The Spaceway – Четыре световых минуты (страница 5)

– А если совет будет против?

– Я умею настаивать.

Он добрался до углового шкафа-бара, достал графин, плеснул немного виски в бокал и вместе с ним продолжил путешествие по кабинету.

– Откажешься, как и от сигары? – он приподнял бокал до уровня груди.

– Верно, – с легкой улыбкой кивнул я.

Да, я надеялся на победу, рассчитывал на нее, но не мог даже представить, что произведу неизгладимое впечатление, которое могло предопределить будущее. Происходящее вновь казалось настолько нереальным, что мне потребовалось приложить усилия для продолжения конструктивного диалога.

– Мистер Грайс, не знаю, как благодарить вас. Вы дали мне огромное количество знаний и подарили гигантские возможности, о которых я мог только мечтать. Все самое лучшее случается благодаря вам…

– Нет, ты посмотри, какой же хитрец! – мужчина громко засмеялся, – Умеешь делать комплименты!

– Это не комплимент, а профессиональная оценка, Пол.

– Да, именно это я сказал тебе в день нашей первой встречи, – залпом опустошив бокал, он поставил его на стол. – Верю, что скоро мы продолжим совместную работу, а пока поезжай домой и отдохни как следует.

Пол протянул руку, и я ее крепко сжал, пытаясь через этот незамысловатый жест передать всю свою благодарность.

– Еще раз спасибо за все, Пол!

Я покинул кабинет. Это была последняя встреча с Полом Грайсом в рамках отборочного тура.

Глава 7. Выбор сделан

Никто не давал стопроцентной гарантии, что я полечу на Марс, но стоило переступить порог дома, как мои мысли оказались заняты гипотетическим знакомством с командой колонистов. На несколько лет три человека станут для меня чем-то вроде семьи, на которую можно положиться и за которую придется нести ответственность.

26 декабря для меня началось в десять утра. После зарядки и прохладного душа я решил пройтись до кофейни, чтобы немного развеяться за пределами предоставленных владений. На улице было ветрено и из-за горизонта лениво поднималось бледное Солнце. Эта восхитительная звезда однажды сделала Землю пригодной для жизни, но настанет тот день, когда светило избавится от собственного творения, а после самоликвидируется.

Сколько себя помню, всегда любил крепкий кофе за ни с чем не сравнимые вкус и аромат, которые пьянят и бодрят одновременно. Получив большой стакан горячего напитка, я оставил чаевые и выдвинулся в неизвестном направлении, стремясь получше узнать Вашингтон, который для меня все еще был чужим. Несмотря на то, что американцы предпочитали праздновать Рождество несколько дней подряд, вокруг стояла умиротворяющая тишина, располагающая к размышлениям на свежем воздухе. Редкие встречные прохожие практически не обращали на меня внимания, но бьюсь об заклад, что после полета на Марс мне проходу не дадут. Нет, такая жизнь точно не для меня. Если я побываю на Марсе, а потом благополучно вернусь на Землю, то обязательно осяду в какой-нибудь глуши, чтобы избавиться от пристального внимания со стороны общественности. Я выбрал этот путь не ради славы и наград. Все, что я делаю, основано на моей непоколебимой вере в великий замысел. Проходя мимо газетных автоматов, я увидел заголовок: «Перспективы колонизации Солнечной системы». Радовало, что на этот раз журналисты хотя бы наивно мечтали, а не принижали достижения научно-технического прогресса.

Как бы странно это не звучало, но стремясь покорить Марс, человечество принялось наводить порядок дома: мы помирились с представителями собственного вида, уделяем пристальное внимание климатическим изменениям и акцентируем внимание на технологиях, которые улучшат жизнь большинства, а не исключительно богачей. Космос – это добро во всех его проявлениях, поэтому мы неосознанно тянемся к нему.

Я переходил улицу, как вдруг раздался звонок от Грайса.

– Салют, коллега! – необычно весело начал он разговор. – Готов к встрече?

– Здравствуйте! У вас для меня хорошие новости?

– Помни, что каждый прожитый день – уже прекрасная новость. – В его голосе продолжали слышаться смеющиеся нотки. – Послезавтрашним утром буду ждать тебя в кабинете, чтобы все обсудить.

– Конечно, Пол! Договорились.

– Чудесно. За тобой прибудет водитель. Конец связи.

Не дождавшись ответных слов прощания, Пол повесил трубку. Его позитивный настрой оказался настолько заразительным, что всю дорогу до дома я непроизвольно улыбался. Вечером списался с другом из России и впервые четко осознал, что он – единственный человек, который способен искренне радоваться моим победам и сочувствовать даже незначительным промахам.

Утром 28 декабря я прибыл в штаб-квартиру, где на удивление было очень оживленно. Поднявшись на заветный этаж, я рукой поправил прическу, глубоко выдохнул и вошел в кабинет. За дубовым столом сидел Пол, а напротив него пятеро седовласых мужчин, которые, увидев меня, одобрительно кивнули.

