Тиффани Робертс – Копатель (страница 29)

Уркот был таким же твердым, как камень вокруг них, но гораздо, гораздо теплее, гораздо приветливее.

— Спокойно, женщина, — прогрохотал Уркот. — Мы в безопасности.

В безопасности. Они были в безопасности. Их не разорвали в клочья, не убили, не… съели.

Не думай об этом!

Келли закрыла глаза и сосредоточилась на биении сердец Уркота в его груди. Это успокаивало ее, давало ей почву под ногами и было доказательством того, что они живы. Еще одну опасность преодолели вместе.

Она впилась пальцами ему в спину и крепче обняла.

Почему я не могу перестать дрожать?

Уркот запустил когти в ее волосы.

— Дыши. Успокойся.

Ничто в этой ситуации не было правильным, ничто не было в порядке, за исключением Уркота. Пока они вместе, она действительно в безопасности.

Они обнимали друг друга, пока их сердца постепенно замедлялись, дыхание успокаивалось, и ее дрожь наконец прекратилась.

Но когда она глубоко вдохнула его запах, то почувствовала кое-что еще.

Запах крови.

Келли отпрянула от него, схватив за предплечья, пока осматривала его грудь и руки.

— Ты ранен? Тут кровь. О черт, здесь так много крови.

Уркот оглядел себя. Часть этой крови определенно принадлежала ему: она могла видеть царапины и порезы.

Он хмыкнул.

— Я в порядке.

— Но там царапина…

Уркот крепко взял ее за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.

— Я в порядке, Келли. Я быстро поправлюсь.

Она прерывисто вздохнула и провела пальцами вверх и вниз по его предплечьям, неуверенная, пытается ли успокоить его или себя.

— Хорошо. Хорошо.

Его большой палец погладил ее по щеке.

— Ты в порядке?

Она кивнула.

— Я в порядке.

— Хорошо, — его жвалы дрогнули. — Храбрая самка. Ты защитила меня.

Тепло залило ее щеки от его похвалы.

— Я пыталась.

Он поднял верхнюю руку и провел тыльной стороной когтей по ее щеке.

— И это очень смело, да? Пытаться, даже когда страшно. И ты не просто пыталась, Келли. У тебя получилось.

Издав трель, Уркот приблизил свое лицо к ее.

— Я, должно быть, тебе нравлюсь.

Келли усмехнулась, когда тепло внутри нее разгорелось еще сильнее.

— Да.

Очень сильно.

— Хорошо, — промурлыкал он. — У меня твердая голова, но я не хочу испытывать ее о твой камень.

— Фу, — Она толкнула его в грудь. — Не смешно.

Он защебетал, выпрямляясь.

Уголки ее губ дрогнули, прежде чем сложиться в улыбку.

— Ладно, может, так оно и есть. Но мне все равно не нравится мысль о том, что тебе причинят боль.

— Ах, Келли… — он придвинулся ближе и обхватил ее лицо своими большими, сильными руками. — Я приму любые раны, чтобы защитить тебя.

Глаза Келли расширились, а живот затрепетал.

Все мужчины, что были у нее в прошлом, оказались пустыми. Их заботили лишь они сами, их желания, их удовольствие. После того, как ей разбил сердце первый парень, которому она отдала свою невинность, и отношений с парнями в колледже, интересовавшимися только тем, что могут от нее получить, Келли потеряла интерес к отношениям. Возможно, она даже разуверилась в самой их сути.

Не было никаких обязательств, никакого… партнерства. Никакой заботы.

Сами по себе слова, сказанные Уркотом, были более значимыми, чем все, что когда-либо говорили ей те другие парни. Но в сочетании с тем фактом, что он повторял эти слова каждый день, все эти месяцы их знакомства, даже не прося ничего взамен?

Я действительно ничего не замечала.

Врикс, стоящий перед ней, хотел ее. Не из-за того, что она могла ему дать, а из-за того, кем она была.

И я хочу его.

Прежде чем она успела отреагировать или придумать ответ, он опустил руки и отступил в сторону, наклоняясь, чтобы забрать ее сумку. И все слова, которые она могла бы произнести, замерли у нее на языке, когда она увидела тело бледного врикса на земле перед собой.

Келли взяла фонарь и подошла к вриксу. Хотя он был явно мертв, она для верности пнула его по ноге. Когда он не двинулся с места, она подошла ближе и присела на корточки, направив на него фонарь.

Краткий кошмарный проблеск, который она увидела, когда он напал на нее, был реальным.

Его шкура была бледной, болезненно-белой, а тело истощенным, с длинными, нескладными конечностями, измазанными грязью и кровью. Местами она могла видеть кости, проступающие сквозь его шкуру, особенно на груди, где шкура прилипала к ребрам. Злобно длинные, острые когти торчали из его пальцев, как лезвия. Но страшнее всего было его лицо.

У теневых охотников и терновых черепов не было губ, как у людей. Их твердые рты скрывали клыки, когда были закрыты. Но зубы этого врикса были выставлены напоказ, как у голого черепа, длинные, тонкие и заостренные. Восемь черных глаз-бусинок были открыты и безжизненны, по три пары располагались друг над другом, а последняя пара меньшего размера располагалась вне этого ряда.

Келли уставилась на его когтистые жвалы и содрогнулась. Они напомнили ей ротовые органы верблюжьего паука.

Это было существо, созданное для раздирания плоти.

— Это… это…

— Странник духа, — произнес Уркот у нее за спиной.

Она прикрыла рот рукой, уставившись широко раскрытыми глазами на ужасающего врикса.

— О черт, черт, черт.

Истории, которые рассказывал ей Уркот, были правдой. Опасения, которыми он поделился с ней, были реальными.

Встав, Келли повернулась к нему лицом.

— Будут еще? Если здесь один, то должны быть и другие поблизости, верно?

— Я не знаю, — он поднял ее сумку. — Но мы должны идти. Судя по звукам и запаху крови, что-то скоро придет.