Тьерри Коэн – И в беде мы полюбим друг друга (страница 21)

– Уверен, он не самый приятный человек.

Она чуть прищурилась, и это у нее получилось удивительно.

– Пожалуй.

Мы уже стояли перед входом в их здание вместе с остальными девушками.

– И вот мы здесь, перед гнездом разврата, – провозгласила Кандис, указывая на здание театральным жестом.

И, обратившись к подругам, посмотревшим на нее с удивлением, прибавила:

– Это я для Антуана, он считает наши передачи безнравственными.

– Без какими? – переспросила Далия.

– Этого я не говорил, – заметил я.

– Правда? – удивилась бывшая, подумав, что я даю задний ход.

– Я сказал, что ваши программы мне не нравятся.

Я готов был смягчить свои слова, чтобы они не казались такими уж обидными, но соблазняющая улыбочка Кандис меня взбесила.

– Они бесполезные и бессмысленные, – прибавил я.

Эффект был ровно такой, как я ожидал. Кандис сразу же пожалела, что затронула опасную тему.

– Спасибо, – произнесла Ольга, ее мнение обо мне сложилось окончательно.

Стайка замерла в нерешительности. И только Алису мое замечание позабавило. Она опустила голову, чтобы никто ничего не заметил, но я успел увидеть, как она снова прищурила глаза.

– Пока. Созвонимся, – сказала Кандис и быстренько меня поцеловала.

Ольга прошествовала в здание не попрощавшись. Далия, похоже, не поняла, что произошло, и помахала мне. Алиса тихонько проговорила «До свидания» и исчезла за дверью вслед за коллегами.

Я ушел, озаренный новым светом. Я знал совершенно точно: мне непременно нужно познакомиться с этой девушкой, услышать, что она мне скажет, узнать, как на меня посмотрит. Почему? Не знаю. Никаких разумных оснований. Но именно поэтому я чего-то очень ждал от этой непредвиденной встречи. На протяжении долгих лет я был весьма рационален в своих выборах и теперь пришел в крайнее возбуждение, подумав, что впервые ступаю на путь, подсказанный интуицией.

Но оставался один подводный камень, мешающий мне войти в мир Алисы. В ее глазах я был и оставался бывшим близким другом Кандис, с которым она не собиралась расставаться. Или, возможно, наш последний разговор избавил Кандис от этого желания? Алиса, скорее всего, была соткана из всевозможных правил, а значит, не могла нанести обиду приятельнице, согласившись на встречу за ее спиной. Значит, мне нужно было приближаться к ней тайком. Возможно, мне это не очень нравилось, но мне обязательно нужно было сблизиться с ней и узнать ее как можно лучше.

Часть третья. История Алисы

Алиса

Вот уже и выходные на носу, и я решила плюнуть на все свои переживания. Не буду думать ни о Фантене, ни о таинственном дарителе цветов. Отдохну, придумаю для себя развлечение, поухаживаю за собой, чтобы следующую неделю начать в прекрасном расположении духа. Забуду обо всех проблемах, которые меня мучают, и всерьез расслаблюсь. Ванна с душистой пеной, потом вкусный ужин за интересной передачей. Ничего больше мне не нужно.

Я заказала суши и начала наполнять ванну. Потом погрузилась в шелковистую воду и постаралась сосредоточиться на приятных ощущениях. И меня стало клонить в сон… Меня разбудил звонок у входной двери. Вода почти остыла. Сколько же времени я дремала? Я побежала открывать дверь. Сандрина стояла на пороге, держа в руках пакет с суши.

– Я поднималась по лестнице и увидела пакет перед твоей дверью. Ты не открыла курьеру, когда он звонил.

– Наверное, не услышала. Я была в ванной.

Я пригласила Сандрину войти.

– Хочешь со мной поужинать? – предложила я.

Сандрина заглянула в пакет и сморщила нос.

– Сырая рыба с клейким рисом… Нет, это не по мне… Давай наоборот, рванем сейчас из дома и подзаправимся в симпатичной кафешке чем-нибудь существенным с соусом.

– Понимаешь… Я решила… И я думала…

– Стоп, Алиса! Отключи голову! Научись не решать, не думать, а включаться, когда получаешь предложение. Давай натягивай джинсы, куртку или что там хочешь и будь готова через десять минут. И ни в коем случае не клади суши в холодильник на завтра. Сырая рыба не хранится. Лучше сразу скорми коту.

В самом деле, кафе оказалось уютным, а кухня чудесной. Я доверилась вкусу моей надежной подруги и предоставила ей выбор меню. Рассказала ей о букете роз и о том, что мои коллеги решили помешать Фантену меня уволить.

