Ти Клун – Кости под моей кожей (страница 12)

— Могу я теперь закончить дела? — спросила она раздражённо. — Ты не должен вставать. Я готовлю суп. У Нейта было несколько банок. В них нет курицы, но он сказал, что говядина с овощами тоже подойдёт, и что тост тоже поможет тебе выздороветь.

И тогда Нейт снова это увидел, мельком. Выражение Алекса чуть-чуть смягчилось, резкие черты его лице сгладились до такой степени, что он выглядел почти нормальным. Если бы тот не держал в руке огромный пистолет, Нейт решил бы, что он совсем не жуткий. Алекс хмыкнул и опёрся о стойку. Арт выглядела так, будто собиралась что-то сказать, но передумала.

Нейт понял. Его не собирались вновь оставлять наедине с Арт. Не тогда, когда он мог схватить её так легко.

Он задавался вопросом, смог ли бы он это сделать. Если бы до того дошло. Он не стал бы причинять ей вреда, просто…

Желудок скрутило при этой мысли.

Арт вернулась к плите и вновь взобрался на стул.

Из тостера выскочили ещё тосты.

Девочка налила суп в последнюю миску.

Нейт недоумевал, что, чёрт возьми, происходит.

В шкафчике над холодильником было виски.

Нейт отчаянно его хотел.

Вместо этого он оставался в углу кухни, борясь с желанием бежать с воплями и вскинутыми над головой руками.

Арт выглядела очень гордой собой, ставя тарелку с супом на обеденный стол перед Алексом. Она побежала обратно к кухонному гарнитуру, схватила ложку и положила два кусочка тоста на бумажное полотенце, прежде чем вернулась к мужчине.

Девочка оставила свою миску на столешнице рядом с миской Нейта, вместо этого решив оттащить свой стул от плиты обратно к обеденному столу, чтобы он оказался прямо рядом со стулом Алекса. Она взобралась на него, облокотилась о стол, подпёрла подбородок ладошками и стала наблюдать за Алексом.

Нейт хотел задать столько вопросов. Но каким-то образом ему удавалось держать рот на замке.

Алекс взял ложку и окунул её в суп.

— Ты должен подуть на него, — наставляла она. — Вот как ты ешь суп. Ты дуешь на него, прежде чем отправить в рот.

Он сделал именно так, как она сказала.

Девочка не сводила с него глаз.

Алекс жевал.

Арт была в восторге, она с нетерпением подалась вперёд.

Алекс сглотнул.

— Вкусно? — потребовала Арт.

— Вкусно, — сообщил Алекс.

Арт вздохнула, усаживаясь удобнее на стуле.

— Это просто замечательно. — Она повернулась и посмотрела на Нейта, всё ещё стоявшего в углу. — Ты был прав. Говядина с овощами такая же, как и курица.

Нейт кивнул, не уверенный в том, что делать дальше.

Она опять отвернулась.

— Ты чувствуешь себя лучше?

— Да. Я буду в порядке.

— Если только снова не будешь вести себя глупо. Тебе очень повезло, что у тебя есть я.

Алекс съел ещё одну ложку супа.

Нейт посмотрел на тарелки, всё ещё стоявшие на столешнице вместе с тостами, которые остывали.

Потом снова глянул на обеденный стол.

Арт наблюдала за каждым глотком Алекса.

Нейт не должен был этого делать. Он должен был уехать. Должен был убраться оттуда, пока то, от чего эти двое бежали, их не настигло. Он должен был требовать ответы. Должен был кричать на них, повторяя им вновь и вновь, чтобы они убирались к чёрту из его дома. На стенах висели фотографии его родителей, застывшие улыбки давно минувших лет, и Нейт задавался вопросом, а не теряет ли он случаем рассудок.

У него было столько дел. Он должен был спасти себя. Обеспечить свою безопасность. В доме находился чокнутый раненый мужчина с пушкой и девочка, которая порой говорила так, словно очутилась в дурном спагетти-вестерне^[3], любила солнцезащитные очки и не обжигалась, когда дотрагивалась до горячей плиты.

Нейт взял тарелку с супом.

Два кусочка хлеба.

И отнёс еду к столу.

Поставил перед девочкой.

Алекс следил за каждым его движением, ложка замерла на полпути к его рту, бульон стекал в миску.

Арт повернула к Нейту голову.

Её губы растянулись в широкой улыбке, обнажая маленькие зубки.

— Спасибо, шеф, — выдала она, опять протяжно медленно растягивая слова. — Полагаю, пора отведать похлёбку самой.

Он кивнул и вернулся к кухонному гарнитуру.

Наблюдал, как они едят.

Арт то и дело начинала болтать, говоря странные вещи вроде: «На вкус не как овощное пюре в горе» и «Я хотела съесть шесть тостов, но Нейт сказал два, и думаю, хлеб мне нравится больше, когда он тост».

Где-то на половине трапезы Алекс замедлил темп. Было заметно, как его веки тяжелеют.

Девочка заставила его съесть всё до последней капли.

Мужчина подчинился без жалоб.

Он закончил есть прямо перед тем, как и она.

Арт заглянула в его миску, чтобы убедиться, что та пуста.

Так и было.

Она казалась этим довольной.

— Может, говядина с овощами всё-таки лучше курицы.

Девочка отнесла обе тарелки в раковину. Нейт вздрогнул от их грохота. Она посмотрела на него, потом на полную миску с супом и тосты, всё ещё лежавшие на столешнице.

— Ты не был голоден? — спросила она.

— Нет.

— О. — Она нахмурилась. — Почему ты не сказал? Разве это не пустая трата продуктов? Ты можешь сделать тосты из хлеба, но нельзя из тостов опять сделать хлеб. Иногда из вещей можно сделать что-то одно, но повернуть это вспять невозможно, как ни старайся.

Он поинтересовался:

— Почему тебя зовут Артемида Дарт Вейдер?

— Потому что мне нравится это имя, — ответила она. — Почему тебя зовут Натаниэль Картрайт?

— Потому что меня так назвали родители.

— Твои родители — это те люди на стенах?