Тея Лав – Мы больше не разговариваем (страница 15)
Я демонстративно морщусь.
– Тебе приснился сон. Как нелепо, что в нем присутствовала я.
– Хорошо, – со вздохом произносит он. – Давай так. Я возвращаю тебе твой телефон, а ты то, что взяла.
Почему он не называет то, что я должна ему вернуть? Он говорит о своем нижнем белье или о коробке? Или о том и другом? Мне важно это знать. Зачем ему мои письма? Он хочет развешать их по всему городу? Ну уж нет, я не дам ему такой возможности. Как же хорошо, что я их нашла и забрала.
– Ты все равно вернешь мой телефон, – говорю я. – Так или иначе.
– Возможно. – Уилл пожимает плечами. – Если хочешь ускорить процесс. Мне пришлось отключить его. Боже, как же много пишут твои подружки.
Я напрягаюсь. Что он мог прочесть во всплывающих уведомлениях?
– Верни сейчас же.
Он качает головой.
– Я предлагаю обмен.
– У меня нет твоих вещей.
– У тебя есть то, что принадлежит мне.
Что-то в интонации его голоса меняется. Он все тот же настойчивый, но появляется что-то похожее на волнение. Его голос дрогнул, когда он это произнес.
Я молча смотрю на него ответ, больше не отпираясь. Он тоже смотрит, но затем лезет в карман шортов и достает мой телефон.
– Остальное получишь, когда вернешь то, что взяла, Фэй.
Вкладывая в мою ладонь телефон, Уилл задерживает руку. Я чувствую жар его кожи. Что за странное чувство? В животе снова проклятые бабочки. Да свалите вы оттуда!
– Я ничего не брала, – тихо говорю я.
Уилл убирает руку с моей ладони, затем медленно поднимает ее и касается нескольких косичек, заплетенных вместе с остальными моими волосами в пучок. Этот жест может показаться нежным. В целом он такой и есть, но…
Через пару секунд до меня доходит смысл этого жеста. Я опускаю веки от досады. Только Ребекка могла заплести мне такие косички. Раньше я ходила с ними неделями, не расплетая. Он знает это. Я прокололась на такой, казалось бы, пустяковой вещи.
– Я бы мог тебе поверить. Знаешь, я даже не злюсь на маму, потому что она не знает, что ты ее использовала.
Мои глаза резко распахиваются. Я ударяю его по руке.
– Я ее не использовала.
Он усмехается и пятится назад.
– Как я и сказал, если хочешь получить свою сумку, верни то, что принадлежит мне.
Я хочу крикнуть, что мои письма больше ему не принадлежат, но не могу быть абсолютно уверенной в том, что дело касается именно их. Но с другой стороны… Не настолько же Уилл придурок, чтобы так распаляться по поводу своих трусов?
Как же я запуталась.
– Почему? – срывается с моих губ прежде, чем я успеваю подумать и удержать свои мысли.
Но уже слишком поздно. Уилл смотрит на меня и больше не улыбается. Он читает на моем лице один-единственный вопрос: почему? Почему мы больше не разговариваем?
– Потому что… – он медлит с ответом, с трудом оторвав от меня взгляд.
Я жду, когда в нем проявится настоящий Уилл. Мой Уилл, с которым я так много проводила времени на пляже. Мой Уилл, с которым я чувствовала себя как дома. Я была влюблена в того мальчишку. И эти чувства были самыми чистыми, пусть и наивными, но настоящими.
Но мои мечты снова разбиваются в дребезги, потому что всего за один миг он превращается в того самого, каким и является в настоящий момент. И я ненавижу эту его версию.
– Потому что детство закончилось, Фэй, – ядовито отвечает он. – Не прощаемся.
Я выбегаю на крыльцо.
– Можешь забрать эту чертову сумку. Она мне не нужна.
Он оборачивается.
– Даже ее содержимое?
О боже. У меня громко колотится сердце. Он видел.
– Ты рылся в моих вещах?
– А ты в моих?
– Верни.
– Пожалуй, оставлю себе. Ну знаешь, на память. Или подарю кому-нибудь. Они милые.
Я выдавливаю из себя улыбку.
– О, подаришь одной из своих девушек?
Уверена, у него есть кто-нибудь. И возможно не одна. Я ведь нашла в его столе презервативы.
Он удивленно смотрит на меня.
– Это вопрос? Или предложение?
– Что?
Уилл смеется.
– Забей.
– Хм, тогда возможно я тоже оставлю себе кое-что на память.
Глаза Уилла сужаются. Не знаю вокруг чего именно крутятся его мысли. Но судя по взгляду, он и понятия не имеет, о чем я говорю.
– Я поставлю дома сигнализацию.
– А я попрошу у полиции запрет на приближение.
– О тогда у нас будут проблемы с обменом.
– Тогда покончим с этим сейчас.
– Давай, – соглашается он. – Верни мои вещи.
–
Я хочу, нет я должна это услышать.
Он начинает злиться.
– Черт побери, Фэй, ты знаешь.
Но мне этого мало. Я не позволю ему забрать мои письма, если он планирует использовать их против меня же.
– Хорошо. Встретимся на пирсе через пару часов. А сейчас я пошла смотреть «Звездные войны», – заявляю я и захожу в дом, громко хлопнув дверью.
Я вырву из него правду любым способом.
Глава одиннадцатая