– Александр, присядь, пожалуйста, на диван. Я тебя скоро подзову, – попросил Пол, указав в противоположный конец помещения.

Мужчины активно дискутировали, но их речь сливалась в монотонный гул, который не позволял разобрать отдельные слова. Было очень некомфортно сидеть и гадать, о чем говорят эти люди, учитывая, что меня волновала исключительно одна тема. Однако я был вынужден набраться терпения и смиренно отсидеть четверть часа.

– Итак, – очень громко произнес Пол. – Сегодня великие умы приняли единогласное решение.

Он жестом подозвал к себе, и я незамедлительно поднялся с дивана, устремившись к их компании. Из-за волнения ноги с каждым новым шагом становились ватными, а к горлу подкатывался горький комок.

– Я обещал, что замолвлю за тебя словечко, но делать мне этого не пришлось. Согласно обоюдному решению, ты – член марсианской команды! – почти прокричал Пол и тут же захлопал в ладоши. – Мои поздравления, Александр.

Вот и долгожданный билет на Марс, который стал самой главной наградой в этой жизни. Как мне следовало отреагировать? Рассмеяться? Расплакаться? Пафосно поблагодарить всевозможных родственников и знакомых, как это делают люди, которым вручили Оскар?

– Я лечу на Марс? – с долей испуга спросил я.

– Да! Ты – колонист!

– Хах, марсианский колонист, – ухмыльнулся я и продолжил уже дрожащим голосом. – Я ведь жил этой мечтой, каждый день настраивал себя на результативность, чтобы выхватить победу из рук достойных конкурентов. Обещаю, что вы не пожалеете о своем выборе!

Скромные слезы великой радости. Я подошел к каждому из мужчин, чтобы пожать руку и бессчетное количество раз произнести искреннее «спасибо». Впервые в жизни я был максимально удовлетворен собой, и моя самооценка устремилась вверх.

– Можно тебя на минутку? – шепнул на ухо Пол.

Поблагодарив последнего члена совета, я вслед за наставником отошел на несколько метров.

– Я очень горжусь тобой, сынок! – Пол хлопнул меня по спине. – Такие впечатляющие результаты и бесспорная победа. Завтра, думаю, ближе к полудню, ты познакомишься со своей командой.

– Пол, это – что-то неописуемое. Спасибо вам! Для меня это большая честь…

– Не стоит благодарности, – остановил мою пламенную речь Грайс. – Поверь, ты сам всего добился.

– Значит, я уже не должен покорять Марс для вас? – припомнив прошлую встречу, спросил я.

– О, приятель! – он захохотал и аккуратно потрепал меня за волосы. – Ты просто обязан покорить гребаный Марс!

– Хорошо, хорошо, обещаю, – поморщившись, согласился я.

– Вот и отлично. Будь на связи.

– Да, разумеется.

– Попрощайся с этими скучными старикашками и поезжай домой. Завтра будет насыщенный день.

Прислушавшись к совету Пола, я на минуту вернулся к присутствующим.

– Господа, я вынужден покинуть ваше общество. Но перед тем, как уйду, еще раз хочу поблагодарить вас за возможность послужить на благо науки и всего человечества.

В этот раз я вышел из кабинета уже новым человеком, гордо примеряя роль марсианского колониста.

Глава 8. В одной космической лодке

В день личного триумфа я первым делом наградил себя королевским ужином, а оставшееся свободное время посвятил просмотру свежих научно—популярных передач. В одном из наиболее интересных выпусков рассказывали о футуристических двигателях бестопливного типа, которые, по словам оптимистично настроенных ученых, в будущем изменят наши представления о космических путешествиях. Смотря на то, с каким энтузиазмом инженеры стремятся реализовывать смелые идеи, я испытывал непередаваемое воодушевление.

Человечество с незапамятных времен мечтает оторваться от земной тверди и подобно птице устремиться ввысь. Даже мифический Икар, обретя ненадежные крылья, осознанно пошел на смертельно опасный риск ради удовлетворения жажды познания. Сегодня, когда у нас есть технологии, позволяющие достичь космоса, мы просто обязаны пользоваться такой возможностью. Если наш вид планирует и дальше жить в стремительно меняющемся мире, то большинству придется согласиться на интеллектуальную инъекцию. Все это мне удалось осознать раньше большинства, и поэтому я больше не был простым парнем из России, который еще совсем недавно проживал унылую жизнь, слепленную из обломков однообразных дней. Впереди меня ждало опасное, но увлекательнейшее приключение, которое раз и навсегда изменит все.

Мои детские мечты о космосе были похожи на семена цветов, которые я раскидывал по полю жизни. Но общество решило, что асфальт намного красивее живой природы. Годами хрупкие ростки пытались пробиться на поверхность, борясь с препятствием, которое казалось непреодолимым. Теперь, когда победа в моих руках, я словно иду по обломкам асфальта, собирая букет до боли знакомых цветов, распространяющих запах счастья.