Тэя Ласт – Телохранитель для звезды (страница 4)

Сейчас же заголовки из серии «дочь влиятельного бизнесмена трясёт задницей в концертном зале Чикаго» или «известная дочь Билла Кауфмана, владельца сети отелей по стране, снова была замечена в клубе с откровенным танцем» меня не трогают, и даже семья смирилась, не без помощи Криса, моего агента.

По его мнению, то, что у меня некий скандальный образ, дерзкий и слегка развязный, играет на руку моей карьере. На деле же я не являюсь таковой, имею право расслабиться в компании друзей, иногда могу себе позволить крепко выразиться, но по факту остаюсь девушкой, отчаянно желающей поддержки, любви и внимания, не без тараканов в голове.

А уж мой сценический вид – это не моя работа, а моей команды.

Вечером того же дня придирчиво осматриваю себя в зеркало гардеробной. Мой пентхаус в районе Трайбека отделан исключительно в светлых оттенках, с яркими акцентами в декоре.

По сравнению с родительским домом площадь гораздо меньше, а интерьер можно назвать скучным. В гостиной почётное место у панорамного окна занимает рояль, а напротив дивана электрический камин, в попытке добавить уюта этому элитному жилью.

Французские окна в каждой из комнат, это было главным условием покупки. Иногда поздно ночью, когда не спится, укутавшись в плед, с чашкой тёплого молока, я позволяю себе смотреть на ночную жизнь Нью-Йорка, придумывая истории людей, передвигающихся маленькими точками с высоты моей квартиры.

Поправляю волосы, рассыпанные волнами по плечам, немного прихлопываю пудрой накрашенное лицо, чёрное платье в бельевом стиле с провокационным разрезом по бедру, клатч серебряного цвета и такие же лодочки.

Плюс в том, что в большинстве случаев, если не считать концерты, я не пользуюсь услугами своего стилиста. Иначе я бы ходила в полупрозрачных боди и сетках двадцать четыре часа. Даже в этом платье разрез, на мой взгляд, смотрится слишком откровенно, но уповаю на то, что я должна поддерживать свой образ.

Вик часом ранее написал, что у него не получится заехать, поэтому вынуждена была сама сообщить охране, что поеду с сопровождением. Хоть я и не согласна на такие вещи, но обычно премьеры сопровождаются толпами фанатов, и не знаешь, чего можно ожидать.

Был у меня один случай, когда меня с неимоверной силой дёрнули за пальто, и я чуть не упала, благо, что Вик был рядом и удержал. После того было принято решение на такие светские мероприятия, освещённые в СМИ, появляться только с охраной.

Выхожу из здания и вижу привычный «Мерседес», в котором меня возят, если я не на своём «Порше». Дверь тут же открывается, когда я спускаюсь по ступеням, и с водительского сидения вылезает Зак.

Хмурюсь, но не удивляюсь, их замена довольно часто происходит, на что я уже не реагирую. Открывает мне заднюю дверцу, приветствуя, один из немногих, с кем мне довольно комфортно.

Сажусь в машину, и ноздрёй касается знакомо-незнакомый терпкий аромат, а глаза находят обладателя этого запаха. Это никто иной, как мистер Райт, новоиспечённый хозяин нашего отряда безопасности.

Разглядеть его полностью не удаётся, потому как скрыт сидением, но отмечаю, что он не в привычном своём виде, а в костюме. Одна лишь деталь отличает его от Зака, нет белого воротника, вместо него виднеется ворот чёрной рубашки.

– Мисс Кауфман. – глубоким рокотом произносит он.

– Здравствуйте, мистер Райт. – отзываюсь я, скрывая удивление за намеренно спокойным голосом.

Вижу, как он кивает Заку, и мы трогаемся с места в сторону Мидтауна, на сорок пятую Западную улицу, в театр Хиршфельда, где пройдёт премьера бродвейского «Мулен Руж».

Внутри мысли сменяют одна за другой, раньше всегда было достаточно одного человека в охране, и вопросы сам он вызвался или это необходимость не отпускают мою девичью натуру. Однако после сегодняшней утренней встречи задавать ему их напрямую я не намерена.

Кажется, что мы еле движемся в пробках Нью-Йорка, пока я задумчиво осматриваю улицы и машины в соседних рядах. В голове вдруг выстраиваются ноты, которые я судорожно записываю в телефон, чтобы потом иметь возможность прослушать.

Чаще всего я их всё равно меняю по итогу, но такое внезапное посещение моей музы редкость, поэтому нужно сразу записать, иначе потерплю фиаско с попыткой вспомнить.

Тишину и мой порыв нарушает звонок от Вика.

– Детка, я уже освободился, скоро буду на месте.

– Я еду. – негромко отвечаю ему.

– Окей, тогда увидимся там?

– Да, я зайду внутрь. – отвечаю ему и сбрасываю звонок.

Мы должны были бы появиться вместе, выйти из автомобиля и совместно зайти в холл театра, но, видимо, не суждено.

