Тея Лав – Опасная игра (страница 8)

Она фыркает и вздыхает. Ей не очень нравится мое ханжеское поведение. Но с ней только так. Понятия не имею, как она сюда попала и нашла меня. Это выглядит странно и попахивает сталкингом. Мне это не нравится.

– Не волнуйся за меня, – отвечает она. – Я знаю, как спасаться от этой зимы. Ну так что? Мой водитель у входа.

Против воли в моей голове пробегает сравнение с Маккензи, которая тоже из богатой семьи. И если Маккензи ведет себя естественно, то эта девушка выставляет напоказ свои деньги. Моя семья не богата, но и не бедна. Возможно, в детстве я хотел иметь чуть больше, чем могли позволить мои родители, но это не привело меня к мысли о вечной гонке за деньгами. И я не выделял, что кто-то богаче или беднее меня. Никогда не задумывался об этом до встречи с Маккензи. И это не ее вина, мне просто казалось, что ей нужно больше. Но оказалось, что нет.

– Возможно, я чего-то не помню, – тихо отвечаю я, глядя перед собой. – Но я точно не давал тебе повода преследовать меня.

После этих слов я смотрю на нее. Она сжимает губы и пытается сдержаться. Я люблю развлекаться, люблю вечеринки. Я люблю девушек и секс с ними. Это нормально. В школе я мог себе позволить больше, потому что у меня было времени и никогда не влюблялся. Но сейчас я слишком занят и… влюблен? Одно знаю точно: я не предатель.

– Ты делаешь неправильный выбор, – находится с ответом девушка, вздернув носик.

На самом деле она выглядит забавно. Думаю, ей полезно иногда получать отказы. Наверное, она не знает, что это такое.

– Удачи в школе, – подмигнув, я снова поворачиваюсь к профессору, всем видом давая понять, что не заинтересован.

Быстрый взмах волос, недовольный вздох, и девчонка рядом со мной исчезает. Я уже начинаю расслабляться, как внезапно, прямо передо мной появляется вытянутая рука с телефоном, а позади все тот же запах духов.

– Улыбочку, – произносит блонди и фотографирует нас вместе.

– Эй, – почти вскрикиваю я и оборачиваюсь.

Она поднимается по ступенькам спиной к выходу и улыбается.

Наконец, профессор замечает посторонний шум и реагирует. Но я не слышу, что он говорит. В голове шум. Мне абсолютно не нравится эта ситуация. Какого черта? Что вообще сейчас произошло? Я еще не играю в НХЛ, чтобы иметь безумных фанаток. Это хоть как-то объясняло бы ситуацию.

Неприятное ощущение после неожиданного появления девушки преследует меня до самой вечерней тренировки. Когда я выхожу на лед и вижу Майка, пазл складывается сам собой.

– Чувак, это уже не смешно, – говорю я, подкатываясь к нему.

Майк поправляет шлем и озадаченно смотрит на меня.

– Ты о чем, Хейз?

– Не прикидывайся дураком, – не сдерживаюсь я. – Я бы еще мог поверить, что ты раздаешь мой номер телефона по пьяни, не помня об этом, но адрес колледжа… Адрес, где я живу, и адрес моих родителей тоже случайно сболтнул?

Надеюсь, в последнем я ошибаюсь. Но, посмотрев на него, я быстро убеждаюсь, что от него можно этого ожидать.

Майк не ухмыляется, как обычно. Он серьезно смотрит на меня, затем буквально отпихивает.

– Не строй из себя звезду. Если тебя кто-то преследует, это не моя проблема.

А ведь он даже не уточнил, о чем именно я спрашиваю.

– Ты много на себя берешь, Стивенсон.

Майк ухмыляется.

– Я? Это ты думаешь, что чертова звезда в этой команде. Ходишь с задранной головой после каждого матча, а теперь жалуешься, что девки преследуют тебя.

Я не вижу смысла оправдываться. Возможно, в его словах есть какая-то доля правды, но мне есть чем гордиться. Я правда горжусь своей игрой, но вот действительно ли я так явно это демонстрирую?

Майк прокололся и понял это сразу, как только закончил свою тираду. Я ведь ни слова ему не сказал о преследовании и девчонке.

– Мне плевать, что ты обо мне думаешь, Стивенсон. – Я подкатываюсь к нему вплотную и говорю тише, чтобы в наш конфликт никто не вникал. – Но не стоит переходить черту. Никому не давай мой номер телефона и тем более адреса. Это даже для тебя низко.

