Ти Клун – Кости под моей кожей (страница 27)

Нейт нажал «Вызов».

Прозвучал один гудок.

Раздался голос:

— Дэвис слушает.

— Рут. Это я.

Пауза. Затем недоверчиво:

— Нейт?

— Ага.

— Святое, блять, дерьмо. Ты хоть представляешь, сколько сообщений я тебе оставила? Чёртов мудак, ты… подожди секунду. Клянусь богом, если ты повесишь трубку, я тебя прикончу. — Рут Дэвис заглушила звуки на своём конце провода. Он слышал из трубки едва различимые шумы, самым громким среди которых был низкий и прокуренный скрежет её голоса. Нейт закрыл глаза, представляя, как она сидит в отделе новостей, вокруг неё снуют люди, а столы с толстыми компьютерными мониторами стоят заваленные бумагами и файлами. При мысли обо всём этом он почувствовал острую боль в груди. У него были такие потрясённо вытаращенные глаза, когда он в первый раз вошёл в отдел новостей, направляясь на собеседование на стажировку, за которую ему не заплатили бы ни цента, но на которую он хотел попасть больше всего на свете.

Рут была там уже тогда.

Она работала там десятилетиями. Это была матёрая старая баба, которая до сих пор пользовалась пишущей машинкой и причитала о минувших временах, когда она могла непрерывно курить прямо за своим столом, а не спускаться во двор на чёртовом лифте. Если спросить, никто не мог бы точно сказать, как называлась должность Рут, но она занималась всем понемножку и была более чем готова помочь, если бы её попросили — лишь бы ты ей нравился. И нравился, возможно, было бы слишком сильным словом. Если бы Рут Дэвис терпела твоё существование, то, по всей вероятности, ты смог бы добиться чего-то стоящего. Если бы она тебя невзлюбила, то, скорее всего, через полгода ты работал бы где-то в другом месте. Никто не связывался с Рут. Один парень пытался пожаловаться на неё начальству. Через три дня его уволили.

И по какой-то причине Нейт ей нравился. Она не просто его терпела, а любила. Конечно, она много раз рвала его в пух и прах, но это было единственной причиной, по которой он стал лучше в том, чем занимался. Рут была к нему сурова, но только потому, что о нём заботилась. По крайней мере, так она говорила.

Она была низенькой, чернокожей, с пышным седым афро и перстнями на всех пальцах, которые менялись каждый день в течение месяца. Нейт часто ломал голову над вопросом, сколько на самом деле у неё украшений, но ему не хотелось рисковать и спрашивать, нарываясь на её гнев

Нейт её обожал.

А ещё он с ней не попрощался, когда его вывела охрана, его скудные пожитки лежали в коробке, а кожа вибрировала, паника в нём кипела ещё только на низкой отметке, потому что это не могло быть правдой, это не могло происходить по-настоящему…

Итак. Нейт ожидал того, что должно было произойти. Ведь с тех пор он не разговаривал с ней несколько недель.

— Нейт, — позвала она, возвращаясь к телефону. Её голос был рычащим и мало чем отличался от голоса Алекса, если начистоту. Конечно, он никогда бы не признался никому из них о том, что об этом думал. У одного был пистолет. Другая носила с собой электрошокер. — Где ты, чёрт возьми?

Он думал соврать. Но вместо этого ответил:

— Орегон.

— Орегон, — плюнула она в трубку. — Орегон. В смысле, штат?

— Я не знал, что есть ещё какие-то Оре…

— Смеешь мне дерзить, малец?

— Нет, мэм.

— Позволь рассказать тебе, как всё будет, — отчеканила она, и Нейт услышал яростный стук её печатной машинки на заднем плане. — Я задам тебе вопросы. Ты ответишь на эти вопросы. И если в какой-то момент я почувствую, что ты не правдив в ответах на заданные вопросы, я найду способ вырвать тебе кишки через жопу. Мы пришли к взаимопониманию?

Он совсем немного по ней скучал.

— Да.

— Хорошо. Итак. Первый вопрос. Почему Орегон?

— У моих родителей был здесь летний коттедж. Они оставили его мне в наследство.

— И когда ты об этом узнал?

— Пару недель назад.

— Где именно в Орегоне?

— Недалеко от Розленда. Рядом с озером Гершель.

— Звучит живописно и совершенно ужасно. Я всё это записываю. Разум уже не тот, что раньше. Не хочу ничего забыть на тот случай, если мне понадобится отправить свою толстую задницу в самолёт, чтобы выследить тебя.

Нейт мудро промолчал.

— Озеро… Гершель. Теперь, поскольку я знаю, чёрт побери, абсолютно всё об Орегоне, могу предположить, что это местечко в какой-то глуши, и ты окружён деревьями, природой, птицами и прочим дерьмом.

— Это… подходящее описание.

Потому что да, прямо в этот самый момент он сидел в глуши, окружённый деревьями.

— Ты подался в хиппи? Решил достичь единения с природой? Вкалываешь на какой-то неведомой конопляной плантации и пытаешься снова найти себя, потому что потерялся?

Он улыбнулся вопреки собственной воле.

— Нет, Рут.

— Ты же знаешь, как я отношусь к хиппи, выращивающим травку.

— Знаю.

— Проклятые уклонисты.

— Ты мне это уже говорила.

И много раз. Даже без какой-либо провокации с его стороны.

— Ты в безопасности?

И почему из великого множества вопросов она выбрала совершенно для неё несвойственный. И тогда он заколебался.

— Да.

Конечно, она это заметила.

— Ты в этом уверен?

— Мне… так кажется. Всё… сложно.

— Ну так упрости.

— Мне нужно, чтобы ты нашла для меня информацию об одном человеке.

— Да?

— Да.

— Ну выкладывай.

— Алекс Дельгадо. Ему… сорок. Морской пехотинец. Может, в отставке. Но знаешь, как говорят, однажды морпех…

— Морпех навеки, — согласилась она. — Пожалуйста, скажи мне, что я не собираюсь заниматься поиском информации о ком-то, кого ты хочешь трахнуть.

— Боже мой.

Рут его проигнорировала.

— Потому что если это так, то должна сказать, что чертовски умно использовать таким образом свои связи. Может быть, это немного предосудительно, но осторожность в подобном вопросе лишней не бывает.

— Ради всего святого, Рут!

— Я должна была спросить. Так ты не хочешь его трахнуть?

— Нет!

— Хмм. Ладно, я отстану. Пока что. Почему я собираюсь искать что-то об этом мужчине?