Спустя минут тридцать мы тормозим, и я вижу по обеим сторонам от входа в театр выстроившихся папарацци, вперемешку с теми, кто пришёл поглазеть на звёзд. Уже кто-то следует по дорожке, мелькают вспышки фотокамер, а люди что-то кричат.

Машина спасает от гула этих голосов, но я не один раз видела эту вакханалию, поэтому прекрасно осознаю, что там творится. Прежде чем я успеваю отреагировать, пассажирская дверь по моей стороне открывается, и из неё выходит мистер Райт, Зак же остаётся в машине.

Одеваю на лицо невозмутимое выражение слегка надменной звезды, но внутри растерянность перемежается со смущением. Я ожидала сопровождающим Фила или хотя бы Зака, но не этого мужчину.

Моя дверь медленно открывается, и я ступаю на дорожку, грациозно вылезая из машины. Мистер Райт стоит напротив, не спуская с меня взгляда, как и я с него.

Чёрт!

В идеально чёрном, матовом костюме он выглядит более чем эффектно. Это мгновение проходит как в замедленной съёмке, его глаза изучают моё тело и поднимаются вновь к лицу.

Хлопок двери и отъезжающая машина вырывают меня из этого момента, и окончательно смутившись, я обращаю взгляд на толпу, приветливо улыбаясь и молясь, чтобы красноты на щеках не было.

Незнакомый охранник движется рядом, но пропускает меня вперёд. Глупые мысли, свербящие в голове, отгоняю и слышу вопросы, летящие в меня от папарацци.

«Мисс Кауфман, где же Вик Харт?»

«Эрика, это Ваш новый любовник?»

«Мисс Кауфман, вы разошлись с Виком Хартом?»

«Скажите же имя незнакомца, мисс Кауфман?»

«Как давно вы вместе?»

Мотаю головой со снисходительной улыбкой, давая понять, что ответов сегодня не будет. Сама мысль о том, что мне приписали возможную связь с этим человеком, заставляет скрипнуть зубами.

На ступеньках я чуть не спотыкаюсь, но горячая рука молниеносно ложится на талию, придерживая меня. Это прикосновение выбивает из колеи, заставляет всё тело встрепенуться и растерянно уставиться на обладателя крепкой руки.

Он совершенно невозмутимо следует дальше. Видя отсутствие какой-либо заинтересованности, решаю, что отреагировала слишком бурно. В конце концов, мужчина помог мне не разложиться на ступеньках перед людьми и журналистами.

– Спасибо. – уже войдя в здание, тихо говорю я.

– Вам надо научиться лучше скрывать свои эмоции, если вы хотите, чтобы вас не раскрыли, Эрика. – говорит, оглядывая помещение быстрым взглядом.

– Эти советы, мистер Райт, можете оставить при себе. – отвечаю я, стараясь сдержать волну недовольства.

– Где этот сладкий мальчик? – спрашивает он, переводя взгляд на меня.

– Вас это не касается.

И снова снисходительная ухмылка растягивается на его лице. Но он не успевает ответить, как я замечаю знакомые лица и следую туда.

Несколько моделей, именуемых «друзьями», стоят в сторонке с бокалами игристого. Рыжая и высокомерная Пенелопа Томпсон и более тихая, но по моим меркам глупая блондинка Алисия Смит.

Остальных я не знаю, да и неважно, главное, он получил такой же ответ, как я сегодня утром.

– Дамы! – расплываясь в натянутой улыбке, обращаюсь к ним.

– О! Дорогая! – целует воздух у моих щёк Пенелопа.

– Эрика! – повторяет движение Алисия.

– Боже, милая! Кто это? – вспыхивают глаза Пенелопы, и она соблазнительно закусывает губу.

Смотрю в направлении её взгляда и понимаю, что это моё сопровождение стоит чуть в стороне, но понятно, что со мной.

– О боже! Мужчина, я готова составить Вам компанию за просмотром! – восклицает Алисия.

– Да так, друг семьи. – сжимая губы, отвечаю я.

– Впрочем, плевать, кто он! Ты его видела?! Горячий жеребец! – осматривая его откровенным взглядом, при этом не глядя на меня, восклицает Пенелопа.

– Ради ночи с таким, даже не знаю, я на многое готова! – хихикая и также сканируя его глазами, я надеюсь, шутит Алисия.

– Как Вас зовут? – идёт в наступление отвязная рыжая девушка.

– Дерек. – отвечает он, мазнув по обеим взглядом.

Внутри бушует нечто, мне он отказался называть имя, а тем, кто готов обнажить прямо здесь свои бёдра ради тупого траха, выдал даже не подумав. Прячу тот факт, что меня это задело, и отвлекаюсь на вход.

Глава 5

Чёрт!

Вижу разрез на платье по бедру Эрики Кауфман, и в голове всплывают возможные картинки того, как доставить удовольствие, не снимая этого грёбаного платья.