося вида: голова Роума откинулась назад, а язык облизывал нижнюю губу. Приободрившись, я увеличила темп, скользя губами, держась за его бедра, которые раскачивались напротив моего рта.

– Черт, Мол, твой рот, – зарычал Роум и оторвал меня от своего паха. – Ложись на кровать.

Я поднялась и доползла до середины кровати, где меня тут же перевернули на спину. Руки Ромео развели мне ноги в стороны и согнули в коленях, и его рот прильнул к моей промежности.

– Ах! Ромео…

Он яростно целовал меня там, его язык лизал, а губы сосали. Зарываясь пальцами в его волосы, я не собиралась долго держаться.

Вскинув голову, он приказал:

– Обхвати руками столб кровати.

Я сделала, как он велел.

– Не убирай их.

Ромео нырнул обратно, а я впилась ногтями в толстую древесину, задыхаясь и беззвучно крича при каждом взмахе его языка и укусе.

– Ромео… Ромео… Я кончаю! – Я сходила с ума, в то время как невидимые путы привязывали меня к столбику кровати, а Ромео испивал меня. Он на мгновение отпустил мои ноги, а когда схватил вновь, я открыла глаза прямо перед тем, когда он врезался в меня одним жестким ударом.

– Ах! – простонала я, не в силах больше терпеть. Слишком яркими были ощущения.

Я двинулась, чтобы освободить руки, но Ромео выкрикнул:

– Я сказал «НЕТ»!

Мои руки зависли, а Роум, крепко держась за мои бедра, ускорил толчки.

– Убежишь еще раз?

– Нет! Нет, нет, нет…

– Почему?

– Потому что я люблю тебя.

Глаза Роума потемнели от возбуждения, и он агрессивно вонзился в меня.

– Неверный ответ.

Пальцы ног свело судорогой, и я закричала:

– Потому что я твоя. Потому что я принадлежу тебе. Потому что ты мой!

Запрокинув голову, он подался вперед, балансируя на руках, и приник в опустошающем поцелуе к моему рту.