Ноздри Майка раздуваются. Я собираюсь откатиться, но в этот момент он толкает меня так, что я едва удерживаюсь на коньках.

– Деревенщина, – выплевывает Майк.

В этот раз я не сдерживаюсь. Зависть этого козла завела его слишком далеко.

Я в секунду подкатываюсь к нему и, сделав подсечку коньком, укладываю Майка на спину. Из его рта летят ругательства, когда он пытается встать. Остальные ребята уже подкатываются к нам.

– Эй, парни, вы чего? – задает вопрос кэп.

Но Майк уже поднимается на ноги и налетает на меня. Он мощнее, ведь именно его масса на льду – преимущество. Но он не всегда хорошо им пользуется. Как и в этот раз. Мне удается увернуться и толкнуть его в плечо, но уже через секунду мне в лицо летит кулак. Чертов Стивенсон, мне не хотелось применять кулаки.

Я успеваю схватить его за руку. Если он ударит в больную щеку, шов разойдется, и я залью лед кровью.

Парни пытаются нас разнять, и в этот момент раздается оглушительный звон свистка.

– Хейз! Стивенсон! Какого черта вы творите?! – орет тренер.

Мы сразу успокаиваемся. Майк, словно бык после пробежки, сплевывает на лед. Я все еще занимаю оборонительную позицию и слежу за ним.

– Кто мне ответит?

Наконец, Майк отводит от меня взгляд и опускает руки.

– Это недоразумение, тренер, – говорит он, снова сверля меня взглядом, полным ненависти.

– Все в порядке, тренер, – подтверждаю я. – Больше этого не повторится.

Тренер подъезжает к нам и вываливает на лед шайбы из сетки.

– Из-за вас двоих тренировка продлится на полчаса дольше. Я не потерплю петушиные бои в команде.

Все парни дружно издают стон.

– Спасибо, придурки, – бурчит Де Смит, прокатываясь мимо.

Джерри вопросительно смотрит на меня, но я лишь качаю головой и перевожу взгляд на Майка. Тот все еще тяжело дышит. Заметив мой пристальный взгляд, он молча откатывается назад.

Я пытаюсь привести мысли в порядок и настроиться на тренировку. Это самое главное, никто и ничто не собьет меня с пути к моей цели.

Глава 7

До этого дня мне не приходилось бывать в тюрьме. Только в полицейском участке. Тюрьмой меня только пугали, но я никогда не воспринимала эти угрозы всерьез.

Сейчас я сижу в небольшом помещении с решетками на окнах, за круглым железным столом, вокруг меня еще несколько таких же ожидающих за другими столами. В комнате много охранников. Я поднимаю на них глаза и периодически бросаю взгляды на входную дверь, в которую вошла несколько минут назад.

Процедура была довольно быстрой. Дядя Дастин подал запрос, получил ответ, и вот я здесь, а он ждет меня в машине снаружи. Я должна поговорить с отцом, и я до ужаса боюсь нашей встречи.

Я предала его. Моя дурацкая выходка стоила ему свободы. Вся моя жизнь – дурацкая выходка, но вокруг поломанные судьбы, и моя в том числе.

Когда его заводит охранник, я перестаю дышать. Папа не изменился. То же широкое и чисто выбритое лицо, светлые волосы и пронзительно синие глаза, которые загораются, когда он видит меня.

Я поднимаюсь с неудобного железного стула и, не сдержавшись, падаю ему на грудь, как только он оказывается рядом. Охранник что-то говорит, но я не разбираю слов. Все мое тело расслаблено, и я буквально тону в своих эмоциях.

– Я так рад тебя видеть, тыковка.

Папа улыбается, когда я отстраняюсь. Он проводит пальцем по моей щеке, и на секунду я забываю, где нахожусь. Но стоящий неподалеку охранник быстро приводит меня в чувство.

Мы садимся за стол друг напротив друга. Папа все так же смотрит на меня своими сияющими глазами. Я не навещала его, когда это было не так сложно. Во время следствия он находился в провинциальной тюрьме, но после суда его перевели в федеральную.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга. Они очень похожи с дядей Дастином, учитывая, что общая у них только мать. Но у моего отца волосы светлее и ростом он выше. Дядя сложен, как спортсмен, а мой отец более грациозен.

– Прости меня. – Я слышу свой голос прежде, чем успеваю подумать.

Но папа качает головой и обхватывает мою ладонь обеими руками.

– Нет, нет. Ты пришла сюда не за этим.

Я глотаю истерический всхлип.

– Как раз за этим.

Папа вздыхает.