– Вот и классно, – обрадовалась Сандрина. – Видишь, колесо вертится! Очень рада, надеюсь, твои вертихвостки выполнят свое обещание. А что до твоего поклонника, то прямо вижу слегка чокнутого джентльмена, который старается произвести на тебя впечатление. Мне не довелось с таким познакомиться в жизни, но в любовных романах они – главные герои.

– Не знаю, что и думать, Сандрина, и нервничаю. Своего имени он не называет. Признаюсь, меня бы это тронуло… Ну а вдруг это человек с комплексами, или немного того, или вообще психопат?

– Так, опять мозги кипят! – воскликнула Сандрина, принимаясь за почки.

– Да, меня тревожит, что какой-то незнакомец думает обо мне, посылает мне цветы, старается понравиться, знает, где я работаю, где живу. Это значит, что он следил за мной и, возможно, и что-то разнюхивает.

– Вот это ты зря, – пробурчала Сандрина с набитым ртом. – Можешь не беспокоиться, я тебя в обиду не дам. И господин Бодрю будет тут как тут, если понадобится, – пошутила она.

На том и порешили. За ужином мы явно выпили лишнего и вернулись домой, хохоча, как две идиотки.

Я даже раздеваться не стала, плюхнулась на кровать, извинилась с пьяных глаз перед жизнью за то, что так плохо о ней думаю, и заснула крепким сном без сновидений.

На следующее утро, когда раздался звонок в дверь, я поднялась с трудом, хотя час был уже поздний. Я открыла дверь и увидела такого странного типа, что сделала два шага назад и готова была захлопнуть дверь прежде, чем он заговорит. Мужчина в темном костюме, в белой рубашке с галстуком, с напомаженными волосами стоял, будто палку проглотил, и очень серьезно смотрел на меня. Потом он спросил:

– Мадемуазель Алиса Лакур?

– Да.

Он наклонился и поднял большую коробку.

– Позвольте мне войти.

– С какой целью? – спросила я, испугавшись.

– Доставка.

– Вы ошиблись, я ничего не заказывала.

А что, если это вовсе не курьер? Сейчас он войдет, убьет меня, расчленит, запихнет в эту самую коробку, и никто об этом не узнает. Картина убийства наэлектризовала мои нервы до крайности, и я прямо-таки отшатнулась.

– Заказ был сделан человеком, пожелавшим приготовить вам сюрприз.

В эту минуту и в самом деле появился господин Бодрю, который, как видно, наблюдал за происходящим на площадке через глазок.

– У вас проблемы, мадемуазель Алиса?

Курьера ничуть не смутило вмешательство соседа, он протянул мне визитку, и я прочитала его имя, фамилию и название его агентства.

– Нет, все в порядке, – пробормотала я.

– Если он из тех, кто ненужные товары втюхивает, я его мигом выставлю, – пообещал сосед, повышая голос.

– Нет, нет, спасибо. Это курьер.

Я впустила странного курьера, не желая, чтобы на площадку высыпали и другие соседи.

Курьер обвел взглядом комнату, словно что-то искал, остановил его на низеньком столике в гостиной и вопросительно посмотрел на меня. Молчание он счел данным ему разрешением.

– Кто вас прислал?

Он не ответил ни слова и принялся за работу, двигаясь спокойно и элегантно. Открыл коробку, вынул из нее поднос с отделениями и поставил его на стол. Затем надел белоснежные перчатки, поднял с подноса крышку и принялся заполнять отделения разными тарелочками. Сначала появилась венская сдоба, потом крошечные пирожные, потом ломтики необычного хлеба, потом фруктовый салат. С особой заботой он выставил хорошенькие баночки с конфитюром, положил кубики масла и развернул бумажную салфетку с ложечками, ножом и вилкой. Работал он с необычайно серьезным видом, время от времени отходил и осматривал поднос, как художник – мольберт, менял местами булочки на тарелке и продолжал священнодействовать.

– Апельсиновый сок? Грейпфрут? Клубничный? – спросил он, словно мы находились на террасе кафе.

– Ммм… Я… Клубничный, – промямлила я.

Он поклонился, достал стакан и наполнил его розовой жидкостью. Загипнотизированная этим молчаливым действом (виной этому еще, конечно, моя похмельная голова), я не мешала ему. Но вот я немного опомнилась и поняла, что все, что здесь происходит, не лезет ни в какие ворота!

– Погодите! Все это очень мило, но я не могу ничего принять, не зная имени человека, который сделал заказ.

Но он, похоже, меня не слышал. Взял термос, где, очевидно, была горячая вода, и положил на край чашки пакетик с чаем.